проводниками американских интересов.
В целом можно утверждать, что ослабление государственного суверенитета
отвечает интересам наиболее сильных геополитических субъектов, поскольку
позволяет им с меньшими издержками установить
318
свой экономический и политический контроль над новыми территориями.
Известный дипломат и политолог Г. Киссинджер утверждал, что «вестфальский
порядок находится в состоянии системного кризиса. Невмешательство во
внутренние дела других стран отброшено в пользу концепта всеобщей
гуманитарной интервенции или всеобщей юрисдикции не только США, но и
многими западноевропейскими странами»247 .
Процессы политической глобализации привели к появлению на Западе
концепции «гуманитарной интервенции», согласно которой, полномочия органов
государственной власти по отношению к своим гражданам больше не являются
безграничными, и в случае нарушения прав человека в этих странах
международное сообщество вправе осуществить вмешательство во внутренние
дела этого государства. События в Косово — первый, но, как свидетельствовали
последующие события, не последний пример практической реализации этой
концепции. Сепаратизм поддерживается в ряде случаев странами НАТО, что
ведет к ломке государственных границ.
Глобализация является внутренне противоречивым процессом. С одной
стороны, она с помощью современной техники и средств коммуникации, постоянно расширяющегося рынка разнообразных товаров, культуры соединяет
людей. Но с другой — люди пытаются найти как можно больше путей, чтобы
выразить свои особые экономические, этнические и культурные интересы. Так, по
мнению Урса Альтерматта, «в то время как европейцы становятся все более
похожи друг на друга при потреблении и ведении хозяйства, на уровне культуры
они поднимают мятеж против глобализации. Из страха перед потерей культурной
идентичности они изолируются, строят этнонационалистические укрепления и ис-
319
пользуют культурные различия в качестве предлога для обособления иных»248. С
точки зрения этого ученого, по Европе бродит призрак этнизации политики и
общества. Этнонационалисты выступают сторонниками культурного
дифференциализма, на основании которого делают вывод о неравенстве и тем
самым — о неравноценности людей. Чтобы избежать смешения культур и
народностей, они высказываются за сегрегацию и обособление. В основе
распространения этнонационализма и неорасизма также лежат социальная
неудовлетворенность и экономические проблемы, которые делают центром
тяжести политических дискуссий тему иностранцев и стремление обособиться от
Ближнего и Среднего Востока, где живут «варвары». По этой причине все, что
происходило и происходит на Балканах и Кавказе, — это утрированная патология
нормальных европейских будней249.
Действительно, этническая и религиозная обстановка в ряде регионов
Восточной Европы и постсоветского пространства складывается непросто.
Дискредитация десятилетиями господствовавшей в восточноевропейских странах
коммунистической государственности и идеологии способствовала
формированию мощного националистического заряда. В новой ситуации, которая
сложилась после краха просоветских режимов, большинство населения этих стран
не могли не сделать главными факторами своего мировосприятия
национальность, язык и религию. Это давало народу некоторую надежду на то, что его воссоединение на этнической и религиозной основе способно обеспечить
