— Два часа назад я признался ей в любви по Веритасом, — отозвался я. — Это, по-твоему, достаточно серьезно?
— Ты… Мерлин Великий, ты влюбился… — пробормотала она. — Я просто ушам не верю.
— А ты поверь, — мрачно буркнул я, снова отворачиваясь, и глядя в сторону. — Потому что еще раз под Веритас я подставляться не буду! Надоело! Я вам не подопытный кролик!
— Драко… — умоляющим голосом проговорила Блейз, и я понял, что против воли смягчаюсь. — Ну прости меня. Я повела себя как какая-нибудь неадекватная гриффиндорка, я знаю. Просто столько всего за последний день навалилось, я с трудом соображаю. Прости, а?
— Ну-ну, давай, дави на жалость… — проворчал я. Блейз хмыкнула и сделала умоляющие глазки.
— Ну Дра-а-ако! — протянула она. Я нее выдержал, злость улетучилась, и хотя в душе оставался еще неприятный осадок, я понимал, что слишком устал от этих беспрерывных перепадов эмоций, и у меня уже нет никаких душевных сил, чтобы продолжать дуться.
— Подлиза, — прокомментировал я ее поведение, но все же поднял глаза, и устало посмотрел на нее. Блейз заулыбалась и вдруг крепко обняла меня.
— Спасибо, — шепнула она. — И… я тебя поддержу, что бы ни случилось.
— Полчаса назад ты готова была меня порвать на мелкие кусочки, — с остаточной обидой напомнил я. — С чего такие перемены?
— Ты мой брат, — серьезно ответила Блейз, снова заглянув мне в лицо. — И, уж коль скоро ты искренен, я на твоей стороне. В конце концов, мне ли не знать, что в любви все зависит от двоих…
Однако ссора с Блейз была не единственной причиной моего беспокойства, и теперь, когда обида унялась, я снова задумался о том, что не давало мне покоя с тех самых пор, как я впервые услышал об этом сегодня днем, в Гриффиндорской гостиной. А именно — участие Дафны в нашей затянувшейся всеобщей ссоре, и, что самое главное, моя подсознательная реакция на эту новость. Конечно, может быть, во всем этом и нет ничего предосудительного, однако… Однако сейчас не те времена, когда можно позволить себе беспечность. Пожалуй, мне необходимо поговорить с крестным…
Случай представился только уже после затянувшейся «вечеринки», если можно так охарактеризовать наше разношерстное сборище в Больничном Крыле. Северус проводил нас с Блейз до входа в гостиную, и сестренка, пожелав нам обоим спокойной ночи, отправилась в спальню — после дольнего путешествия и сумасшедшего дня она уже спала на ходу. Однако я не торопился, и крестный, как всегда, почувствовав мое состояние, вопросительно посмотрел на меня.
— Ты хочешь что-то спросить, Драко, или что? — поинтересовался он. Я кинул быстрый взгляд по сторонам. Гостиная была пуста, однако рисковать мне не хотелось. Конечно, маловероятно, что кто-то подслушивает, но все же, поставлять «врагу» информацию на блюдечке с голубой каемочкой не хотелось. Я помялся, и бросил взгляд на дверь своей комнаты. Снейп понял меня без слов.
Заперев дверь, и обновив на всякий случай заклятия против прослушки, я прислонился к ней спиной, в то время как крестный уже расположился на своем излюбленном стуле.
— Ну и что такого важного произошло, что тебе потребовалось поговорить именно теперь? — с легким сарказмом спросил он. Я облизнул губы.
— Крестный, я хочу снять заклятие забвения, которое наложено на меня, — выпалил я на одном дыхании. — Плевать на опасности, я должен знать, в чем там было дело.
— Так-так… — медленно кивнул Северус. — Давай, выкладывай, — он кивком указал мне на кровать, и, усевшись, я в двух словах рассказал ему о своих подозрениях насчет Дафны и о том что узнал в Гриффиндорской башне. Выслушав, он вздохнул, и задумчиво потер подбородок.
— Все это очень странно… — заметил он. — Дафна Гринграсс… Ее семья никогда не была связана с Темным Лордом…
— Возможно, это тот случай, когда… Она просто разделяет его убеждения? — предположил я. Северус поморщился.
— Дафна когда-нибудь высказывала особенно сильное предубеждение против маглов? — спросил он. Я пожал плечами.
— Не больше, чем все остальные слизеринцы, — отозвался я. — Но, как бы там ни было, возможно, она просто притворялась?
