1.7.09. 15–05
Очередная комиссия с шимпанзе – надеюсь, таки уже последняя за оставшиеся ему 65 дней. Перед самой проверкой, минут за 10–15, эта животина собрала вдруг весь барак в “культяшке”, бешеным истошным криком загнала туда 3–х человек, ждавших проверки во дворе (в том числе и меня, – я вышел специально, думая избежать присутствия на “совете нечестивых”) и произнесло речь. Передать ее здесь, как и свое впечатление от нее, я не могу, – скажу только одно: хотелось смеяться в голос. Повод был не смешной: опять едет какая–то неизвестная, но грозная комиссия, так что надо, как всегда, “убрать лишние вещи”. Но попутно было сообщено, что все в бараке (именно множественное число) “живет как шерсть”, “нет свежий воздух” из–за того, что на шконках висят вещи, входишь в барак с улицы – “воняет как дальняк!!!”, и т.д. Неоднократно было повторено: если у тебя есть лишние вещи, телогрейки и пр. – “убери в каптерка”. Никто, конечно же, не спросил эту мразь, по какому праву она указывает другим, как им жить, и навязывает свои порядки; боюсь, и в голове эта мысль из всех присутствующих была у меня одного. Зато было авторитетно упомянуто, что по поводу комиссии, “лишних вещей” и пр. – это “положенец слово”, т.е. приказ их “по(д)ложенца”.
Я быстренько пошел, как всегда, передвинул баулы под свою шконку, расстелил свое красное одеяло, снял со шконки одежду и сунул под подушку. Принес вот сейчас из ларька полпакета брикетиков лапши – до вечера их некуда убрать, т.к. баул убран и на глазах всей этой мрази таскать его туда–сюда – небезопасно. Но, правда, на сей раз обошлось заметно легче: такой грозной (бешеной) проверки всех шконок в секции на отсутствие “лишних вещей”, как прошлой зимой, эта обезьяна сегодня не устраивала. Обошлось в первый, самый острый момент, – значит, обойдется и все 3 дня, до пятницы, которые придется держать одеяло расстеленным, а баулы – спрятанными.
В ларьке та же самая полублатная мразь, унаследовавшая ушедшему на 7–й “телефонисту”, аккуратно стрясла с меня очередные 200 рублей на их т.н. “общее”. Как же – месяц начался, сегодня 1–е, а я им как будто бы теперь должен эти 200 р. ежемесячно, это уже постоянный налог, и если я откажусь его вдруг платить – с полублатным радетелем “общего” будет истерика...
В “пожарной” яме с водой у столовки активно проводятся какие–то работы. В дно набили стоймя старых рельс, между плитами положили горизонтально 2 толстенных бревна и несколько досок и что–то там постоянно делают со сварочным аппаратом – режут рельсы и трубы, куда–то их еще вбивают или приваривают, хрен поймешь... Общий замысел пока неясен.
Вчера это блатное чмо с “трубой” вообще не позвало меня, когда мать звонила, а ей сказало позвонить завтра: как же, последний день месяца, у них суета с “расчетами” за карточные проигрыши, с поиском и передачей денег на воле и пр.
2.7.09. 9–05
Вчера вечером опять подскочила температура – часам к 7–ми, как обычно. Опять пришлось ее сбивать: 2 таблетки аспирина + 1 нурофена. Вроде сбил. Когда ложился спать – все было нормально. Но часа через 3 проснулся – всего аж колотит, озноб жуткий, температура безумная и нет сил встать... Потом проснулся еще раз – вроде получше, озноба такого уже нет, но все равно – ясно, что болен. А к подъему – не поймешь даже, то ли есть t°, то ли нет, и башка вроде не болит, но угрожающе налита сильнейшей, свинцовой болью, и если резко двинуться или двинуть головой – эта боль слегка ощущается внутри...
Не придумал ничего умнее, как сразу сожрать горсть таблеток: 2 цитрамона, 2 аспирина и 1 нурофена. Чуть не подавился, когда глотал их. И – от них ли, или еще от чего – но стало все вокруг как во сне, как будто смотришь на знакомые предметы, людей, озираешься – и вроде узнаешь, но не можешь понять, где находишься; голова не кружится, но все как будто чуть–чуть едет перед глазами; видишь все как–то отчужденно, со стороны, – даже во сне зачастую куда реальнее воспринимаешь окружающее. В общем, тяжелое, очень неприятное состояние, и не знаешь, чем его объяснить. Давление не давление (но еще бы посильней – и уже темнеет в глазах, и можешь упасть), что–то мозговое, видимо; даже описать толком свои ощущения словами я не могу. Когда в 1989 стал принимать дифенин, сразу по целой таблетке 2 раза в день – оказалось этого слишком много и тоже было такое вот ощущение полной “отчужденности” от окружающего и темно в глазах...
Сейчас, когда пишу, стало вроде немного полегче, но еще не до конца. Лоб в испарине, t° нет. Переписывать 2009–й сегодня черт знает, смогу ли вообще, хватит ли сил...
3.7.09. 10–30
Чрезвычайно удачно сходил сейчас в баню – впервые после 2–х прошлых пролетевших пятниц, когда она не работала. Пришел – было только еще 9–40. При входе лежала на столике груда досок, – признак ремонта. :) Народу никого. Заглянул в “помывочный зал” – ни стекла не вставили в окна, ничего... Все как было. 1 человек мылся под невыключающейся (точнее, она, конечно, выключается, но своим отдельным краном) “лейкой”, где обычно моются блатные. Пока я раздевался – он домылся и вышел, в зале не осталось вообще никого. Я вошел – и, не будь дурак, сразу пошел к этой вот блатной “лейке” (остальные–то все выключены до 10 часов), – пока не пришли наши и пр. блатные, хоть намочиться успею. Но я успел под ней полноценно вымыться, пока начал подтягиваться в баню 2–й (СДиПовский) отряд, в котором, как известно, блатных нет. :) Шикарно помылся, – благо, на этой”лейке” еще и стоит нормальный, несломанный разбрызгиватель, а не просто течет еле–еле струйка, как на половине “обычных” “леек”. И когда я уже вышел, вытерся и сидел одевался, – вот тогда только чуть не бегом прибежала часть 13–го отряда! Но было уж поздно: 2–й набился раньше, так что толкучка и нехватка “леек”, как всегда, получилась ужасная, – по трое–четверо под одной. Так, что двое новичков, не так давно “поднявшихся” с карантина (но сидящих уже не 1–й раз, – теперь на 13–й только таких и “поднимают”) сунулись было в зал – и вышли обратно, решив в раздевалке ждать, когда там станет поменьше народу. Я, очень довольный, первым из всех пошел домой.
Вчера же пришла еще одна замечательная новость: наш отрядник уходит в отпуск до 20 августа! Сказал об этом он сам на утренней проверке, так что сведения точные. :)) Боже, какое счастье! Не выскакивать по понедельникам в полной “форме одежды” на зарядку! Да и вообще – не видеть эту харю хотя бы полтора месяца... Хитрая бестия, – он ведь был в отпуске с конца декабря по конец февраля, и вместо того, чтобы только через год, как я думал, он через 4 месяца снова в отпуск, уже летом... Чтоб тебя убили, суку, в твоем Дагестане, как убили там Магомедтагирова, как почти ежедневно там отстреливают “мусоров” прямо на улицах, – чтобы ты не вернулся оттуда, паршивый мунафик, верой и правдой служащий оккупантам твоей родной земли!..
10–55
Кстати, все забываю написать: забавный у них обычай, у этих дебилов в бараке: накрывать подушку в наволочке сверху еще и полотенцем! Никогда нигде раньше такого не видел, а тут, как посмотришь днем, когда из столовки, скажем, еще не пришли, – все подушки на верхних шконках завернуты в большие банные полотенца. Зачем? Черт их знает... Варварский туземный обычай. Надо будет понаблюдать, снимают ли они полотенца с подушек хотя бы ночью, или так на них и спят...
18–55
Мать ездила сегодня днем к Ганнушкиной и стрясла с нее 5 тысяч – в зачет тех, что, по словам Гефтера причитаются мне из выручки за “концерт в защиту политзаключенных”. Всего–то!.. Оттуда мать звонила мне по мобильнику, ожидая Ганнушкину, и когда та появилась, успела дать ей трубку. Но та ни о чем особенном не спросила, – только как у меня дела и буду ли я еще подавать на УДО. Я сказал, что буду, но только в октябре. Мать же, дозвонившись адвокату Сидорову, узнала от него, что кассация в Нижнем по последнему (27.4.09.) отказу мне в УДО назначена на 21–е июля. Что ж, ждем–с... Ждем, как они выкрутятся на сей раз.
В ларьке блатное чмо, с чьей “трубы” я все последние месяцы звоню и куда мне звонит мать, таки вымогло у меня “на выход” двух блатных подонков, обитателей “маленькой секции”, из ШИЗО – шоколадку и пачку шоколадных конфет. Сперва хотело оно 100 руб. отдельным чеком, но я не успел вовремя сказать кассирше и она выписала один чек. Это блатное чмо сперва стояло рядом, ожидая, пока я куплю на 80 и оставлю ему 100 (!), но потом отошло, сказав купить конфеты и шоколадку. Для меня же это оказалось выгоднее, т.к. вместе они стоят всего 62 рубля, а не 100, и на оставшиеся я купил себе еще один пакет сока. Теперь его должно хватить на все выходные.
4.7.09. 18–18
