Настольная книга по теологии. Библейский комментарий АСД Том 12

беззаконие (авон), преступление (пеша) и грех (хет) Своего народа через прощение (Исх. 34:7).

б. Ежегодное служение: День очищения. Один раз в году первосвященник входил в Святое святых (Лев. 16). В этот день служение в израильском святилище достигало кульминации и высшего предназначения. День очищения преследовал несколько взаимосвязанных целей.

(1) Окончательное очищение народа. Святилище нужно было очищать «от нечистот сынов Израилевых и от преступлений их, во всех грехах их» (стих 16; ср. со стихами 21, 30, 34). Совокупность этих терминов, обозначающих грех, включает в себя все разновидности грехов. Это означало, что грехи, искупаемые в День очищения, не ограничивались какой–то одной категорией зла и неправды. С помощью обрядов Дня очищения производилось очищение святилища и жертвенников (Лев. 16:16,18; Исх. 30:10). Одновременно эти обряды приносили благо народу, потому что очищение людей после этого считалось завершенным. Об этом говорится в Лев. 16:33: «И очистит Святое святых, и скинию собрания, и жертвенник очистит, и священников, и весь народ общества очистит». «Загрязненным» местом было святилище, и его нужно было очистить. Но поскольку через ежедневное служение грех и нечистота израильтян переносились в святилище, их удаление в День очищения завершало весь процесс очищения.

(2) Бог судит Израиль. Во святилище Бог действовал как Судья Своего народа. В Псалтире, который использовался для служения в храме, Бог часто превозносится как Судья Своего народа и мира (Пс. 9:20). Он есть Судья Израиля, и псалмопевец не боится предстать пред Ним на суд (Пс. 7:8, 9). Как Судья Бог исследует умы и сердца праведников (стих 9; 138:1, 23). Именно Бог оправдывает праведных на суде (Пс. 16:2; 25:1, 2; 34:24; 42:1).

День очищения был святым собранием — днем, когда люди должны были смирять себя (Лев. 23:27). Тот же глагол (смирять) употребляется в связи с постом в Ис. 58:3, 5. Но чтобы смирить себя, нужно было нечто большее, чем только пост (ср. с Пс. 34:13). Пост был выражением зависимости человека от Бога и потребности в Нем. В День очищения израильтяне ощущали и выражали свою зависимость от Бога и свое желание сохранить отношения завета с Господом, потому что только Он мог очистить их полностью.

Этот день был также днем отдыха, обрядовой субботой, в которую нужно было воздерживаться от всякого труда (Лев. 16:31). Все израильтяне должны были смирять себя перед Господом, полностью полагаться на Бога и воздерживаться от всех мирских дел. Покой народа противопоставлен деятельности первосвященника в святилище. Пока они покоились, он совершал для них важную работу перед Господом. Окончательное очищение, которое они не могли осуществить своими действиями, за них совершал священник.

В тот же самый день Господь судил израильтян. Он оценивал, смирили они себя или нет, полностью ли они положились на Его очищающую силу и прощающую благодать (Лев. 23:29). Он также оценивал, покоятся они в Нем или нет (стих 30). Те, кто не смирял себя и не покоился в Господе, признавались виновными и не могли далее быть частью народа Божьего (стих 30). Человек, который из–за своей гордыни и самонадеянности отвергал Божью искупительную благодать, не мог воспользоваться преимуществами ежедневного служения.

(3) Оправдание Бога и Его святилища. Через ежедневные жертвы исповеданные грехи раскаявшихся грешников переносились в святилище Божье. Бог терпел грех и нечистоту перед лицом Своим только для того, чтобы очистить и удалить их. Но даже искупленные грехи не могли бесконечно пребывать в святом жилище Бога. До тех пор, пока эти грехи оставались, проблема греха не была окончательно решена. В День очищения провозглашалось, что между святостью и грехом, чистотой и нечистотой нет ничего общего. Грех и нечистота были чуждыми элементами, которые Бог временно терпел в Своем присутствии только для того, чтобы сохранить жизнь тем, кого Он любил. Но в надлежащее время Бог удалял от Своего лица эти элементы и тех, кто выбирал жизнь во грехе и нечистоте.