— Возможно, — неохотно согласился Северус. — И все же, доказательств нет. Даже если заклятие на тебя наложила она, что тоже, сомнительно, еще не факт что при этом она служит Волдеморту. Мало ли за каким занятием ты мог ее застать. Возможно, она была не одна?
— Мерлин, да мне плевать с Астрономической Башни на ее связи, крестный! И она это прекрасно знает! Даже если я застал ее там в компании Филча и Хагрида, — фыркнул я. Северус снова поморщился, и я вынужден был признать, что мое богатое воображение на сей раз завело меня куда-то не туда.
— И тем не менее, ты не можешь не допускать, что она могла пожелать оставить личность своего любовника в тайне, — возразил крестный. — Давать тебе в руки лишний рычаг воздействия на себя едва ли входило в ее планы. Ты один раз уже расстроил их осенью, если помнишь.
— Хорошо, — вздохнул я. — Возможно, возможно все именно так, как ты говоришь. А если нет? Ведь и другой вариант тоже возможен. Может быть, я услышал что-то, что говорит о ее службе Волдеморту?
— Метки у нее нет, иначе Блейз уже заметила бы это, — покачал головой Снейп. — В общей спальне скрыть такое не удалось бы.
— Сам знаю, — кивнул я. — И потом, я тоже не видел на ней Метки, когда мы… Когда был с ней.
— Ну тогда…
— Северус, это ведь не шутки, — серьезно сказал я, прямо взглянув ему в глаза. — Вопрос не в том, что могло бы быть, и что могло бы не быть. Вопрос в том, можем ли мы позволить себе беспечность?
— Ты прав, — согласился он, помолчав. — Не можем. Ладно, ладно, — вздохнув, он потер руками усталое лицо. — Я поговорю с Дамблдором как можно скорее, и попрошу его заняться тобой. Знаю, ты предпочел бы меня, но… — он замялся. — Я не готов рисковать тобой.
У меня перехватило дыхание. За семнадцать лет я, конечно, слышал от него всякое, и все-таки для сдержанного и холодного Снейпа подобное заявление — это куда больше, чем все слезы и причитания над своими детками мамаши Уизли. Я постарался ободряюще улыбнуться Северусу, и кивнул.
— Как скажешь, крестный, — выдохнул я. — Дамблдор так Дамблдор. В конце концов, ты прав, если уж ему нельзя верить, то кому вообще можно?
— Если в общем смысле — наверное, Поттеру, но уж вот твой разум ему я ТОЧНО не доверю ни под каким видом. С его «талантами» в Окклюменциии… — Снейп хмыкнул и скривился на мгновение. Я хихикнул, больше для того, чтобы поддержать его, и подумал, что на самом-то деле я УЖЕ некоторым образом доверил свой разум Поттеру — наша с ним связь снова окрепла, и временами мне казалось, что захоти я этого — и я смогу даже прочитать его мысли, или передать ему свои.
— Ну так и когда мне ожидать «сеанса» с Дамблдором? — поинтересовался я, чтобы отвлечься. Северус немного подумал.
— Ну, в данный момент точно не скажу, но думаю, в самое ближайшее время. Так что будь готов.
— Хорошо.
— Ну вот и ладно. А теперь ложись, малышня неугомонная, — притворно сдвинул брови крестный. Именно так он называл меня в детстве, будучи частым гостем в Маноре. Я рассмеялся и состроил умильную рожицу.
— А сказку рассказать? — хихикнул я. Снейп хмыкнул, и встал, потрепав меня по волосам. Подобные вольности я редко позволял даже матери, но не отдернулся и не возмутился. Попрощавшись, и — на сей раз серьезно — пожелав доброй ночи, он ушел.
Pov Гарри Поттера
Рождественское утро для меня наступило часов в одиннадцать, если не в половине двенадцатого. В общем, где-то приблизительно в этот промежуток. Просыпался я довольно трудно — с одной стороны, сознание вроде бы пробудилось, а с другой, открывать глаза, подниматься и что-то делать было решительно лень. Наслаждаясь мыслью о том, что спешить все равно некуда, я позволил себе просто поваляться в кровати — что, в принципе, делал очень редко. Окончательно разбудил меня стук в дверь. Открыв глаза, я сел, и увидел, как в открывшемся дверном проеме появились две смутно очерченные головы — Гермиона и Джинни, как я определили по цвету и длине волос.
