в спальне не было. Заглянув под кровать, становой увидел десятка два пустых бутылок, старую соломенную шляпу и четверть водки. Под столиком валялся один сапог, покрытый пылью. Окинув взглядом комнату, следователь нахмурился и покраснел. - Мерзавцы! - пробормотал он, сжимая кулаки. - А где же Марк Иваныч? - тихо спросил Дюковский. - Прошу вас не вмешиваться! - грубо сказал ему Чубиков. - Извольте осмотреть пол! Это второй такой случай в моей практике, Евграф Кузьмич, - обратился он к становому, понизив голос. - В 1870 году был у
{02204}
меня тоже такой случай. Да вы, наверное, помните... Убийство купца Портретова. Там тоже так. Мерзавцы убили и вытащили труп через окно... Чубиков подошел к окну, отдернул в сторону занавеску и осторожно пихнул окно. Окно отворилось. - Отворяется, значит не было заперто... Гм!.. Следы на подоконнике. Видите? Вот след от колена... Кто-то лез оттуда... Нужно будет как следует осмотреть окно. - На полу ничего особенного не заметно, - сказал Дюковский. - Ни пятен, ни царапин. Нашел одну только обгоревшую шведскую спичку. Вот она! Насколько я помню, Марк Иваныч не курил; в общежитии же он употреблял серные спички, отнюдь же не шведские. Эта спичка может служить уликой... - Ах... замолчите, пожалуйста! - махнул рукой следователь. - Лезет со своей спичкой! Не терплю горячих голов! Чем спички искать, вы бы лучше постель осмотрели! По осмотре постели Дюковский отрапортовал: - Ни кровяных, ни каких-либо других пятен... Свежих разрывов также нет. На подушке следы зубов. Одеяло облито жидкостью, имеющею запах пива и вкус его же... Общий вид постели дает право думать, что на ней происходила борьба. - Без вас знаю, что борьба! Вас не о борьбе спрашивают. Чем борьбу-то искать, вы бы лучше... - Один сапог здесь, другого же нет налицо. - Ну, так что же? - А то, что его задушили, когда он снимал сапоги. Не успел он снять другого сапога, как... - Понес!.. И почем вы знаете, что его задушили? - На подушке следы зубов. Сама подушка сильно помята и отброшена от кровати на два с половиной аршина. - Толкует, пустомеля! Пойдемте-ка лучше в сад. Вы бы лучше в саду посмотрели, чем здесь рыться... Это я и без вас сделаю. Придя в сад, следствие прежде всего занялось осмотром травы. Трава под окном была помята. Куст репейника под окном у самой стены оказался тоже помятым. Дюковскому удалось найти на нем несколько поломанных веточек и кусочек ваты. На верхних
{02205}
головках были найдены тонкие волоски темно-синей шерсти. - Какого цвета был его последний костюм? - спросил Дюковский у Псекова. - Желтый, парусинковый. - Отлично. Они, значит, были в синем. Несколько головок репейника было срезано и старательно заворочено в бумагу. В это время приехали исправник Арцыбашев-Свистаковский и доктор Тютюев. Исправник поздоровался и тотчас же принялся удовлетворять свое любопытство; доктор же, высокий и в высшей степени тощий человек со впалыми глазами, длинным носом и острым подбородком, ни с кем не здороваясь и ни о чем не спрашивая, сел на пень, вздохнул и проговорил: - А сербы опять взбудоражились! Что им нужно, не понимаю! Ах, Австрия, Австрия! Твои это дела! Осмотр окна снаружи не дал решительно ничего; осмотр же травы и ближайших к окну кустов дал следствию много полезных указаний. Дюковскому удалось, например, проследить на траве длинную темную полосу, состоявшую из пятен и тянувшуюся от окна на несколько сажен в глубь сада. Полоса заканчивалась под одним из сиреневых кустов большим темно-коричневым пятном. Под тем же кустом был найден сапог, который оказался парой сапога, найденного в спальне. - Это давнишняя кровь! - сказал Дюковский, осматривая пятна. Доктор при слове 'кровь' поднялся и лениво, мельком взглянул на пятна. - Да, кровь, - пробормотал он. - Значит, не задушен, коли кровь! - сказал Чубиков, язвительно поглядев на Дюковского. - В спальне его задушили, здесь же, боясь, чтобы он не ожил, его ударили чем-то острым. Пятно под кустом показывает, что он лежал там относительно долгое время, пока они искали способов, как и на чем вынести