В День очищения Бог возлагал грех/нечистоту на их родоначальника и источник. Второй козел от народа символизировал отпущение (Азазел) (Лев. 16:8). Хотя смысл этого имени не ясен, параллелизм конструкций «для Господа» и «для отпущения» указывает на то, что Азазел — это скорее всего демоническая личность. Азазел выходит на передний план после того, как Аарон завершает очищение святилища. Этот козел не участвует в искупительных обрядах Дня очищения. Он несет на себе все беззакония сынов Израилевых (стих 22; наса авон). В данном случае эта фраза не означает нести чей–то грех за другого человека; только в этом месте Писания она имеет уникальный смысл: «понести все беззакония их» в пустынное место, где этот козел и должен был оставаться навсегда. В данном контексте это выражение означает «унести безаконие» в пустыню, и в нем нет никакого искупительного подтекста. Обряд, совершаемый над козлом отпущения, был обрядом удаления греха/нечистоты, а не жертвенным действием.

Возложение греха/нечистоты на козла, символизирующего Азазела, указывало на демоническое происхождение греха/нечистоты и возвращало их к месту зарождения. Эта демоническая сила не только не представляет для Господа угрозы, но и контролируется Им. Когда Израиль покоится, Господь открывает Свою власть над злом и всеми демоническими силами. Таким образом, День очищения — это провозглашение Божьего владычества и превосходства святости над грехом и нечистотой. Это, вне всякого сомнения, указывает на осуществление Божьего плана искупления рода человеческого через Христа.

Ежедневное и годовое служение в израильском святилище тесно переплетались при решении проблемы греха в Ветхом Завете. Вместо того, чтобы изгонять грешника от лица Своего, Господь очищал его, чтобы сохранять взаимоотношения завета. В ежедневном служении грех/нечистота кающегося переносились посредством жертвенного замещения в святилище, и человек оставался в мире с Богом. Один раз в году ежедневное искупление и очищение завершалось удалением греха/нечистоты от лица Божьего. Тем самым завершался процесс ежедневного очищения. В День очищения Бог исследовал качество веры и посвящения Своего народа. Те, кто поддерживал ежедневные взаимоотношения веры с Господом, сохранялись; а те, кто разрывал или отвергал их, навсегда отлучались от общества завета. Бог являл Себя как любящий и могущественный Бог, способный спасать и побеждать силы греха. Таким образом, жертвенная система Ветхого Завета раскрывала в тенях и образах план искупления, средоточием которого был грядущий Мессия–Искупитель.

II. Священство Христа в Новом Завете

А. Несовершенство системы образов

Это исследование исполнения образов жертвенной системы во Христе приводит нас к Откровению и Посланию к Евреям. Но, поскольку жертвенное истолкование смерти Христа встречается также и в других местах Нового Завета, мы будем их также исследовать. Система образов имела серьезные ограничения, которые признаются не в одном лишь Новом Завете.

Псалмопевец понимал, что люди не могут искупить себя, заплатить выкуп за свою жизнь (Пс. 48:8). Только Бог мог заплатить выкуп (стих 16). Жертва была лишь плодом раскаявшегося сердца, которое искало прощения у Бога (Пс. 50:18–21). Ветхий Завет указывал на то время, когда эти ограничения будут сняты через совершенную жертву Раба Господня (Ис. 52:3–53:12), Который был изображен совершенным Агнцем, умирающим смертью жертвенного замещения (Ис. 53:11).

В Новом Завете указаны ограничения старой системы с целью возвеличивания новой. Так, в Послании к Евреям завет с Израилем считается ограниченным во времени земным установлением (8:7–13). Израильское святилище было только тенью, образом, копией оригинала — небесного святилища (стихи 2, 5). Левитское священство было недостаточным, потому что оно не способствовало достижению совершенства (Евр. 7:11), то есть не помогало решению проблемы греха. Образное левитское священство