- Осторожнее, госпожа! - предупредил слуга. - Тут камни торчат. Не споткнись.
Следующий зал оказался гораздо просторнее. Здесь их ждал Вусан. Присев у крошечного костерка старик смотрел на огонь и печально улыбался.
- Садись, госпожа, - сказал он. - Вот мы и пришли.
Алекс положил одеяла и проговорил.
- Я пойду за остальными вещами.
Присев к огню, Сайо стала осматриваться. Почти круглая пещера диаметром примерно в пятнадцать шагов. Куполообразный потолок с каменными сосульками. Несколько низких, неглубоких ниш, в одной из которых лежала куча сухих веток. Пол зала покрывал песком, пополам с камнями и пеплом. Похоже, что это место довольно часто посещалось. Девушка подняла уголек. Он оказался холодным и тяжелым.
- Здесь неподалеку была деревня, - глухо проговорил Фусан. - Всего пол ли на север. Парни оттуда водили сюда девушек. Там жил мой дядя, и я часто бывал здесь. Нас, мелюзгу обычно прогоняли. Но мы прятались в нишах, или вон там в проходе.
Старик кивнул на противоположную стену, где в неверном свете пламени чернело треугольное отверстие.
- Парни приносили пиво, пряники или орешки. Пели, устраивали танцы... Ну и все такое.
- А они не придут сюда?
- Деревню сожгли вместе с жителями, госпожа, - глухо ответил Вусан. - Их господин пошел за Самозванцем. А новый барон не стал ее восстанавливать. Земли здесь бедные.
Сайо замолчала, глядя на огонь.
Зашуршав камнями, спустился Алекс. Сбросив поклажу, он начал рыться в мешке.
- Где осел? - с беспокойством спросил Вусан. - На ком я завтра поеду?
- Успокойся, почтенный, - молодой человек вытащил котелок. - Эта неблагодарная скотина привязана в верхнем зале.
- Ты все-таки его туда затащил? - улыбнулась девушка.
- Вот еще! - возмутился парень. - Я никого не спасаю насильно. Он сам вошел. Не захотел стать волчьим ужином.
- Нам бы тоже не мешало поужинать, - проговорил Вусан поднимаясь.
Вдвоем с Алексом они приготовили рис, молодой человек достал куски вареной курицы.
- Ты спер это на кухне? - нахмурился старик.
- А где мне еще! - усмехнулся парень и, поклонившись, протянул Сайо чашку. - Ешь, госпожа.
Не смотря, а может быть, благодаря сегодняшним волнениям аппетит у девушки оказался зверским. Первый раз за много лет она попросила добавки. Вусан не отказал. Потом они со стариком чаевничали, а Алекс возился в ближайшей нише.
- Госпожа, - позвал он. - Я приготовил тебе постель.
На аккуратно выложенных камнях лежали сухие ветки, покрытые овчиной и одеялом. На выступе стены стоял светильник.
- Поспи, Сайо-ли, - улыбнулся Алекс. - Пока так. Завтра придумаем что-нибудь получше.
Девушка кивком поблагодарила верного слугу и, сбросив наконец, опостылевшие сапоги улеглась. Не смотря на толстую овечью шкуру и одеяло, сучья больно врезались в тело, упираясь в самые неожиданные места. Ей пришлось, как следует повозиться, прежде чем удалось устроиться с минимальным комфортом.
'Как странно устроена жизнь, - думала девушка. - Только сегодня утром я проснулась во дворце, на мягкой шелковой постели. А засыпать приходится в сырой, темной пещере на вонючей овчине, под старым вылезшим одеялом'.
В воздухе клубилась мелкая водяная пыль, оседая на лошадиную шкуру, плащ и непокрытую голову. Под конскими копытами уныло чавкала грязь. Чубсо покачивался в седле, время от времени, вытирая воду с лица. Он не спешил. Не смотря на то, что Гатомо удалось избежать справедливого возмездия, теперь у Тайного Ока Сына Неба имелись неопровержимые доказательства родства Сайо с семейством Сакуро. Ни Айоро, ни сам сегун Канаго не посмеют опровергнуть признание, полученное без малейшего принуждения и в присутствии такого уважаемого землевладельца как барон Токого. Арестовать девчонку большого труда не составит. 'Интересно, какая рожа будет у Первого всадника, когда я расскажу, кто на самом деле его воспитанница' - Чубсо улыбнулся. Он слышал, что красоту и многочисленные таланты Сайо нахваливал сам сегун, а из-за ее руки перессорились самые завидные женихи. Старший дознаватель знал, что после ее ареста те, кто превозносил девчонку, начнут с таким же усердием ее хаять.
- Зря мы потащились по такой погоде, - проворчал Собачо. Почтенный возраст и многочисленные заслуги давали ему некоторые привилегии. Например, ворчать в присутствии начальства.
- Неизвестно сколько простоит это ненастье, - ответил Чубсо. - А нам пора возвращаться. Все, что можно мы уже сделали.
- Осталось, только взять девчонку, мой господин, - вступил в разговор писарь.
- Не думаю, что с этим возникнут проблемы, - усмехнулся Чубсо.
Вдруг Модово насторожился.
- Что? - нахмурился Чубсо.
- Впереди кто-то скачет, - ответил писарь.
