Ломает полночь черный сук,Неумолимо пахнет тленьем,И обегает злой паукСвое напрасное плетенье.В тот час, когда стучат в окноНездешние и неживые,А в тихой комнате темно,И лают псы сторожевые -Зачем приходишь ты однаСтоль обольстительно влюбленной,Что на рассвете у окнаЯ каждый день окровавлённый…1918
531
В те дни, когда такого счастьяНичто не обещало мне,И только призрак сладострастьяМелькал на огненном коне, -Одна, одна среди томленийИ отречений ты былаЦарицей нежных преступленийИ обаятельного зла.Я не прощу, что ты сумела,Убив мой нежный, светлый страх,В глазах оставить образ телаИ клятву страсти - на губах.Но страшно думать, что за мукиСладчайшие в моей судьбе,За нежно вскинутые руки -Мой смертный приговор тебе!1918
532. Posthume
Их было двое, утром, на снегу -Неисцелимым утром! - надо мною.Мне думалось: я их узнать смогу,Хотя в глазах лишь небо голубое.Но голос женщины был странно тих,И так тревожен голос отвечавший,Что понял я, что я пугаю их,Невидевших, неверивших, незнавших.Но не было ни холодно, ни жаль.Звонили где-то… Шелестела хвоя…И застывала синяя эмальВ глазах раскрытых, прямо надо мною.1918
533
Я руки грел горячими каштанамиИ равнодушным золотом лучей,И навсегда они остались страннымиОт этой ласки, жаркой и ничьей.Кидаю ли их в небо золотистое,Роняю ли в зеркальный сумрак вод -Все та же лень, и грешная и чистая,Ни умереть, ни жить им не дает.