этом. Посему и сами они, получив пользу от слуха об этом и воодушевившись, что говорят?
Ученики Его сказали Ему: вот, теперь Ты прямо говоришь, и притчи не говоришь никакой; теперь видим, что Ты знаешь все и не имеешь нужды, чтобы кто спрашивал Тебя: посему веруем, что Ты от Бога исшел. Иисус отвечал им: теперь веруете? Вот наступает час, и настал уже, что вы рассеетесь каждый в свою сторону, и Меня оставите одного; но Я не один, потому что Отец со Мною.
Ученики, услышав, что Бог Отец будет любить их, и что они не нуждаются в посредничестве Его, Христа, как усвоенные Отцу, и что Он исшел от Бога, говорят: «теперь видим, что Ты знаешь все», то есть знаешь, чем соблазняется сердце каждого, и не имеешь нужды узнавать это от других, и потому веруем, что Ты от Бога исшел. Ибо знать тайны сердечные свойственно Богу (Пс. 43, 22). Смотри же, как они были несовершенны, когда говорят: «теперь видим». Они, так много и долго слушавшие учение Его, говорят: теперь мы знаем. А Христос объявляет им, что они и теперь еще несовершенны, что они не уразумели ничего великого о Нем, но еще обращаются низко и около земли. Он говорит: «теперь веруете?» и этим как бы упрекает и укоряет их за медленность веры. А чтобы они, держась таких мыслей о Нем, не подумали, что они угождают Ему, говорит: «наступает часть, что вы рассеетесь каждый в свою сторону». Вы думаете, что имеете обо Мне великое представление. А Я говорю вам, что вы оставите Меня врагам, и такой страх овладеет вами, что вы и удалитесь от Меня не вместе друг с другом, но рассеетесь каждый поодиночке, и каждый сам себе будет искать убежища и спасения. Но Я от того не потерплю никакого зла. Ибо Я не один только, но и Отец вместе со Мною. Посему Я страдаю не по бессилию, но добровольно отдаюсь распинателям. Когда, посему слышишь: Боже! «для чего Ты Меня оставил» (Мф. 27, 46), не понимай так просто, будто Спаситель оставлен Отцом, (ибо, как Он свидетельствует здесь: Отец со Мною»?), а понимай так, что слова эти сказаны естеством человеческим, оставленным и отверженным за грехи, но во Христе примиренным и усвоенным Отцу.
Сие сказал Я вам, чтобы вы имели во Мне мир. В мире будете иметь скорбь; но мужайтесь: Я победил мир.
«Сие», говорит, «сказал Я вам», чтобы вы не удаляли Меня из ваших мыслей и не колебались, и не смущались продолжать твердую любовь ко Мне, но «чтобы вы имели во Мне мир», то есть, чтобы вы пребывали непреклонными, принимая за верное все, что Я ни говорил вам. Да слышит и Арий, что все это смиренное и, по-видимому, недостойное славы Сына, сказано ради слушателей, а не для того, чтобы мы пользовались этими словами при определении догматов; ибо они сказаны в утешение апостолов, как показывающие любовь Его к ним. «В мире будете иметь скорбь». Искушения для вас не остановятся на страшных этих словах, но до тех пор, пока вы будете в мире, вы будете иметь скорбь, не теперь только, когда Я предаюсь, но и после этого. Но вы противостойте искушающему помыслу. «Мужайтесь: Я победил мир». А когда Я победил, вам, ученикам, должно не скорбеть, но презирать мир, как уже побежденный. Как же Он победил мир? Низложив начальника мирских страстей. Впрочем, это видно из последующего. Ибо все Ему покорилось и уступило. Как с поражением Адама вся природа осуждена, так с победою Христовою победа простерлась на всю природу, и во Христе Иисусе нам дарована сила наступать на змей и скорпионов, и на всю силу вражескую (Лк. 10, 19). Ибо чрез человека смерть вошла, чрез человека же и жизнь, и сила на диавола (1 Кор. 15, 21-55). Ибо, если бы победил один только Бог, тогда ничто не относилось бы к нам.
