дереве, уткнувшись взглядами в поплавки. За их спинами вздымается склон, ведущий к шоссе и таящий в себе несколько темных уголков. По краям шумят кусты, скрывающие рыбаков от лишних глаз. У каждого в руках по пучку пахучей травы, которой они отгоняют ленивых комаров и противную мошкару. Не клюет. Жара загнала рыбу на глубину, и Еремей то и дело касается кончиком удилища своего поплавка, то притапливая его, то склоняя набок. Безмятежное озеро быстро гасит круги, расходящиеся по сторонам.

- Джекки вчера под домашний арест посадили, - делится Риан. – А еще его батя забрал шнур от магнитофона.

- Ого! - удивляется Еремей столь суровому наказанию. - А за что его так?

- Не знаю. Да только Джекки этой ночью на поле выходил все одно, картофельных воров с дедом Пантелеем гонял. Но вот магнитофон, по добру, зря. Он же собирался записывать хит-парад этого лета!

- Самый летний хит-парад! - хором воскликнули они любимую присказку Джекки и рассмеялись.

Наверху раздался какой-то шум, какой-то гудок. Вниз по склону посыпались мелкие камушки. Приятели ненадолго замолчали, переглянулись, и через пару минут уже весело вспоминали как Тобби и Джекки ругались в прошлом году о первом месте хит-парада. Джекки раскопал где-то странную музыку без слов, и говорил что это будущее, а Тобби уверял, что нет ничего сильнее группы «Кино». Еремею же нравились обе песни.

На пляж, метрах в трехста от засады Еремея, выехала большая машина.

- Смотри-смотри! - зашептал Риан, потянув приятеля за рукав. Еремей отвлекся от поплавка и посмотрел на черный, забрызганный грязью автомобиль. С водительского места выпрыгнул крупный мужчина средних лет, с длинными седыми волосами, собранными в хвост. В сердце больно кольнуло. Еремей знал этого мужчину. Он определенно знал его и внутренности холодели от знания. Кто это?! Незванный гость огляделся по сторонам и открыл пассажирскую дверь. Еще раз обернулся и потащил наружу...

Еремей задохнулся, забыв про все.

Незнакомец столкнул бледное тело в воду, еще раз огляделся по сторонам, и зашагал куда-то вдоль озеро, прочь от рыбаков.

- Что это, Риан? Что это? - прошептал Еремей. Но приятель не ответил. Мир словно повернулся. Дернулся и стряхнул с себя привычную реальность, в которой не было удочек, не было стрижей. По ту сторону озера дымил завод, и радужная пена грязных вод оседала на мертвых черных корнях прибрежных деревьев.

Здесь же не было и Риана. Поднявшись, Еремей пошел к машине.

Когда он добрался до внедорожника - незнакомец вернулся. Теперь он сидел в лодке, неторопливо взмахивая веслами. Увидав Еремея, мужчина дернулся, но затем расслабился и продолжил заниматься своими делами. Подгреб к сброшенному телу, склонился над ним, держа в руках моток веревки. Седовласый хозяин внедорожника то и дело смотрел на Еремея, и в глубине его бороды таилась насмешливая улыбка стальных зубов.

Стоп, откуда Еремей знает о стальных зубах?!

- Что вы делаете?!- севшим голосом спросил он.

Седовласый перестал улыбаться, внимательно посмотрел ему в глаза, а затем, обвязав ногу скрытого под водой покойника, погреб прочь от берега. Там, на глубине, он привязал к веревке кусок тракторного трака и сбросил вниз. Булькнула вода, навеки приняв в себя мертвеца. Убийца закурил, глядя на Еремея, и вернулся на берег.

- А ты чего это... Очухался?! - спросил он

- Вы... вы убили?! Вы убийца?

- Ну надо же... Очухался все-таки... - задумчиво пробормотал мужчина, покачал головой и погреб к заброшенному причалу. Еремей пошел за ним. Ему было неуютно здесь, на холодном берегу, среди останков резины и ржавеющих бочек. У него болело в груди и ныло колено. На небе за плотными облаками едва угадывалось пятно солнца. Июль окончательно растворился.

