Добившись желаемого, Мария обрела уверенность.

– Так вот, этим счастьем, дорогой мой, ты обязан мне. Каждым днем из долгих пятнадцати лет. Потому что если бы не я, Валя вышла бы замуж за Тетерина. А это значит, что ты мне должен, и сейчас ты поднимешься на чердак и поговоришь со своей женой. Ее нельзя бросать в такую минуту.

– Никто и не бросает, – сказал Муродали.

– Вот и хорошо. Просто поднимись на чердак. А я посижу с твоей сестрой.

Однако она так и не успела поговорить с Мархамат. У ворот заскрипел тормозами «КамАЗ» Дедюхиных, и уже в следующее мгновение во двор шаровой молнией влетела Томка. По дороге Степан успел ей обо всем рассказать – и о приезде таджикской родственницы, и о причинах переезда Мирзоевых из Приднестровья, и о том, что Гуля была их племянница, а не дочь. Но у Томки против всего этого было свое средство.

– Где Валя? – закричала она. – Я подарки привезла!

Следом за ней в калитку протиснулся навьюченный пакетами Степан. Томка бросилась к мужу, выхватила у него один из пакетов и начала рыться в нем в поисках чего-то важного. Очевидно, не найдя этого, она взялась за другой пакет, потом за третий и только в четвертом обнаружила то, что искала. Степан во время этого обыска терпеливо стоял на месте.

Выхватив из пакета что-то обернутое в розовую бумагу, счастливая, раскрасневшаяся Томка снова повернулась к сестре.

– Где Валька-то? У меня сюрприз.

– На чердаке, – сказала Мария.

Она хотела предупредить Томку, что Валя там не одна и что, наверное, лучше дать им с Муродали время поговорить, но Томка уже умчалась наверх. Степан принялся собирать разоренные Томкой пакеты, укладывая в них то, что его жена впопыхах разбросала по двору, а Мария ждала, чем закончится Томкина миссия. К ее удивлению, с чердака неожиданно долетел смех.

– Смотри, смотри, Маша, – проговорила Валя, спускаясь по лестнице и показывая сестре невероятно яркого кукольного уродца. – Спорим, ты такого еще не видела!

Она опять засмеялась и поставила куклу на землю. Уродец неопределенного пола, у которого не было ног и который был наполовину упрятан в ядовито-зеленое бархатное ведро, закачался своей верхней половиной из стороны в сторону и дурацким голосом запел про какого-то зайку, и про лужайку, и про цветы. Когда он дошел до считалки, из сарая выскочили девочки и с визгом принялись прыгать вокруг поющего монстра.

– Демон какой-то, – задыхаясь от смеха, выговорила Валя.

Она показывала пальцем на голову странного поющего существа, которая была выполнена почему-то в виде подсолнуха. Огромные желтые лепестки раскачивались вокруг нее, а посредине, там, где должен был находиться черный круг семечек, пластиковым счастьем сияло безжизненное лицо.

Мария смотрела на прыгающих девочек, повторявших следом за монстром бесконечное «Раз, два, три»; на Валю, в изнеможении от смеха сгибающуюся пополам; на Томку и Муродали, застывших на лестнице; и, кажется, только она одна услышала, как Валя сквозь смех выдохнула:

– Вместо Гули оставим себе. Будет смешить…

Глава 21

Подарки Томка привезла всем без исключения, не забыв даже о Мархамат. Через десять минут вся веранда была завалена пустыми коробками, обрывками шуршащей оберточной бумаги, пакетами и ленточками, по которым ходили и все никак не могли успокоиться обитатели дома на Озерной. Дети в полном восторге хвастались друг перед другом и перед взрослыми своими подарками, а взрослые в свою очередь просто не находили слов.

– Тома, откуда деньги? – вопрошали они.

Но Томка молчала как партизан.

