нет.
Они смотрели друг на друга, и старик по-прежнему лучезарно улыбался.
- Нет? - повторил Гарри.
- Нет, - ответил Дамблдор.
- Но… - Гарри инстинктивно поднял руку к шраму в виде молнии. Похоже, его там не было. - Но я должен был умереть… я не защищался! Я решил дать ему убить меня!
- И это, - сказал Дамблдор, - как я думаю, всё изменило.
Дамблдор, казалось, излучал счастье как свет, как огонь: Гарри никогда не видел человека столь откровенно, столь ощутимо довольного.
- Объясните, - попросил Гарри.
- Но ты ведь и сам уже знаешь, - ответил Дамблдор. Он сложил вместе большие пальцы рук.
- Я дал ему убить себя, - сказал Гарри. - Разве не так?
- Так, - кивнул Дамблдор. - Продолжай!
- Значит, часть его души, которая была во мне…
Дамблдор кивнул с ещё большим энтузиазмом и широкой ободряющей улыбкой на лице, заставляя Гарри продолжать.
- … она умерла?
- О, да! - сказал Дамблдор. - Да, он уничтожил её. Твоя душа целиком и полностью твоя, Гарри.
- Но тогда…
Гарри взглянул через плечо на маленькое, искалеченное существо, дрожащее под стулом.
- Что это, профессор?
- Нечто, чему мы не можем помочь, - сказал Дамблдор.
- Но если Волдеморт использовал Смертельное Заклятье, - снова начал Гарри, - и на этот раз никто не умер за меня… как же я могу быть живым?
- Я думаю, ты знаешь, - сказал Дамблдор. - Вернись назад. Вспомни, что он делал в своём невежестве, в своей жадности, в своей жестокости.
Гарри задумался. Он обвёл местность взглядом. Если это действительно был дворец, то он был очень странным, со стульями, выставленными маленькими рядами и немногочисленными рельсами там и тут, и по- прежнему он с Дамблдором и чахлое существо под стулом были единственными, кто находился здесь. А потом ответ пришёл к нему легко, без усилий.
- Он взял мою кровь, - сказал Гарри.
- Точно! - сказал Дамблдор. - Он взял твою кровь и воссоздал своё тело из неё! Твоя кровь в его венах, Гарри, защита Лили внутри вас обоих! Он обрёк тебя жить до тех пор, пока жив он сам!
- Я жив… пока он жив? Но я думал… Я думал, всё как раз наоборот! Я думал, мы оба должны умереть? Или это одно и то же?
Он отвлёкся от всхлипывающего и бьющегося в агонии существа за ними, но потом снова взглянул на него.
- Вы уверены, что мы ничего не можем сделать?
- Мы ничем не можем помочь.
- Тогда объясните… больше, - попросил Гарри. Дамблдор улыбнулся.
- Ты был седьмым Хоркрусом, Гарри, Хоркрусом, который он никогда не хотел создавать. Он настолько повредил свою душу, что она разделилась на части, когда он совершил тот акт немыслимого зла - убил твоих родителей, попытался убить ребёнка. Но когда он убегал из той комнаты, от него осталось даже меньше, чем ему казалось. Он оставил не только тело. Он запер часть себя в тебе, жертве, которая выжила.
- Его знания остались ужасно неполными, Гарри! Вещи, которые Волдеморт не считал ценными, он и не пытался понять. О домовых эльфах, детских сказках, о любви, верности, чистоте Волдеморт ничего не знает и не понимает. Ничего. То, что это сильнее его, сильнее любой магии - это истина, которую он никогда не постигнет.
- Он взял твою кровь, в надежде, что это сделает его сильнее. Он принял в своё тело крошечную частицу чар твоей матери, которые она передала тебе, когда умирала за тебя. Его тело хранит её жертву, и пока эти чары живы, жив и ты, и у Волдеморта остаётся только одна надежда - на него самого.
Дамблдор улыбнулся Гарри, и Гарри уставился на него.
- И вы знали это? Вы знали… всё время?
