Классическая русская литература в свете Христовой правды

также в “Воскресении” один тип, разочаровавшийся в жизни, тоже упоминает экклизиологию Хомякова.

Толстой люто ненавидит Хомякова за то, что тот был изумительным мастером диалога, спора. Лев Толстой, кроме того, что он был не образован, он был ещё и небаслип (от слова “баить” - говорить)[109]. Толстой с трудом в устной беседе связывал подлежащее со сказуемым.

Толстой не имел ни дара красноречия и, вообще, интересной беседы даже спор, а ведь – это тоже наука (навык должен быть), потому что наши споры и даже газетные, как правило, сбиваются на личные оскорбления.

Не то, что с Хомяковым, даже с Герценом, Толстой ни в какое сравнение не мог идти. Но Герцен жил за границей и поэтому с ним общался ограниченный контингент, и Лев Толстой вспоминает, как ему было трудно вступить в диалог с Герценом.

Поэтому Толстой окружается себя лизоблюдами, которые ловят и записывают все его слова. Толстой претерпел страшное наказание от Господа на смертном одре: пытался привычным жестом пишущей руки что-то изобразить на одеяле, но ничего записать уже был не в силах, но требует в полубреду, чтобы ему прочли то бессмертное, что он записал. И ему читают Конфуция, что-то из Канта, но, конечно, не Евангелие. Толстой успокоился, так как поверил, что – это его, то есть у него был отнят разум.

Можно сказать, что какова бы ни была загробная участь Толстого, но он был наказан ещё при жизни.

Толстой в юности (в 15 лет) как бы посвящает себя предтече антихриста. Он не просто разуверился, так как в качестве такого учителя жизни избирает Жан Жака Руссо и вешает его портрет на шею вместо нательного креста, то есть вместо Христа[110].

Антихрист – это не тот, кто против Христа, это тот, кто вместо Христа подставляет себя.

В письме Софье Андреевне Толстой первенствующего члена Синода митрополита Антония (Вадковского) было прямо сказано, что если Лев Николаевич не покается и не присоединится к Церкви, то отпевать его нельзя. Сам Толстой запретил какие-то ни было совершать над ним религиозные обряды, а велел просто зарыть своё тело, как не нужную и вонючую вещь, чтобы она не мешала живым.

В своём завещании Толстой писал: “Повторяю, при этом случае то, что похоронить меня прошу также без, так называемого, богослужения, а зарыть тело в землю, чтобы оно не воняло”. Так именно было записано в его дневнике и было сообщено самой главной толстовке Александре Андреевне. Все дневники Толстого предполагалось обнародовать, так как тайных дневников он не вёл.

После окончания Крымской войны, в 1855 году Толстой вернулся в среднюю Россию и вскоре вышел в отставку. У него появилось много свободного времени. Лев Толстой в это время начинает размышлять, и думает о том, что его посетила, как он сам пишет, - “великая, громадная мысль, осуществлению которой я чувствую себя способным посвятить жизнь” (март 1855 года).

Мысль эта – основание новой религии, соответствующей развитию человечества. То есть, христианская Православная вера – это для невежд и для дураков. “Религия Христа, но очищенной от веры и таинственности”.

“Религии практической, не обещающей будущие блаженства, но дающая блаженства на земле”. Лев Толстой, между прочим, - тоже предтеча большевиков, так как идея, которая вдохновляла ранних большевиков – это как раз земной рай. Как пишет, например, Иванов Разумник – “вера наша не в спасающих богов, а самоспасающую человеческую личность”.

Человек, прошедший толстовщину, Михаил Александрович Новосёлов в 1901 году скажет о себе, но именно о толстовстве – “Ты - кто такой? Ты – христианин без Христа”.

Лев Толстой первое, что изгоняет из своего религиозного обихода – это Воскресение Христово, а остаётся такое же моральное учительство, которое ставит Христа в, так называемый, ряд учителей человечества. Причём, этих учителей человечества человек определяет сам, но, конечно, опираясь на некоторую традицию. Лев Толстой в этот ряд учителей человечества вносит Конфуция, Будду, Марка Аврелия и ещё нескольких человек.

В несторианские времена Феодор Мовсуэтский как бы вдвигает Христа в лик пророков и апостолов, то Лев Толстой – в просто учителя человечества. Исправление Евангелия он делает абсолютно сознательно и с чётко выраженной целью. А именно, поскольку апостолы жили 2000 лет назад и поскольку они не обладали современным развитием, то наделали ошибок и не могли их не наделать, поэтому пишет – “Я обязан их поправлять”.

В 1860 году умирает брат Льва Толстого Николай Николаевич. Толстой пишет: - “Вот идут похороны. Машинально вспомнил молитву. Молиться? Кому? Что такое Бог, представляемый себе так ясно, что можно просить Его, сообщаться с Ним? Ежели я и представляю себе такого, то Он теряет для меня всякое величие. Бог, которого можно просить и которому можно служить есть выражение слабости ума”.

И в наше время встречаются такие люди. Мне довелось общаться с одной последовательницей буддизма у которой спросила, что же Вас отвратило от христианства и она ответила, что там слишком много просят[111].

И это-то и есть абсолютный диаболизм, то есть, это – не беснование, а служение сатане. Маргарите у Булгакова сатана говорит: - “Гордая женщина, вы никого ни о чём не просите и, особенно, тех, кто сильнее вас – сами предложат и сами всё дадут”.

Просьба в молитве у христиан прекращается тогда, когда молитва претворяется в славословие, но это уже область совершенных и ангелов. Но и небесные святые просят, ибо ходатайствуют за нас, и ангелы просят, ибо ходатайствуют за нас.

В буддизме главное то, что – “я получаю своё совершенство, вырабатываю его сам, а после смерти ничего всё равно не останется”. Лев Толстой абсолютно отрицает именно бессмертие души, остаётся тело, которое надо зарыть, чтобы оно не воняло.

Примерно через месяц после похорон Николая Николаевича Толстой пишет в дневнике: - “Уже не далеко до отправления туда. Куда? Никуда! Во время самих похорон пришла мне мысль написать материалистическое евангелие жизнь Христа-материалиста”. Толстому 32 года и он уже сложившийся предтеча антихриста.

В первом послании Иоанна Богослова (гл.2) говорится

¹⁸Дети! последнее время. И как вы слышали, что придет антихрист, и теперь появилось много антихристов, то мы и познаём из того, что последнее время. ¹⁹Они вышли от нас, но не были наши: ибо если бы они были наши, то остались бы с нами; но они вышли, и через то открылось, что не все наши.

Антихристы бывают большие и малые. Лев Толстой был малым антихристом и именно, благодаря злобным кощунствам, всяческим выходкам, своей деятельности по распространению своих сочинений – этакое мельтешение.

Порфирий Иванов был антихристом повыше, чем Лев Толстой. Порфирий Иванов, когда говорил о Евангелии, то сам не верил, что все евангельские события были не с ним, то есть он прямо считал про себя, что он прошел круг на земле и что Христос – это он. Умирая, Порфирий завещал, чтобы его поминали не за упокой, а за здравие.

До какой степени продолжается Божье долготерпение? Почему эта личность (Лев Толстой), сложившаяся уже к 60-м годам XIX-го века, как-то не была остановлена? Ответ надо искать в состоянии русского общества XIX-го века. Если бы его так сразу бы не подняли на щит, то ведь он бы был опасен только самому себе и тогда он бы кончил в сумасшедшем доме, но он не был сумашедшим……

Лекция №26.

Лев Толстой.

Женитьба и семейная тема в жизни Л.Н. Толстого.

Творчество и семейная жизнь Толстого так, что разделить их не возможно.

1858 год – своеобразный рубеж для Толстого. Уже вышла его “Трилогия” и имела успех, он – обладатель