- Это будет даже интересно, - проговорил убийца, не сводя глаз с преследующего его Еремея. Скрипели весла в уключинах, постукивало что-то о днище лодки. – Показать бы тебе щекотку, от греха. Ну да кто тебе поверит, Еремей-дурачок. Еремей-безумец. Слабый трусишка. Твои дружки были сильнее.

Мир сжался еще больше. На пристани из прогнивших досок, поникнув головой, сидела фигурка, лицо которой закрывала широкополая заплесневевшая шляпа. Еремей понял, кто это.

- Пожалуйста, нет... - прошептал он.

Джекки поднял голову. Распухшее синюшное лицо едва ли не лопалось от скопившейся в теле воды. Вместо глаз чернели провалы, из которых сочилась противная слизь.

- Он поймал меня в поле. Ночью. Вы ждали меня у костра, а я не дошел. Он держал меня у себя в подвале неделю, прежде чем убил. Ты помнишь Николаевых у Северяг? Он каждый год снимал там дачу. А потом он привез меня сюда. Он всех привозил сюда. И привозит до сих пор.

- Я хочу назад... В лето... - проговорил Еремей. Глаза защипало, к горлу подкатил комок горьких воспоминаний. - Назад.

Убийца причалил, не замечая понурого Джекки. Привязал лодку к цепи, навесил замок и остановился, мусоля губами мятую сигарету.

- Может, все-таки пощекотать? А? Понимаешь меня, дурачок?

Сзади зашевелились кусты, послышалось тихое 'Добро...'. Риан, с разрезанным горлом стоял у скрюченной березы и смотрел на Еремея. Он булькал кровью и сдавленно хрипел, пытаясь сказать что-то еще. Он так не был похож на Риана Доброслова, оставшегося в далеком июле очередным пропавшим мальчишкой. Мертвый мальчик показывал черными пальцами в сторону водителя внедорожника.

Убийца с притворной ленцой сошел с мостков и подошел к Еремею, глядя на него сверху вниз. Толкнул легонько в грудь.

- Ну так что, понимаешь?

Еремей отшатнулся, не сводя взгляда с Риана. Губы задрожали.

- Или опять потерялся, а? - продолжал мужчина. Он постоянно оглядывался по сторонам, словно боялся свидетелей. - Ау?

Следом за ними шел Джекки, и с рукавов рубахи капала на старые доски темная вода. Джекки Соломенная Шляпа, Ди-Джей Джекки… Четырнадцатилетний Евгений Куреев, пропавший там, в другом мире без июля, много-много лет назад. Первая жертва.

- Я хочу обратно... - опять вырвалось из груди Еремея. У него хриплый голос. У него другие руки. Он посмотрел на бледные ладони, на грязную и потасканную одежду. На правом запястье красовался зеленый браслет, с вложенной запиской. Трясущимися пальцами он развернул бумажку.

'Здравствуйте. Меня зовут Еремей Савушкин, к сожалению, я очень болен и могу не понимать вас. Если вы видите, что рядом со мною никого нет, то, пожалуйста, отведите меня по адресу...'. В горле щелкнуло, земля поплыла перед глазами, а на лбу выступил холодных пот.

- Ладно, дурачок. Живи, - улыбнулся стальными зубами расслабившийся мужчина. - Ты неинтересный. Твои дружки были вкуснее.

Словно кукла Еремей побрел вслед за убийцей. Позади хлюпал Джекки, слева ломился сквозь кусты молчаливый Риан.

- Пошел вон, - оглянулся на него мужчина. - Уйди от греха! А не то все-таки проверю тебя на щекотку.

Еремей его не слышал.

У внедорожника, у пассажирской двери, стоял Тобби. Из вырезанных глаз сочилась кровь, бурыми дорожками рассекая его белое лицо на части.

- Ты помнишь тот день, Еремей? Ты помнишь? - шевелит губами мертвый друг.

Еремей пошатнулся от черной волны памяти.

-Пожалуйста, не надо. Пожалуйста! Помогите! – слышен детский крик в темноте затхлого подвала. Здесь воняет гнилью и страхом. Сквозь узкую щелочку Еремия видит залитую солнцем лужайку 'по ту

Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату