эти двое носят красное, когда все остальные в сером. Как одет император?
Адвокат Ден Мюре нервно откашлялся и возобновил свое быстрое бормотание. Глубоко вдыхая, Темар обуздал желание потереть глаза и подавил зевок. Даже в таком огромном зале становилось душно. Солнце снаружи поднималось все выше, а все окна и двери оставались закрытыми. Подражая Камарлу, он попытался натянуть на лицо маску вежливого интереса. Галерея была битком набита людьми, которые смотрели в его сторону, одни — с простым любопытством, другие — с откровенной враждебностью. Девушка Ден Мьюривансов продолжала поглядывать на него, задумчиво обмахиваясь веером. Жаль, что он не сидит рядом с какой-нибудь девушкой, подумал Темар, а то бы и его коснулось колыхание воздуха.
Осторожный толчок локтем оторвал юношу от бесплодных мечтаний. Камарл улыбался одновременно и грустно, и весело, сьер оглядывался и смотрел на них с сожалением, смешанным с удовольствием. Темар сделал все возможное, чтобы принять такой же вид, теряясь в догадках, что он мог пропустить. Хорошо, если он понимал одно предложение из трех, учитывая беглость и своеобразие адвокатской речи.
Чем человек Ден Мюре так порадовал сьера и Камарла? Легкое смущение ясно читалось на лицах Ден Реннионов на противоположной галерее. Темар взглянул на их адвоката, но костлявое лицо этого человека оставалось непроницаемым. Юноша тихо вздохнул. Он и представить себе не мог, что столкнется с семьей Вахила в суде, где все эти люди будут препираться из-за Кель Ар'Айена, как собаки, тянущие в разные стороны жирную тушу.
Колокольчик прозвенел три раза, и все судейские моментально ожили: клерки собирали связки документов, адвокаты о чем-то спешно переговаривались. Темар посмотрел вниз. Мастер Берквест шел к двери, болтая с кем-то в алой мантии.
— Что происходит? — Юноша не замедлил вскочить, когда все встали.
— Император объявил перерыв. — Камарл казался озадаченным. — Пошли, нам нужно освободить лестницу, чтобы остальные могли уйти.
Темар ощутил досаду. Все всё знают, но никто не потрудился объяснить ему правила этой игры.
Из-за зрителей, толпой спускающихся с галереи, и клерков, все еще занятых у своих столов, внизу образовалась нешуточная давка. Когда вслед за сьером они наконец вывалились в приемную, Авила выглядела бледной, а Темар был готов обругать следующего человека, который его толкнет.
— Сюда.
Камарл повел их по узкому коридору. Стрельчатые окна почти не рассеивали темноту, и от этого мрака, этой тесноты, этого шума, отдающегося непонятным эхом под высокими сводчатыми потолками, Темара начала охватывать паника. Они повернули за угол, и, к невыразимой радости юноши, за открытой дверью в дальнем конце появился настоящий солнечный свет.
Я должен глотнуть воздуха.
Темар быстро пошел к двери, не обращая внимания на Камарла, который объяснял дорогу к кабинету мастера Берквеста. Выбежав за порог, юноша заморгал от яркого солнца и, испустив вздох облегчения, прислонился к стене, ощущая спиной тепло серого камня, нагретого за утреннее время.
— Эсквайр Д'Алсеннен, верно?
Темар прищурился на незнакомца, осторожно закрывающего за собой дверь. Они находились одни в пустом дворике, запрятанном среди лабиринтов дворцовых зданий. Ну нет, решил юноша, никто больше не воткнет в него клинок. Рука инстинктивно потянулась к мечу, прежде чем Темар вспомнил, что он без оружия.
— Эсквайр Д'Алсеннен? — На незнакомце была адвокатская мантия, пока не украшенная узлами или шнуром. — Я Мисталь, брат Райшеда.
— Откуда мне знать, что это правда? — Юноша был чуток к любому признаку враждебности.
Адвокат растерялся.
— Раш поручится за меня.
— Но его здесь нет, — возразил Темар. — Чего ты хочешь?
Мужчина засунул руки в карманы бриджей, некрасиво собирая мантию в складки.
— Я хотел спросить, не пойдешь ли ты смотреть бой Райшеда и не нужен ли тебе проводник.
