Позже – она не знала, сколько прошло времени, – Салли уперлась ладонями в землю и медленно села, отряхивая сухие листья с одежды и вытирая лицо носовым платком. Она пережила сверхъестественный, совершенно чудесный духовный опыт и до сих пор ощущала его последствия. В ней произошла перемена, глубокое личное нравственное возрождение – и это было не субъективное чувство, но действительный факт. Это было что-то совершенно новое, что-то поистине необычное.
– Должно быть, именно это подразумевают, когда говорят «вы должны спастись», – произнесла она вслух.
Все изменилось. Салли Роу, сейчас сидевшая на траве, трепещущая, охваченная благоговейным страхом, заплаканная и счастливая, была уже не той Салли Роу, которая недавно свернула в эти заросли.
Раньше она чувствовала себя потерянной и заблудшей. Сейчас она чувствовала себя уверенно и спокойно в руках Божьих.
Раньше жизнь ее не имела смысла. А теперь обрела его – цель и смысл, которые ей еще нужно было постичь до конца.
Раньше ее угнетало и давило чувство вины. Теперь она очистилась. Она была свободна. Она была прощена.
Раньше она была бесконечно одинока. Теперь у нее был Друг, ближе которого быть не может.
А что касается ее старых друзей, ее мучителей… Вне блистающего круга ангелов угрюмо сидели в кустах Отчаяние, Смерть, Безумие и Страх – выброшенные прочь, словно мусор на свалку, и лишенные всякой возможности вернуться. Они хмуро переглядывались, готовые наброситься с бранью на любого, кто осмелится заговорить первым.
Они были изгнаны. Побеждены. Раздавлены. Вот и все. Каким-то образом, не успела она стать слугой Господа, как уже начала утверждать свои права и власть. Она не тратила лишних слов, не пыталась блеснуть красноречием. Она просто приказала им убраться из своей жизни.
– Она быстро учится, – сказал бес по имени Отчаяние. Все прочие одновременно плюнули в него – просто за то, что он сказал это.
– Это чудесно, – вслух сказала Салли, смеясь от удивления и восторга. – Просто чудесно!
Тол и Гило с невыразимой радостью наблюдали за ней, ни на миг не сводя с нее глаз.
– Слово ее свидетельства и кровь Агнца, – сказал Тол. Гило кивнул.
– Верно.
– Капитан Тол! – раздался крик. С неба метеором упал курьер, который резко расправил крылья как раз вовремя, чтобы приземлиться прямо перед Толом. – Известие от Моты из Бэконс-Корнера! Молитвы совершили прорыв! Линия вражеского фронта разорвана! Они готовы нанести удар по «Брокен-Бирч»!
Тол рассмеялся в счастливом возбуждении.
– Неплохо! Дрова уже сложены, и теперь… – Он взглянул на Салли. – Теперь у нас есть спичка для того, чтобы разжечь бегущий огонь. Натан, Армут!
– Капитан! – откликнулись те.
– Салли готова. Следуйте за ней отсюда, и предупредите Криони и Трискала о необходимости оградить Аштон от возможного вторжения. Когда она разожжет огонь, известите Моту и Сигну в Бэконе-Корнере.
– Будет сделано!
– Кри и Си, выстройте свои войска вокруг центра «Омега». Когда бегущий огонь достигнет вас, направьте его в Бентмор.
Кри и Си мгновенно исчезли.
– Шимон и Сцион, приведите в боевую готовность войска в Бентморе. Приготовьтесь переслать огонь дальше, в Саммит.
Шимон и Сцион взмыли в небо и скрылись.
Тол повернулся к курьеру.
– Передай Сигне с Мотой, что у них есть молитвеннее прикрытие и теперь они могут захлопнуть ловушку. Потом пусть ждут сигнала от Натана и Армута.
Курьер улетел с донесением.
Тол по-братски положил руку на плечо Гило.
– Гило Сила Многих, настало время нашим войскам занять позиции в институте Саммита.
– ЙА-ХА-А-А-А! – прозвучал воинственный клич Гило, и воин поднял над головой меч. – Будет сделано!
Тол расправил крылья с шумом, подобным грозному реву океанской волны. Он высоко вскинул меч, все воины последовали его примеру – и парк Лейкленд озарился сиянием.
– За святых Божьих и Агнца!
Мота получил сообщение от Тола – и как раз вовремя. Он и Сигна прятались в вентиляционных шахтах на фабрике Бергена, выжидая удобного момента, чтобы расстроить умное незримое наступление Разрушителя на праведников Бэконс-Корнера.
Сигна указал на главного контролера Эбби Грейсон, которая ходила между фрезерными станками с неизменным планшетом в руке, стараясь поддерживать бесперебойное течение рабочего процесса, что она делала вот уже двадцать лет.
– Они никогда не добирались до этого места со своими интригами и махинациями, по крайней мере
