и не заметил, как, погрузившись в воспоминания, дошёл до шоссе. Он остановился под ближайшей сосной, проводил глазами рычащую многоколёсную повозку, влекомую по дороге взрывной силой получаемого из нефти вещества под названием «солярка» (никакого колдовства и магии, всего лишь изощрённый результат обычного человеческого стремления облегчить себе труд), и осмотрелся. Оказалось, что после восстановления сил за счёт жизни молодого дуба, задумавшись и нырнув глубоко в прошлое, он взял сильно правее и, по сути, описал почти круг, выйдя к шоссе ровно в том месте, где на другой его стороне располагалась автобусная остановка. Остановкой этой пользовались не имеющие собственного автотранспорта жители Кержачей, когда им нужно было доехать до районного центра.
Рейсовый автобус недавно ушёл, и сейчас некрасиво сваренная из листов металла и выкрашенная в глуховатый синий цвет остановка была почти пуста. Лишь девушка в коротком платье и дорожной сумкой через плечо стояла близ обочины, глядя направо, в сторону въезда-выезда в Кержачи, словно ожидая кого-то. Девушку Григорий узнал сразу, ощутив, как на мгновение сладко замерло в груди сердце. Света. Светлана. Та, которая должна принадлежать ему во что бы то ни стало. И будет принадлежать, хотя пока и не знает об этом. Вот как раз и удобный случай узнать. С учётом переполняющей его энергии. Что может быть естественнее встречи двух односельчан на автобусной остановке?
Он уже шагнул вперёд, выходя на обочину дороги, и даже открыл рот, собираясь окликнуть Светлану, но тут на шоссе со стороны Кержачей, кренясь на повороте и визжа покрышками, вылетел чёрный автомобиль знакомых очертаний, лихо развернулся посреди дороги и затормозил точно рядом с девушкой. Открылась дверца.
— Привет! — услышал он радостный девичий голос. — Быстро вы, Андрей, спасибо!
Она села в машину, и та, рыкнув двигателем, тут же сорвалась с места и, набирая скорость, скрылась за поворотом.
Андрей, значит. Да, верно, это их машина.
Ладно, Андрей, радуйся пока. Недолго осталось.
Григорий перешёл шоссе, миновал остановку и свернул к селу. Впереди ждала работа.
Глава 9
Сума сойти. Она рядом, мы одни, и, если не гнать, у нас в запасе целых полчаса. А чего ж я тогда, дурак, гоню?
Он сбавил скорость и, улыбаясь, бросил на спутницу взгляд, полный восхищения. Густые пшеничные волосы трепал залетающий в салон майский ветерок, на щеке играла чуть заметная ямочка. Светлана тут же посмотрела на него и улыбнулась в ответ.
— Как вовремя я вспомнила, что вы сейчас в Кержачах, — сказала она. — Удачно получилось.
— Очень, — согласился он, усилием воли сгоняя с лица до неприличия широкую и дурацкую улыбку.
— Я вас не сильно напрягла своей просьбой?
— Господь с вами, какие напряги! Вы не поверите, но я как раз собирался ехать в райцентр, когда вы позвонили.
— К Ивану в больницу? — догадалась она. — Как он, кстати?
— Врач говорит, всё хорошо. И даже настолько, что я собираюсь его сегодня забрать.
— В Москву?
— Да. У нас там и больница получше всё-таки, и вообще… Засиделись мы тут у вас, в Кержачах.
— Ну что вы, — сказала вежливо Светлана. — Мы гостям рады.
— Я заметил. Жаль только, не слишком удачное вышло у нас гостевание.
— Это вы про волка?
— Про него. Упустили зверя. Профессионалы называется, да? — Он покосился на девушку, стараясь уловить её реакцию.
— Я в этом мало понимаю, — сказала она. — Но в деревне говорят, что вы не виноваты.
— Как интересно, — сказал он. — А подробнее можно?
— Ну… одни — их большинство, и это в основном мужики, — говорят, что вы и не могли взять зверя, потому что заточены под другое — людей ловить. Тут были нужны профессиональные охотники, а не сыщики.
— Ага, — кивнул Сыскарь с пониманием. — Резонно, кстати. Но, разумеется, всякий себя именно таковым охотником и мнит.
— Не без, — засмеялась Светлана. — Мужики у нас самолюбивые. Но справедливые, не отнять. Они признают, что вы добились главного, — теперь известно, что это волк, а не человек. Значит, можно его поймать. Капканы поставить или ещё что, уж не знаю. В общем, охотники полны воодушевления. Тем более что фермер Саша пообещал награду за шкуру этого любителя телят в полнолуние.
— Ясно. А меньшинство что думает?
— Меньшинство… Меньшинство, среди которого большая часть — бабы, то есть женщины, верит сторожу Петровичу и, опять же, говорят, что вы ничего не могли сделать. Потому что просто так, без серьёзной подготовки, оборотня не одолеть.
— С ума сойти, — усмехнулся Сыскарь. — Повезло нам, значит, не пострадала репутация в любом случае. Ну, с волком понятно. А как они собираются оборотня ловить?
— Хотят к Григорию идти. Говорят, он специалист по всем подобным делам, пусть и занимается. Спасает деревню.
— Резонно, — заметил Сыскарь. — Только зря. Не поможет им ваш колдун.
— Почему? Потому что оборотней не бывает?
— Не только. Я вчера у него был. И мы как раз на эту тему с ним беседовали. Ну, то есть в том числе.
— И что он вам сказал?
— Сказал, что на самом деле оборотни и впрямь бывают. Но это, мол, не тот случай.
— Значит, бывают… Ужас какой. — Светлана поёжилась.
— Вы верите Григорию? Нет, я, конечно, понимаю — лечит, гадает, находит пропавших коров, травы в лесу собирает по утренней росе, ручной филин у него с рук ест, жаба в аквариуме живёт, чёрный кот и всё такое. Колдун, одним словом. Ведьмак и народный целитель. Но оборотни? Эдак можно и в вампиров поверить. То бишь в вурдалаков. Упырей. Вампиры, они вроде на Западе.
— Как вам сказать… Я ведь совсем недавно в Кержачах и Григория плохо знаю. Но человек он очень необычный, согласитесь.
— Не спорю. Но таким людям, как он, необходимо поддерживать свой мистический имидж. И рассказы об оборотнях — как раз из этой серии.
— По-вашему, Григорий — обычный шарлатан?
— Я этого не говорил. Что-то из того, что недоступно обычным людям, он наверняка умеет. Может быть, даже владеет зачатками гипноза, суггестии. Плюс сильная воля сама по себе, это чувствуется, когда с ним общаешься. Но оборотни? Бросьте, Света. Вы же детей учите, у вас высшее образование. Не бывает оборотней на свете. И вампиров с вурдалаками, и всей прочей нечисти тоже. Поверьте старому оперу. Вся нечисть имеет исключительно человеческое обличье и человеческую же суть. Иногда жуткую до дрожи и противную до тошноты, но человеческую.
— Какой же вы старый? — чуть лукаво улыбнулась Светлана. — Вам, я думаю, и тридцати ещё нет.
— Уже скоро, — признался Сыскарь. — Но это секрет, договорились?
— Нет проблем! — засмеялась она. — Буду всем говорить, что вам двадцать шесть.
— Нет, двадцать шесть маловато. Совсем пацан, несолидно. Пусть будет двадцать восемь…
Так, болтая, они незаметно доехали до райцентра. Сыскарю и вовсе показалось, что прошло минут пять, не больше, и вот под колёса уже легла центральная улица городка.
Чёрт, как быстро, а он только-только собрался предложить Светлане перейти на «ты»…