всадник на белом коне; став во главе войска и побуждая его наступать на скифов, он чудодейственно рассекал и расстраивал их ряды… Последовав за святым мужем, ромеи вступили в бой с врагами. Завязалась горячая битва, и скифы не выдержали натиска конной фаланги. Окруженные магистром Вардой, по прозванию Склир, который со множеством [воинов] обошел их с тыла, они обратились в бегство… Сам Сфендослав, израненный стрелами, потерявший много крови, едва не попал в плен; его спасло лишь наступление ночи'. Константин уверяет, что в этой битве погибли пятнадцать тысяч пятьсот русов и позже на поле битвы 'подобрали двадцать тысяч щитов и очень мною мечей'. Ромеев, конечно же, было убито всего 350, хотя Константин пишет о большом количестве раненых. Святослав, тем не менее, понимал, что долго удерживать Дористол не сможет, очевидно, это и стало причиной начала мирных переговоров. Император Византии тоже понимал, что еще одно сражение – и армии у него не будет. Так что утром после сражения обе стороны вернулись к уже известному нам по прежним редакциям тексту мирного договора между Русью и Византией. Русы обещали отойти от Дористола, отпустить пленных и уйти из Болгарии, в то же время византийцы обещали не преследовать их, дать свободный проход, снабдить продовольствием.

В русской летописи это событие освещено так; 'Царь же на следующее утро призвал их (послов Святослава. – Автор) к себе и сказал: 'Пусть говорят послы русские'. Они же начали: 'Так говорит князь наш: 'Хочу иметь истинную любовь с греческим царем на все будущие времена''. Царь же обрадовался и повелел писцу записывать все речи Святослава на хартию. И стал посол говорить все речи, и стал писец писать. Говорил же он так:

'Список с договора, заключенного при Святославе, великом князе русском, и при Свенельде, писано при Феофиле Синкеле к Иоанну, называемому Цимисхием, царю греческому, в Доростоле, месяца июля, 14 индикта, в год 6479. Я, Святослав, князь русский, как клялся, так и подтверждаю договором этим, клятву мою: хочу вместе со всеми подданными мне русскими, с боярами и прочими иметь мир и истинную любовь со всеми великими царями греческими, с Василием и с Константином, и с боговдохновенными царями, и со всеми людьми вашими до конца мира. И никогда не буду замышлять на страну вашу, и не буду собирать на нее воинов, и не наведу иного народа на страну вашу, ни на ту, что находится под властью греческой, ни на Корсунскую страну и все города тамошние, ни на страну Болгарскую. И если иной кто замыслит против страны вашей, то я ему буду противником и буду воевать с ним. Как уже клялся я греческим царям, а со мною бояре и все русские, да соблюдем мы неизменным договор. Если же не соблюдем мы чего-либо из сказанного раньше, пусть я и те, кто со мною и подо мною, будем прокляты от бога, в которого веруем, – в Перуна и в Волоса, бога скота, и да будем желты, как золото, и своим оружием посечены будем. Не сомневайтесь в правде того, что мы обещали вам ныне, и написали в хартии этой и скрепили своими печатями''.

Император выполнил условия вывода войска русов из Болгарии: он снабдил русов продовольствием, но в то же время не забыл и сообщить печенегам, что Святослав уходит на Боспор. Причем Скилица рисует этот ромейский обман как небольшую нестыковку в переговорах: 'По просьбе Свендослава император отправил посольство к пацинакам, предлагая им стать его друзьями и союзниками, не переходить через Метр и не опустошать Болгарию, а также беспрепятственно пропустить росов пройти через их землю и возвратиться домой. Назначен был исполнить это посольство Феофил, архиерей Евхаитский. [Пацинаки] приняли посольство и заключили договор на предложенных условиях, отказавшись только пропустить росов'. Император превосходно понимал, что печенеги крайне недовольны желанием Святослава заключить мир, и что они никогда ему такого предательства не простят. Печенеги надеялись иметь с греков богатую дань, видимо, именно этим и соблазнил Святослав, предлагая участие в войне Теперь же у них не оставалось ничего, кроме памяти о погибших в болгарах понапрасну. Император, заключив с печенегами союз, почему-то позабыл сообщить Святославу о характере этих сепаратных переговоров.

