Отец Тихон с недоумением и ужасом взглянул на Валентину…
- Почему так болит сердце? Что меня душит, мама?
- Васенька, родненький, не умирай!
- А разве я… умираю?
- Нет, ты будешь жить! Ты проживешь еще долго-долго! Ты еще переживешь нас с папой! Только, пожалуйста, не умирай…
Валентина набрала полный шприц и подошла к отцу Тихону.
- Благослови, Господи, руки врачующих! – с улыбкой кивнул он ей.
- И шприцующих! – прошептала Лена, с ужасом глядя на происходящее.
- Ленка, марш отсюда! – коротко приказала Валентина.
Хлопнула дверь.
- Валентина! А почему ты мне о муже своем ничего не говоришь?
- А чего говорить – что толку?
- Ну почему? В любом правом деле есть толк!
- Может, и есть, да не про нашу честь! Кому горе, а кому море!
- Ну и кому это – море?
- Кому-кому… Григорию Ивановичу! Когда сына бывшего губернатора на охоте убили, так всё это дело на моего Лешку и списали.
Отец Тихон с недоумением и ужасом взглянул на Валентину:
- Как это списали? Зачем?!
- А, чтобы сынка другого большого начальника, министра, который, действительно, убийца, спасти. Лешка-то водителем тогда у них был. Вот Григорий Иванович, в угоду губернатору с министром, и написал, что видел, как Лешка… что он… ну, одним словом – убил…
- А он?
- Ну, не убивал же, конечно! Он, как говорится, и мухи не обидит, не то, что человека! Любого в Покровке спросите... Нам бы, отец Тихон, хорошего адвоката тогда!.. Да где ж его было взять? И чем платить? Я ведь одна с двумя, не считая матери, на руках осталась…
- Ничего, всё хорошо… всё хорошо будет… Вот что, Валентина! Хороший адвокат у меня есть. И даже отличный. Ни одного процесса не проиграл. И денег он с тебя не возьмет. А что касается Григория Ивановича… Ты вот что! Ты позови-ка его ко мне.
- Да я и видеть его не могу! И не пойдет он сюда…
- Пойдет, Валентина. И не просто пойдет – побежит! Ты только скажи ему вот что…
Глава девятая
1
Наконец, показался и сам порт…
«Тень молнии» стремительно приближалась к Афинам.
О том, что скоро крупный порт и длительная стоянка, теперь можно было догадаться и без слов Плутия или отца.
Несмотря на ранний час, команда корабля повеселела. Оживились и пассажиры. Матросы приводили в порядок палубу, надраивали до красного блеска медные части