Глава семнадцатая
После сих слов Иисус возвел очи Свои на небо и сказал: Отче! пришел час: прославь Сына Твоего, да и Сын Твой прославит Тебя, так как Ты дал Ему власть над всякою плотью, да всему, что Ты дал Ему, даст Он жизнь вечную. Сия же есть жизнь вечная, да знают Тебя, единого истинного Бога и посланного Тобою Иисуса Христа.
Сказав ученикам, что они иметь будут скорби, и, убедив их не унывать, Господь ободряет их еще молитвою, научая и нас в искушениях оставлять все и прибегать к Богу. Иначе. Настоящие слова суть не молитва, но беседа с Отцом. Если в иных случаях (Мф. 26, 39) Он молится и преклоняет колена, то не удивляйся сему. Ибо Христос пришел не для того только, чтобы явить Себя миру, но и для того, чтобы научить всякой добродетели. А учитель должен учить не словами только, но и делами. Желая показать, что идет на страдания не против воли, а по собственной воле, говорит: «Отче, пришел час». Вот, Он желает этого, как чего-то приятного, и предстоящее дело называет славою, и славою не Своею только, но и Отчею. Так и было. Ибо не Сын только прославился, но и Отец. Ибо прежде Креста Его не знали даже и иудеи, как сказано: «Израиль Меня не познал» (Ис. 1, 3); а после Креста вся вселенная притекла к Нему. Показывает и то, в чем состоит слава Его и Отца; слава Божия в том, чтобы уверовала и была облагодетельствована всякая плоть. Ибо благодать не ограничится одними только иудеями, но прострется на всю вселенную. Сказал это потому, что намерен был послать их к язычникам. Чтобы они не почли этого нововведением, неугодным Отцу, Он объявляет, что власть над всякою плотью дана Ему от Отца. Прежде же этого Он говорил им: «на путь к язычникам не ходите» (Мф. 10, 5). Что же значит: «над всякой плотью»? ведь, не все же уверовали? Но Христос, со Своей стороны, старался всех привести к вере; если же они не внимали Ему, то в этом вина не Учителя, но тех, которые не принимают Его. Когда слышишь: дал еси, приях (Ин. 10, 18), и тому подобное, то понимай так, что это сказано по снисхождению, как мы много раз говорили. Ибо, всегда остерегаясь говорить Сам о Себе что-нибудь великое, Он снисходит к немощи слушателей. И как они соблазнялись слыша о Нем великое, то Он возвещает то, что для них доступно, подобно как и мы, разговаривая с детьми, так называем хлеб, воду и вообще все прочее, как и они. Когда же евангелист говорит о Господе (от своего лица), слушай, что говорит: «все Им получило бытие» (Ин. 1, 3), и: «тем, которые приняли Его, дал власть соделываться чадами Божиими» (Ин. 1, 12). Если другим дает Он такую власть, то неужели Сам не имел ее, а получил от Отца? Потом и в этих самых словах, по-видимому, уничиженных, вставлено нечто высокое. «Да всему, что Ты дал Ему», это — снисхождение, «даст Он жизнь вечную», это — власть Единородного и Божества. Ибо давать жизнь, и притом вечную, может только Бог. Назвал Отца «единым истинным Богом» для отличия от лжеименных богов языческих, а не отделяя Самого Себя от Отца (прочь такая мысль!). Ибо и Он, будучи истинным Сыном, не может быть богом ложным, а есть истинный Бог, как этот же самый евангелист в соборном послании своем говорит о Господе: «Иисус Христос есть истинный Бог и Жизнь вечная» (1 Ин. 5, 20). Если еретики настаивают, что Сын есть бог ложный, так как Отец назван единым истинным Богом, то пусть знают, что этот же самый евангелист говорит о Сыне: «был Свет истинный» (Ин. 1, 9). Ужели же, по их понятию, Отец есть ложный Свет? Но нет, прочь такая мысль! Посему, когда называет Отца истинным Богом, то называет Его так в отличие от ложных богов языческих подобно как и в словах: «славы, которая от единого Бога, не ищете» (Ин. 5, 44), по понятию еретиков выйдет: так как Отец — единый Бог, то Сын вовсе и не Бог. Но такое заключение поистине безумно.
Я прославил Тебя на земле, совершил дело, которое Ты поручил Мне исполнить. И ныне прославь