Далее русская летопись пишет: 'Заключив мир с греками, Святослав в ладьях отправился к порогам. И сказал ему воевода отца его Свенельд: 'Обойди, князь, пороги на конях, ибо стоят у порогов печенеги'. И не послушал его, и пошел в ладьях. А переяславцы послали к печенегам сказать: 'Вот идет мимо вас на Русь Святослав с небольшой дружиной, забрав у греков много богатства и пленных без числа'. Услышав об этом, печенеги заступили пороги. И пришел Святослав к порогам, и нельзя было их пройти. И остановился зимовать в Белобережье, и не стало у них еды, и был у них великий голод, так что по полугривне платили за конскую голову, и тут перезимовал Святослав.

В год 6480 (972). Когда наступила весна, отправился Святослав к порогам. И напал на него Куря, князь печенежский, и убили Святослава, и взяли голову его, и сделали чашу из черепа, оковав его, и пили из него'. Константин сообщает об этом гораздо короче: 'Они (печенеги. – Автор) перебили почти всех [росов], убили вместе с прочими Сфендослава, так что лишь немногие из огромного войска росов вернулись невредимыми в родные места'. Скилица еще более простодушен: 'Когда Свендослав возвращался домой и проходил через землю пацинаков, то они заранее подготовили засаду и ожидали его. Подвергшись нападению, он и все его войско было совершенно истреблено. Пацинаки были раздражены тем, что он заключил с ромеями договор'. Вот на этом и закончилась эпопея с созданием единой и неделимой страны Русов, в которую входила бы Болгария и, скорее всего, – те страны со славянским населением, которые тянулись от Болгарии на север вплоть до берегов Варяжского моря. Перед походом на ромеев Святослав успел 'определить' свое потомство от многих жен: он посадил Ярополка в Киеве, Олега у древлян, а младшего, Владимира, – в Новгороде Для Руси война завершилась не самым плачевным миром, но огромным унижением и гибелью войска.

Но для болгар война с Византией завершилась полной потерей самостоятельности.

Император Иоанн 'переименовал Дористол в Феодорополь в честь Стратилата мученика Феодора и, оставив там надежную охрану, вернулся с большими трофеями в Византий. Встретив императора перед стенами, горожане преподнесли ему венцы и скипетры, отделанные золотом и драгоценными камнями. Они привезли с собою и украшенную золотом колесницу, запряженную белыми лошадьми; они просили [Иоанна] взойти на нее, чтобы отпраздновать полагающийся в таких случаях триумф. Иоанн принял венцы и скипетры, богато одарил за них горожан, но взойти на колесницу не пожелал. Устлав золотое сиденье колесницы пурпурными мисийскими одеждами и венками, он водрузил на нем вывезенное из Мисии изображение богородицы, заключающей в свои объятия богочеловеческий Логос. Сам он следовал на резвом коне сзади, увенчав голову диадемой, с венками и скипетрами в руках. Таким образом проехал Иоанн, совершая свой триумф посреди города, украшенного повсюду пурпурными одеяниями, осененного наподобие брачного чертога ветвями лавра и златоткаными покрывалами. Он вступил в великий храм Божественной Премудрости и, воздав благодарственные молитвы, посвятил Богу первую долю добычи – роскошный мисийский венец, а затем последовал в императорский дворец, ввел туда царя мисян Бориса и приказал ему сложить с себя знаки царского достоинства. Они состояли из тиары, отороченной пурпуром, вышитой золотом и жемчугом, а также из багряницы и красных полусапог. Затем он возвел Бориса в сан магистра. Вот каким образом император. Иоанн в очень короткое время сверх всяких Ожиданий одержал столь великую победу, сломил и поверг ниц своей воинской опытностью, мудрой доблестью и отвагой высокомерное бахвальство росов и подчинил ромеям Мисию'.

Первые междоусобицы

После табели Святослава на самой Руси наступила первая эпоха княжеских междоусобиц. Если в западных странах отцово наследство стремились не дробить, передавая власть только старшему сыну, то Святослав невольно заложил основы иного типа наследования – стремясь держать все части своей земли под контролем (чего, скорее всего, до него попросту не было), он разделил страну на три территории – по количеству сыновей: северные земли, западные земли и южные земли. Южные земли включали и высшую власть, киевский стол. Именно из-за этого стола и разгорелась смертельная вражда между братьями, каждый из которых видел свой путь для будущего Руси. И каждый претендовал проводить собственную политику. Роль козла отпущения в этой истории отведена старшему сыну, Ярополку. А роль злого

Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату