Не видно, кто виновен, а видна ему Сама вина лишь. Дав
Милый, старика боюсь. Поймает вдруг у двери — и прости-прощай: Повесит. Горгий
Да, вступать с ним в словопрения — Напрасный труд, Каким ни действуй способом, Ни силу в ход пустив, ни уговорами — Его упорства злого но сломить ничем. Закон ему защита от насилия, А от внушенья мирного — ужасный нрав. (Хочет уйти в поле.)
Дав
Постой-ка, Горгий. Мы пришли не попусту: Опять, как я и думал, он идет сюда. Входит Сострат.
Горгий
(Даву)
Вот этот малый в тонком шерстяном плаще? Дав
Он самый. Горгий
Сразу видно по глазам — подлец. Горгий и Дав отходят в сторону.
Сострат
Как назло, Гету дома не застал сейчас. Мать жертву богу принести какому-то — Но помню уж какому — собралась (она Их каждый день приносит, все святилища Подряд обходит в доме) и поэтому Послала Гету повара нанять. А я Сбежал от богомольцев и сюда пришел. Довольно проволочек! Сам я вгаступлю Ходатаем своим! Я постучу сейчас В дверь к старику, чтоб больше не раздумывать. Горгий
(подходя к Сострату)
Позволь, приятель, несколько серьезных слов Сказать тебе. Сострат
Пожалуйста, я слушаю. Горгий
По-моему, у всех людей решительно, И у счастливцев и у неудачников, Какой-то свой рубеж есть, поворот судьбы, И удаются все дела житейские Счастливцу до тех пор, покуда может он Своим прекрасным наслаждаться жребием, Не совершая зла. А не удержится От зла в хмелю успеха — и дела его Пойдут иначе, примут оборот дурной. Зато и те из бедняков, которые Зла не творят и незавидный жребий свой С достоинством несут, — они заслуженно Дождутся лучшей доли — только срок им дай! Так вот, и ты, коль ты богат, не очень-то
