нас своим творчеством.
- Нет, - нашла в себе силы отказаться Сайо. - Я всего лишь молодая девушка, и как бы мне не зазнаться от ваших похвал.
- Но почему... - попытался было возразить барон. Но сестра остановила его порыв.
- Оставь нашу гостью в покое. Видишь, мы почти приплыли.
За интересным разговором они не заметили, как обогнули замок. Вновь показалась крошечная пристань, где их терпеливо дожидался слуга.
- Что тебе нужно? - нахмурился Даиро.
- Мой господин Татсо - сей, твоя уважаемая матушка напоминает, что приближается время обеда.
- Иди, передай, что я не забыл.
- А после обеда ты должна посмотреть мои картины! - решительно заявила баронесса.
За обедом Сайо поблагодарила хозяев за гостеприимство, а барона за возвращенное ожерелье. Она искренне и бесхитростно восхищалась Татсо - маро, вызвав довольную улыбку на сухих губах хозяина замка. В свою очередь он рассказал, что отправил гонца на лучшем скакуне и завтра уже ждет ответа из Канаго - сегу. При этом барон еще раз повторил предложение отправить Сайо вместе с отрядом младшего сына. Однако девушка решила ничего не предпринимать до получения письма от господ Айоро. Ей все больше и больше нравилась семья Татсо, но не стоило забывать о новом опекуне. Неизвестно еще, как отнесется Айоро - ли к такой самостоятельности. Видимо, барон это понял. Разговор в свои руки взяла его супруга, и дальше за столом говорили лишь о поэзии и о... погоде.
- Это слабость моей матушки, - смеясь, рассказывал Даиро. - Она считает, что все ее болезни так или иначе с связаны с погодой.
- Может быть, она и права, - ответила Сайо, когда они шли в комнаты Сендзо. Молодой барон слегка поддержал ее за локоть на ступеньках крутой лестницы, и девушка не смогла скрыть счастливой улыбки. 'Молодой, красивый, знатный! Ой, Сайо, не потеряй головы', - вдруг, словно наяву, услышала она голос преподобного Кимцзы, и страшно смутившись, аккуратно высвободила руку из заботливых пальцев.
Младшая дочь барона рисовала на бумаге и шелке. Гостья сразу отметила самобытную манеру письма. На картинах Сендзо вышагивали голенастые журавли, в зарослях камыша прятались тигры, медведь, стоя на задних лапах, обдирал когтями кору.
- Люблю рисовать зверей, - ответила на невысказанный вопрос девушка. - В них больше человеческого, чем в некоторых людях.
- Ты не только художница, но и философ, - засмеялся брат. - Не боишься, что твой ум распугает всех женихов.
- Умные не испугаются, а муж дурак мне не нужен! - парировала сестра.
Сайо подошла к следующей картине, где на нагретых камнях нежилась сине-зеленая змея, положив голову на свернутое в кольца тело.
'Спящая смерть', - прочитала она каллиграфическую подпись в углу рисунка и, вдруг, спросила:
- А где мой слуга?
Брат с сестрой переглянулись.
- Где-нибудь работает. Зачем он тебе? - в один голос проговорили они.
- Я учу его грамоте, - пояснила девушка.
- Слугу? - удивилась баронесса.
- В Канаго - сегу мне будет нужен грамотный слуга, - пояснила Сайо.
- У меня есть, - сказал Даиро. - Если хочешь, я подарю тебе. А у Сендзо имеется даже грамотная служанка.
- Да, - подтвердила сестра и повернувшись крикнула. - Эй, кто там!
В дверях мастерской появилась служанка.
- Найди мне Тому.
- Слушаюсь, госпожа.
- Мне не хочется доставлять вам лишние хлопоты, - засмущалась гостья.
- Никаких хлопот! - возразила баронесса. - Мне в радость оказать тебе услугу, Сайо - ли!
В комнату с поклоном вошла молодая круглолицая девушка в аккуратном платье.
- Звала меня, госпожа Татсо - ли?
- Вот это Тома. Умеет читать, писать и даже считает. Если хочешь, можешь взять ее в Канаго - сегу, - сказала баронесса. - Она еще неплохо делает прическу. Разбирается в одежде благородных женщин.
Сайо взглянула на девушку. На миг ей показалось, что в маленьких глазах мелькнул страх, но тут же Тома привычно уставилась в пол. Сайо подумала, что ей вовсе не хочется уезжать из замка. Да и ей не нужна еще одна служанка.
- Мой слуга, - тихо проговорила Сайо, тщательно подбирая слова. - Дорог мне как память о доме, в который я больше никогда не вернусь. Как тебе, Татсо - ли, дороги старые, привычные к пальцам кисти. Вон они стоят в стаканчике. Ты же не спешишь расставаться с ними? А твой кинжал, Татсо - сей? Судя по рукояти, он служит тебе не один год.
- Это так, - улыбнулся молодой человек. - Кажется, я понимаю тебя.