Возможно, этот человек действительно брат Райшеда. У него такие же глаза и та же самая раздражающая прямота.
— Мне бы хотелось поддержать Райшеда, — запинаясь, ответил Темар.
Мисталь кивнул на высокую колокольню, которая виднелась над затейливо изогнутой крышей.
— Если ты идешь, то тебе лучше сказать об этом сьеру Д'Олбриоту прямо сейчас.
Юноша колебался.
— Куда ж я отправлюсь в таком наряде?
— Я буду менять ее на куртку, — ухмыльнулся Мисталь, оправляя свою мантию. — Могу одолжить тебе что-нибудь. Ну, ты идешь или нет?
— Сьер, вероятно, с мастером Берквестом. — Темар открыл дверь, соображая, куда надо идти.
— Сюда. — Мисталь, посмеиваясь, проскользнул мимо него.
Дверь в кабинет адвоката была открыта. Берквест аккуратно вешал свою мантию на спинку стула, Авила сидела на диване, потягивая светло-золотистое вино, се бледность понемногу отступала. Какой-то малый в рубахе и бриджах подавал Камарлу и сьеру полные кубки.
— Значит, Премеллер объявил себя другом суда, — рассуждал мастер Берквест. — Теперь он не сможет принять ничью сторону. Он не позволит себе это сделать из любви к справедливости. Кто-то платит ему, и хорошо бы нам узнать кто.
— Как ты собираешься ответить на эти обвинения по поводу Высшего Искусства? — поинтересовался мессир Д'Олбриот.
— Откровенно говоря, я надеялся избежать этой темы. — Берквест выглядел сосредоточенным. — Премеллер ничего не теряет, поэтому и поднял ее. Любое объяснение будет звучать как оправдание, и что бы мы ни сообщили, это только породит всеобщее возмущение. Люди начнут бояться, что в твоих в руках непомерные силы, способные вызвать еще один Хаос, или что мы скрываем некие тайные средства, которые обеспечат преимущество Д'Олбриота в любых переговорах.
Вошел Темар, и все повернулись к нему, Авила же хмыкнула в свой бокал.
— В суде решающим будет мнение императора, — продолжал Берквест, улыбаясь юноше. — Но мы должны учитывать и мнение народа. Дворяне и торговцы станут прислушиваться к каждому слову, а это те самые люди, с которыми вы ежедневно имеете дело вне стен суда.
— Выпьешь чего-нибудь, Темар? — Камарл поднял хрустальный графин. — Император сделал перерыв на трапезу, поэтому клерки мастера Берквеста принесут еду.
— Полкубка, спасибо. — Темар долил его до краев водой. — Кажется, это брат Райшеда. — Он обернулся к молодому адвокату, который вежливо ждал в дверях.
— Я помню, ты навещал его на Равноденствие. — Сьер протянул руку. — Мистран? Нет, Мисталь, прости меня.
Мисталь склонился над кольцом-печатью сьера.
— Для меня большая честь, мессир.
— Мисталь идет в фехтовальную школу, чтобы посмотреть, как Райшед будет сражаться, — объяснил Темар. — Я тоже хочу пойти, если это будет позволено. — Он старался подражать тону, каким всегда пользовался его дед, дабы прекратить спор.
Эсквайр казался склонным запретить, но промолчал, а сьер задумчиво поджал губы.
— Берквест, кто-нибудь реально выдвигает иск против Д'Алсеннена?
Адвокат покачал головой.
— Нет. Никто не хочет придавать законность этому Имени таким образом. — Берквест хихикнул. — Возможно, нам самим следует предъявить какой-то иск — просто так, на пробу. — Он кивнул Мисталю, который все еще ждал с робкой почтительностью. — Говорят, ты парень смекалистый, Татель. Напиши мне к завтрашнему вечеру основную аргументацию за право Д'Алсеннена быть признанным сьером Имени. Посмотрим, не удастся ли нам предъявить что-то Суду привилегий до конца праздника.
— Хорошо, мастер адвокат. — Мисталь низко поклонился, но Темар успел увидеть восторг и опасение, промелькнувшие друг за другом на его лице.
— Может, действительно стоит Д'Алсеннену показать свое лицо без сопровождения, Гальел, —
