замечание proclomozua[22]: я страдаю, простите меня, некоторой щепетильностью в отношении к сокращению человеческих имен, и меня обижает, когда вместо моего имени Михаил пишут какой-то «Мих». Уверяю Вас, однако, что эти пустяки, даже если они повторятся, не помешают мне в конце осени, если сговоримся всерьез, вполне отдаться работе для Вашего журнала.
В день Троицы были у меня: Т. В. Розанова, Голицын с женой, Яловецкий с дочерью, Трубецкой, В. С. Кацаурова, К. С. Пришвина, Андрюша и С. П. Коноплянцева с сыном.
Яловецкий рассказывал о случае в судебной практике: обвинялся старик 60 лет за покушение на убийство жены, с которой жил множество лет, обвиняемый не хотел признать никаких смягчающих обстоятельств, ни «запальчивости», ни «состояния опьянения», просто хотел убить и пырнул ножом в бок основательно и не думал, что она останется жива. Жена, однако, дала показания неожиданные: оказалось, что во время ее выздоровления и суда они с мужем впервые узнали такую счастливую жизнь, такую любовь друг к другу, какой не мерещилось и в первые дни их совместной жизни.
Вчера приехал Петя, несколько дней тоже и Андрюша живет. Читал им роман. Андрюша сказал, что множеству комсомольцев чувство любви, описываемое в романе, совсем непонятно, они считают это «воображением» и живут, как велит природа и ее случай. Я ответил ему, что, да, любовь, конечно, действие воображения, но и «чубаровский коллективный акт» есть дело воображения, и еще, что, может быть, и в самой природе нет полового акта без воображения: песня соловья, зяблика… «Но, — сказал я, — в половом бесчинстве комсомольцев виноваты мы, отцы их, революционные интеллигенты, мы говорили им, что когда изменятся условия жизни общества, то и отношения полов сами собой изменятся. Мы не говорили, как их нужно изменить…»
Алпатов — это воплощение вопроса пола и семьи, возникшего несвоевременно в истории рев. движения. Вопрос пола и семьи есть вопрос действительности, таящейся в «идее» (плане), это реализация плана, воплощение мечты, это Альдонса и Санчо Пансо в душе Дон-Кихота, которые требуют согласованности плана с их существом. Все сектанты, в том числе и наши интеллигенты, и наши
Здоровое звено социализма (его «материализм») есть именно вопрос об Альдонсе (рабочий и крестьянин)…
Закончено звено «Зеленая Дверь» (три листа). Новое звено «Брачный полет» захватывает вначале Лейпциг, и на «золотом сечении» изображается с величайшей напряженностью Париж (Микарем). Последнее звено «Золотая луговина»: Петербург и болото.
Мы с Яловецким ездили искать место для осенней охоты на Дубне, выехали в 9 у. и вернулись в понедельник 20-го в 3 д. Наметили дер. Александровку.
Константиновская долина р. Дубны похожа на дно озера, которое давно пересохло, и люди стали пахать на том месте, где раньше плавали.
Яловецкий влюблен в эту долину, и она действительно прекрасна и, главное, тем, что на человеческий глаз не изменяется: «в десять лет раз заметишь, засохла где-нибудь старая ива и больше ничего».
Комиссар Леонов, зав. школой в Шеметове, мальчишка, ехал с обозом, в его распоряжении было 8 человек. По дороге шел пьяный портной. Мальчишке показался пьяница подозрительным, он выстрелил в него и убил. Осмотрели портного и нашли у него в кармане всего полкоробка спичек.
В Константиновке видели крестный ход в Спас-Закубежье. Крестьяне прекрасно возделывают поля и здорово пьют. Экономика их: пять мешков картошки за ситцевую рубашку.
Милый на ногу наступит: он характер узнает.
Я увидел тропинку, рассекающую рожь, видел на лугу раковые шейки, слышал на болоте свист кроншнепов, видел над деревней четырех пролетающих журавлей: все свое, любимое,
Александровка: Николай Фадеев Фролов,
Никульское: Клягин — охотник,
Бобошино: Палин, Михаил Петрович,
Шеметово: Фролов Николай Никифорович,
Ясниково: Васильев, Семенов.
С Петра Великого началось великое гонение на русскую бороду, и все ничего сделать не могут, потому что борода и, значит, растет; стриги, скобли ее, все растет. Нельзя русскому человеку жить без бороды, первое, что жене не за что ухватиться, а второе — кто плюнет в глаза, попадет в бороду, и это на счастье выходит.
22–23 закончить звено, 24–25 — выправить, в Воскресенье утром отчистить, вечером 26-го чтение у Тальникова и ночевка, 27-го понед. сдать рукопись Полонскому и заявить о деньгах.
28–29–30 сборы, 1-го Июля отъезд в Александровку. Июль, Август, Сентябрь — в Александровке.
Закончена переписка «Зеленой двери».
Константиновская долина должна дать мне окончательный материал для «Золотой луговины».
Мужчина начинает понимать женщину, когда его животный инстинкт ослабевает, тогда оказывается, что кутерьма его любви главным образом и была препятствием к тому, чего он от нее добивался.
Лева приехал. Низ закипел. Смотрел на трех молодых Пришвиных и вспоминал братьев: эти ребята, пожалуй, получше, все серьезные, деловые.
Когда животный инстинкт ослабевает у мужчины, и он находит себе отвлекающее его от любовной кутерьмы занятие, тогда он обыкновенно начинает понимать женщину и, наконец, находит себе жену.
Творчество — это страсть, умирающая в форме. Даже простая расстановка вещей, наведенный порядок дает некоторое спокойствие, а создаваемая форма — это счастье: (Порядок и форма). Значит, можно сказать, что творчество — это удовлетворение страсти формой.
Читал интервью Горького с Коганом, вот противно-то! Коган развивает два мотива: Горький доволен
