Театр французского классицизма

Ты доблестнее всех, но ты не царский сын.

Бездушная судьба, чье роковое слово
С мечтаньем разлучает честь!
Мое избрание ты судишь так сурово,
Что в страсти только скорбь мне суждено обресть.
О, небо! Сколько перенесть
Должна я сердцем быть готова,
Когда ему нельзя, терзаясь вновь и вновь,
Ни встретить милого, ни погасить любовь!

Нет, праздной робостью мой ум обеспокоен,
И мыслить я должна смелей:
Пусть от рождения мне царский сан присвоен,—
Родриго, я могу под властью жить твоей.
Ты, победивший двух царей,
Венца державного достоин,
И новый титул твой, непобедимый Сид,
О царственном твоем призванье говорит.

Меня достоин он, но он у ног Химены,
И в дар он мною принесен!
В их страсть и смерть отца не вносит перемены,
И мщенье нехотя свершает свой закон.
Пусть перед ней преступен он,—
Меж нами будут те же стены,
И заповедь судьбы к несчастной так строга,
Что любят пламенно друг друга два врага.

ЯВЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ

Инфанта, Леонор.

Инфанта

Куда ты, Леонор?

Леонор

Пред взоры королевны,
Так счастливо опять обретшей мир душевный.

Инфанта

Как обрету я мир среди таких скорбей?

Леонор

Живет надеждой страсть, но гибнет вместе с ней;
Родриго вас пленять уже не может боле.
Вы знаете, что он Хименой вызван в поле:
Падет ли он в бою, ее ль получит он,—
Надежда умерла, и дух ваш исцелен.

Инфанта

Увы, далёко нет!

Леонор

Не все ль мечтанья тщетны?

Инфанта

Напротив, ни одни, как прежде, не запретны!
Когда у них в бою стоит такой заклад,
Я воспрепятствовать могу на всякий лад.
Любовь, виновница моих живых мучений,
Внушает любящим сто тысяч ухищрений.

Леонор

На что надеяться, когда и смерть отца
Воспламенить враждой не может их сердца?
Ведь поведение Химены доказало,
Что ненависть над ней не властвует нимало.
Ей дозволяют бой, и тут же как бойца
Она согласна взять случайного юнца,