- Я догадывался. Хотя мои догадки обычно бывали верны, - сказал Дамблдор, улыбаясь. Они сидели в тишине, казалось, довольно долго, пока существо за ними продолжало всхлипывать и трястись.
- И еще, - сказал Гарри. - Ещё одно. Почему моя палочка сломала ту, которую он одолжил?
- Что касается этого, то я не могу быть уверенным.
- Тогда попробуйте догадаться, - сказал Гарри, и Дамблдор засмеялся.
- Что ты должен понимать, Гарри, так это то, что ты и Лорд Волдеморт объединены между собой в сферах магии, которые до сих пор неизвестны и не проверены. И то, что случилось, как мне кажется, - беспрецедентный случай, и никакой изготовитель палочек, я думаю, никогда не смог бы предсказать или объяснить этого Волдеморту.
- Сам того не желая, как ты знаешь, Лорд Волдеморт удвоил связь с тобой, когда возвращал себе человеческий облик. Часть его души уже была привязана к твоей, и, думая, что он становится сильнее, он принял в себя часть жертвы твоей матери. Если бы он мог осознать точность и ужас силы этой жертвы, он, возможно, не посмел дотронуться до твоей крови… Но тогда, если бы он был способен это осознать, он бы уже не смог быть Лордом Волдемортом, и больше никогда бы не смог убивать.
- Обеспечив эту двойную связь, свернув ваши с ним судьбы воедино более надежно, чем были связаны когда-либо в истории два волшебника, Волдеморт продолжил нападение на тебя с палочкой, имеющей общую сердцевину с твоей. И тогда, как мы знаем, случилось нечто очень странное. Сердцевины сработали так, как Лорд Волдеморт, никогда не знавший, что твоя палочка - близнец его, не ожидал.
- В ту ночь он был напуган гораздо сильнее тебя, Гарри. Ты допустил, и даже принял возможность смерти, чего Лорд Волдеморт никогда не был способен сделать. Твоя смелость победила, твоя палочка взяла верх над его. И между палочками произошло что-то, что было своеобразным эхом отношений между их хозяевами.
- Я думаю, что твоя палочка впитала некоторые силы и возможности палочки Волдеморта в ту ночь, можно сказать, она содержит маленькую частицу самого Волдеморта. Итак, твоя палочка узнала его, когда он преследовал тебя, узнала человека, который одновременно был родственником и смертельным врагом, и направила часть его собственной магии против него, магии, более могущественной, чем всё, что когда-либо совершала палочка Люциуса. Твоя палочка теперь содержит силу твоей огромной храбрости, навыки Волдеморта в убийстве: так какие были шансы выстоять у бедной щепки Люциуса Малфоя?
- Но если моя палочка настолько могущественна, как Гермионе удалось сломать её? - спросил Гарри.
- Мой милый мальчик, это удивительное действие было направлено исключительно против Волдеморта, так опрометчиво вмешавшегося в глубочайшие законы магии. Только против него твоя палочка была невероятно могущественна. В других случаях это была обычная палочка…но я уверен, что хорошая палочка, - закончил Дамблдор…
Гарри сидел, задумавшись, довольно долго, а возможно и несколько секунд. Здесь было очень сложно быть уверенным в таких вещах, как время.
- Он убил меня вашей палочкой.
- Он не смог убить тебя моей палочкой, - поправил Дамблдор Гарри. - Я думаю, мы можем согласиться с тем, что ты не умер… хотя, конечно, - добавил он, как будто боясь показаться невежливым, - я не преуменьшаю твоих страданий, которых, я уверен, было много.
- Но сейчас я себя чувствую замечательно, - сказал Гарри, глядя на свои чистые, незапятнанные ладони. - Где именно мы находимся?
- Ну, я собирался спросить это у тебя, - сказал Дамблдор, оглядываясь по сторонам. - Как ты думаешь, где мы?
До того, пока Дамблдор не задал вопрос, Гарри не имел об этом ни малейшего представления. Сейчас,
