Драконы выбрались на свободу, и тотчас для драконира не осталось места. Он поднялся по трапу на главную палубу. Большая часть команды уже покинула судно, осталась лишь небольшая горстка людей, спасавшихся вверху на вантах.

— Тебя за это повесят, — крикнул кто-то сверху.

— Чертов крысеныш, какое у тебя право подниматься на судно со своим драконом и убивать нашего капитана!

Релкин сплюнул.

— А иначе он убил бы маленького дракона. Как ты думаешь, после этого взрослые оставили бы хоть одного из вас в живых? Скажи спасибо за то, что я сделал.

— Все равно тебя ждет военно-полевой суд. Я знаю. Я служил когда-то в легионе.

Глядя на веселившихся драконов, Релкин вздохнул. На руках у Базила были сразу оба малыша, и он кружил их вокруг себя в приступе отцовской любви. Самое печальное во всем этом было то, что матросы говорили правду. На суде, где судьями и членами жюри были люди, рассказ о происшедшем вряд ли мог дать представление о той безысходности и обреченности, которую ощущал Релкин в тот миг, когда кинжал вылетал у него из-под руки по такой невероятно красивой траектории.

— Да, это я знаю, — спокойно произнес он и обхватил руками свои саднящие бока.

Глава 7

Это был мрачный день. Унылый дождик зарядил уже с рассвета. Помещение суда в форте Далхаузи, где проходили заседания военного трибунала, выглядело серым и зловещим, хотя из-за барьера и доносился гомон многочисленных зрителей. Слушание дела вызвало огромный интерес в городе. Напротив барьера сидели служащие суда, адвокаты и обвинители, администрация и мировые судьи. Но это было пока лишь заседание следственной комиссии. Трибунал сначала должен был установить, является ли проступок драконира наказуемым, а затем уже передавать дело в суд.

Релкин сидел в первом ряду возле своего адвоката Свиба, розовощекого, двадцатишестилетнего, прямо со студенческой скамьи юридического факультета в Марнери.

Возвышаясь над всеми, стояла высокая скамья, на которой сидели три командира легиона: именно они, люди значительные, седовласые, многоопытные, и составляли трибунал. Лица у них были довольно мрачные, но их мрачность не шла ни в какое сравнение с выражением на лице свидетеля, командира эскадрона Дигаля Таррента. Всякий раз, когда ему приходилось упоминать имена Релкина и Базила из Куоша, лицо его выражало скорбное неодобрение.

Главный обвинитель, капитан Дженшоу из Сокадейна, был дьявольски упрямым человеком. Он весьма искусно использовал нелюбовь Таррента к Релкину.

— Итак, вы можете показать, командир эскадрона Таррент, что до того дня, пока драконир Релкин не покинул форт вместе с драконом, вы ни разу не слышали о, гм, романтическом интересе дракона к самке, которая находилась на борту брига «Калиса»?

— Никогда не слышал об этом. Я вернулся к себе в часть и обнаружил, что они оба исчезли. Мне сказали, что распоряжением генерала Вегана им был предоставлен отпуск, вот и все.

— Итак, ни единого слова вам, командиру их подразделения, и ни единого упоминания о, гм, об отношениях между боевым драконом Базилом из Куоша и этим, гм, диким крылатым драконом?

— Совершенно ничего.

Обвинитель Дженшоу с серьезным выражением поднял глаза вверх и обратился к членам трибунала:

— Можно ли занести в протоколы, что государственный обвинитель предполагает показать, что так называемых отношений между драконами никогда не существовало и они были выдуманы после случившегося дракониром Релкином?

— Можно занести, — произнес председатель трибунала, командующий Водт, сидящий в центре.

— Более того, — продолжал Дженшоу, — следует занести в протокол, и мы это уже доказали, что драконир Релкин проявлял тенденции к нарушению дисциплины и к неуставным действиям, возможно, даже с криминальным уклоном.

Адвокат Свиб был уже на ногах:

— Возражаю, милорды, члены трибунала. Ни о какой криминальной активности не было и речи в предыдущих слушаниях. Речь шла только о преступлении, в котором его обвиняют, а именно об убийстве и о попытке кражи.

Члены трибунала поглядели друг на друга, брови их поднялись и опустились. Командующий Водт медленно кивнул:

— Возражение отклоняется. Мы позволяем оставить утверждение таким, каким оно прозвучало.

— Но, милорды…

— Пожалуйста, без «но», адвокат. Продолжайте, обвинитель.

— Государственный обвинитель не имеет больше вопросов к свидетелю.

Релкин вздохнул. Дигаль Таррент постарался сделать все от него зависящее, чтобы утопить их с Базилом. Их заклеймили как недостойных доверия и готовых слинять при малейшей возможности, чтобы ввязаться во что-нибудь незаконное.

Адвокат Свиб отодвинул свой стул:

— Командир Таррент, мы хотим уточнить для протокола: сколько лет вы командуете Сто девятым марнерийским эскадроном драконов?

Впервые Таррент выглядел чуть-чуть менее уверенным.

— Вот уже три месяца официально, хотя еще пару месяцев я выполнял обязанности командира до этого. Я был здесь, в Далхаузи, когда еще не получил официального назначения в эскадрон. В это время я изучал Сто девятый, поэтому я знал его великолепно еще до того, как принял командование.

— Тогда вы должны были заметить, что в послужном списке драконира Релкина и дракона Базила из Куоша отмечены исключительные заслуги за их участие в боях.

Таррент пожал плечами:

— Что ж, они принимали участие в каких-то кампаниях.

— Минутку, командир эскадрона, это явно заниженная оценка. Драконир имеет пять звезд за участие в боях и три наградные ленты.

— Я не могу ручаться за точное их число.

— Но все же вы утверждали, что тщательно знакомились со Сто девятым перед тем, как принять командование.

Таррента передернуло:

— Должно быть, я забыл.

— Тогда я освежу вашу память. Они принимали участие в зимней кампании против Теитола. Они прошли с боями свой путь от Гана до Туммуз Оргмеина. Они сражались в Урдхе прошлым летом, где заслужили новые награды.

Таррент выглядел так, будто у него схватило живот.

— Несколько многовато отличий для человека, которому едва исполнилось семнадцать, вы не находите?

Таррент попытался мрачно улыбнуться:

— Наверное, так.

— Я добавлю, что у драконира есть еще одна награда — Звезда Легиона, которой награждаются за исключительное мужество и преданность на службе. Я хотел бы добавить, что ею награждаются очень и очень редко.

— Да, адвокат, — пробормотал Таррент.

— Итак, хотя вы весьма отрицательно обрисовали как драконира Релкина, так и боевого дракона Базила из Куоша, вы допускаете, что их служба в легионе проходила весьма успешно.

Таррент нехотя кивнул:

— Что ж, полагаю, что вы можете сделать и такой вывод.

Свиб повернулся к трибунам:

— Защита просит суд внести в протокол этот послужной список и отказаться от обвинений в неподчинении, которые были сделаны здесь командиром эскадрона Таррентом.

Вы читаете Драконы войны
Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату
×