Всего надеется, все переносит.
Любовь, говорит, не отчаивается в любимом, но надеется, что он всегда восходит к лучшему. Это сказал к отчаивающимся. Если сверх чаяния и случится, что любимый будет пребывать во зле, она переносит его недостатки мужественно. Ибо она, говорит,
Любовь никогда не перестает.
То есть никогда не уклоняется от цели, но все приводит в исполнение; или, что и лучше, не прерывается, не пресекается, никогда не прекращается, но продолжается и в будущем веке, когда все прочее упразднится, как скажет апостол далее.
Хотя и пророчества прекратятся, и языки умолкнут.
Перечислив порождения любви, снова возвышает ее иным образом, именно, говорит, что и пророчество и языки окончатся, а любовь будет пребывать постоянно и в бесконечности. Ибо если пророчества и языки существуют для того, чтобы вера принимаема была удобнее, то, по распространении веры повсюду, естественно, они, как излишние, прекратятся, и в настоящем веке, а особенно в будущем.
И знание упразднится. Ибо мы отчасти знаем, и отчасти пророчествуем; когда же настанет совершенное, тогда то, что отчасти, прекратится.
Если звание будет упразднено: неужели мы будем жить в незнании? Отнюдь нет! Но говорит, что упразднится знание
Когда я был младенцем.
Сказав, что с пришествием совершенного
То по-младенчески говорил.
Это соответствует языкам.
По-младенчески мыслил.
Это соответствует пророчествам.
По-младенчески рассуждал.
Это соответствует знанию.
А как стал мужем, то оставил младенческое.
То есть в будущем веке я буду иметь знание более зрелое; тогда малое и младенческое знание, какое мы здесь имеем, упразднится. Затем продолжает.
Теперь мы видим как бы сквозь тусклое стекло, гадательно.
Объясняет сказанное о младенце, и показывает, что нынешнее наше знание — какое-то темное, а тогда будет яснейшее. Ибо, говорит, видим ныне в зеркале. Потом, поскольку зеркало довольно отчетливо показывает отражающийся в нем предмет, присовокупил:
Тогда же лицом к лицу.
Говорит так не потому, будто Бог имеет лицо, но дабы чрез это показать ясность и наглядность знания.
Теперь знаю я отчасти, а тогда познаю, подобно как я познан.
Вдвойне уничижает их гордость, показывая, что нынешнее знание неполное, и что оно не наше собственное. Не я, говорит, познал Бога, но Он Сам познал меня. Посему, как ныне Он Сам познал меня, и Сам снизошел ко мне, так и я достигну Его тогда гораздо больше, нежели теперь. Как сидящий во тьме, пока не видит солнца, не сам стремится к прекрасному лучу его, но луч показывает себя ему своим сиянием, а когда он примет сияние солнечное, тогда уже и сам стремится к свету. Итак, слова
А теперь пребывают сии три: вера, надежда, любовь; но любовь из них больше.
Существуют и дары языков, пророчества и разумения, хотя они и призрачны, однако с распространением веры между всеми они совершенно упразднятся. Вера, надежда и любовь продолжительнее их (ибо это означается словами:
ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
Достигайте (???????) любви.
Показав, что любовь есть великий дар, далее располагает стремиться к ней. Не сказал: ищите любви, но
