137
ри. - Как вы понимаете, это важно для следствия. У вас есть
что(нибудь, что бы вы хотели мне рассказать?
По реакции адвоката Сэм понял, что не ошибся: собесед(
ник был готов к этому вопросу.
– Да. Думаю, вам будет важно узнать, что это был звонок
от его сына, Генри. Как я понял по репликам Роджера, тот пы(
тался наладить далеко не добрые отношения с отцом.
– Почему именно в это время и по вашему телефону?
– Извините, что не сказал сразу. Он улетал из Англии и
звонил из аэропорта. Опережаю ваши вопросы: точность ин(
формации не могу гарантировать и не знаю, куда направлял(
ся Генри.
– Это мы проверим по нашим каналам. Разрешите восполь(
зоваться вашим телефоном?
В последние несколько минут в кабинет доносились чьи(
то возбужденные голоса, а во время телефонного разговора
комиссара раздался перекрывающий всё женский крик. Сэм
вопросительно посмотрел на хозяина, но тот не подавал при(
знаков волнения или, по крайней мере, хорошо держал себя в
руках. Шум то затихал, то вновь возрастал до прежнего уров(
ня, и в этом «хоре» солировал все тот же голос.
– Мистер Вольский, вы не находите, что кому(то нужна
помощь?
Бен колебался с ответом, но ситуация обязывала к ответ(
ной реакции.
– Ничего сверхординарного: Мерин чувствует себя неваж(
но, особенно после смерти отца. Доктор возле нее и окажет
необходимую помощь. Нервный срыв.
Сэм подумал, что ответ собеседника прозвучал с подтек(
стом: «Мы сами разберемся в своих семейных делах»; но ин(
туиция подсказывала, что это больше похоже на конфликт,
нежели на нервный срыв, причем не исключена связь с его
присутствием в доме. Или доктор справится с этой вспыш(
кой эмоций, или они прорвутся сюда, в кабинет. Но не про(
шло и минуты, как в дверь постучали, и, не дожидаясь ответа,
в комнату вошла женщина невысокого роста.
– Извините, комиссар, необходима помощь Бена. На не(
сколько минут, если не возражаете.
– Конечно.
И Бен быстро вышел из комнаты.
– Простите, миссис…? - остановил женщину Сэм.
– Пэм Вольская, жена Бена.
– Да, миссис, я должен был догадаться сам. Мне кажется,
мы с вами уже встречались, не так ли?
– Вполне возможно, комиссар, мир тесен. Тем более, если
он для нас общий. Должна сказать вам, неоднократно слыша(
ла от мистера Давида слова уважения в ваш адрес. Помню, он
даже рассказывал о вашем хобби… Сейчас вспомню. Кажет(
ся, вы рисуете?
Сэм почувствовал, что начинает краснеть. «Интересно, с
какой долей иронии обсуждалось это хобби? Можно пред(
ставить себе, если мои изделия сравнивались, к примеру, с
этими искусными шахматными фигурками».
– Ой, я, кажется, вспомнила: вы увлекаетесь резьбой по
дереву, но, к сожалению, никогда не видела ваших работ. Могу
ли я полюбопытствовать?…
– Мистер Вольский сильно преувеличил мои успехи. Я
лишь вырезаю маленькие фигурки персонажей, интересую(
щих меня в конкретном расследовании. И, уверяю вас, нече(
го на них смотреть - обыкновенная работа дилетанта.
– И, все же, не возражала бы сама убедиться в обратном,
тем более, что вы, наверняка, готовите фигурки членов на(
шей семьи. Есть у меня шанс?
– Если они будут вообще готовы, и при условии, что у вас
богатое воображение. Мои персонажи - это лишь наиболее
характерные черты внешнего облика на фоне восприятия
эмоционального настроя оригинала.
– Извините, комиссар, за настойчивость и любопытство,
но как вы представляете мой образ?
– Миссис, я огрубел на работе и разучился говорить комп(
лименты, иначе вы получили бы их в полной мере. Что же
касается вашего эмоционального состояния, как и состоя(
ния всей семьи, то я бы сравнил его с ощущением сидящего
на стуле человека, когда вдруг сломалась одна из его ножек.
Пэм не пыталась ответить; сравнение, вероятно, оказалось
недалеко от истины. Бледное лицо оставалось каменно(спо(
139
койным, но выдавали руки, точнее, пальцы - нервные, спле(
тенные так туго, что побелели костяшки. То ли благодаря ста(
раниям доктора, то ли вмешательству Бена, но шум в доме
понемногу затихал.
– Миссис, самочувствие Мерин в тот злополучный день
было таким же тяжелым?
– Мы приехали около одиннадцати часов утра, и мне по(
казалось, что она излишне нервничала, хотя и держала себя в
руках. Но после случившегося, доктору, да и всем нам, при(
шлось нелегко.
– Какие отношения сложились между ней и мистером
Моррисоном?
– Спокойные, но холодные.
