к своему предшественнику Александру Ильичу Букиреву, который принял на работу нераскаявшегося космополита. Во всяком случае, через полтора года все на том же сентябрьском партийном собрании один из ораторов — Харитонов — вскользь заметит:
«Не нравится, что у тов. Тиунова проскальзывает мысль: что было до меня — плохо. Что при мне — хорошо. <...> А между тем, старый ректор тов. Букирев не является членом Ученого совета университета»2.
На ближайшем партийном собрании 14 февраля 1952 г. обвинения против Л. Е. Кертмана выдвинет секретарь партбюро университета К. Мочалов, который проговорится, по какой причине товарищи не любят заведующего кафедрой всеобщей истории. Того наперебой приглашают читать лекции. Ему платят — что вызывает зависть и раздражение со стороны менее удачливых коллег. Секретарь публично выскажет то, о чем перешептываются в кабинетах и коридорах: «Здесь говорили о тов. Кертман. Он погнался за длинным рублем и по существу начал халтурить. Ведь он на стороне ведет полугодовую нагрузку. Некоторые поручения там он читает по своему желанию. Ясно, что готовиться к занятиям систематически не может». В поста
193
103
новлении имя Кертмана будет упомянуто в числе «...некоторых преподавателей, которые «читают отдельные лекции на низком идейно-теоретическом и методическом уровне»
Тут