Это был ее праздник, и она ни за что не позволила бы испортить его, раскрыв тайну. Она понимала, что, если все объяснить, общий интерес к ней, в конце концов, пропадет. Раскрытый секрет фокуса убивает его. Поэтому Томка продолжала играть свою роль загадочной и щедрой царицы Тамары. Степану, который едва не сказал правду Ивану Александровичу, она успела показать свой маленький, но решительный кулак, и тот мгновенно стушевался, безропотно соглашаясь продлить Томкино счастье.

Девочки прыгали во дворе на большой надувной кровати, которую Томка купила для сестры Муродали.

– Ну, куда ей такая огромная? – ворчал в магазине Степан.

– Пригодится. У них там обычно детей знаешь сколько! Надуют у себя в саду и будут возиться на ней под деревьями.

Томка представляла себе этот сад, и эти цветущие деревья, а под ними целую кучу смуглых ребятишек, похожих на Валькину Гулю (за тем исключением, правда, что Гуля теперь оказалась вовсе не Валькина, но это, в общем-то, было все равно – дети есть дети, пусть прыгают, чего с них возьмешь).

– Хорош там скакать! – крикнул Степан девочкам.

Он сидел на корточках перед новой газовой плитой, читая руководство по эксплуатации. Взлетающие в окне головки Кати и Гули отвлекали его и разрушали торжественность момента. Такую плиту Степан раньше видел только по телевизору, и то мельком, в программах о жизни гламурных звезд. У него в голове выходило, что из-за этой плиты он и сам теперь заделался немного звездой.

– Ну, прямо космический корабль, – бормотал он, а затем снова поворачивался к окну. – Хорош прыгать, я кому говорю!

– Да пусть веселятся, – вступилась за девочек Мария. – Ты лучше объясни маме, как без спичек эту плиту поджигать.

– Очень просто, – выпрямился Степан и защелкал переключателями.

Конфорки одна за другой загорались, а Галина Семеновна, которая всю свою жизнь для этой цели пользовалась спичками и твердо верила в их силу, с сомнением качала головой.

– А если света не будет?

– Ну, тогда спичками, – отвечал Степан.

– То-то же, – говорила Галина Семеновна, довольная тем, что все-таки отстояла традиционные ценности.

Однако и Степан не сдавался.

– Тут еще гриль есть. Курочку сейчас на нем приготовим.

Склонившись к плите и заглядывая в духовку, Галина Семеновна вздыхала и снова недоверчиво качала головой.

– Это сколько же такая красота стоит? Профукали небось денег целые тыщи. Мне и на старой удобно было. Никто не жаловался.

– Да ладно тебе, мама, – подавала голос Томка, которая пригоршнями поедала черешню, стоя у окна. – В банке денег много, еще какой-нибудь кредит возьмем.

– Я тебе возьму, – грозно выпрямлялся Степан. – Я тебе так возьму – ты у меня коленкой креститься будешь!

– Да пошутила я, – Томка презрительно пожимала плечом и хмыкала, словно удивляясь непонятливости мужа.

* * *

Девочкам во дворе не скоро, но все же наскучило прыгать на упругой надувной кровати, и взрослые не заметили, как одна их забава сменила другую. Теперь они играли в прятки. Когда очередь искать дошла до Гули, Катя проскользнула через веранду, где уже вовсю шли приготовления к вечернему застолью. Пробравшись в комнату, она юркнула в шкаф и уселась там на большую дорожную сумку. Дверцу она оставила приоткрытой, чтобы наблюдать за входом в комнату. Именно веселый блестящий глаз выдал ее, когда Гуля на цыпочках и осторожно вытягивая шею перешагнула через порог.

– Туки-туки, Катя, – закричала она.

По условиям игры тот, кто нашел, должен был добежать до сарайчика и хлопнуть ладошкой по дощатой двери. Только в этом случае раунд считался выигранным. Если же найденный успевал сделать это раньше, он получал право прятаться в таинственных, не до конца исследованных недрах дома еще раз.

Поэтому Катя, у которой оставался шанс выиграть, с визгом вылетела из шкафа. Гуля издала такой же

Вы читаете Дом на Озерной
Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату
×