занимались домашними делами.
— А, вот он где! — внезапно послышалось за спиной.
Прот затравленно оглянулся и увидел невысокого мужчину в неброском плаще и поигрывающего плеткой Серапиона.
— Нет!.. — прохрипел Прот. — Мое! Не отдам!!
— А ну показывай, что тут твое! — грозно надвинулся на него Серапион и знаком приказал спутнику обыскать все вокруг.
Мужчина в плаще на коленях обшарил весь сарайчик, заглядывая в каждую щель, пробежал по дорожкам, обошел эргастул и с торжественным криком поднял выроненный Протом статер.
— Господин, вот что он искал!
— Дурак! — отрывисто закричал Серапион. — Разве это мне нужно?
— Но, господин! — возразил Прот, обрадовавшись нечаянному спасению. — Я искал именно этот подаренный мне самим базилевсом статер.
— И для этого ты сломя голову бежал сюда через весь город и искал бывший дом Тита Максима? — насмешливо спросил Серапион. — Оставь эти сказки для него! — пренебрежительно кивнул он на своего спутника. — А мне ты скажешь всю правду!
Коротко просвистела плеть.
Прот по привычке не защищаться от удара господина, лишь втянул голову в плечи и почувствовал на лице слепящий ожог.
«Да, с этим человеком шутки плохи!..» — подумал он, едва не плача от отчаяния.
— Я выведаю у тебя все! — кричал Серапион. — Но не здесь! Ты заговоришь у меня в подвале! И скажешь все, что хочется знать базилевсу!
Толкая в спину, он повел Прота перед собой.
— За что ты его? — встревоженно спросил встретившийся им у входа в дом управляющий.
Прот повернул голову к греку и усмехнулся сквозь слезы:
— Да за то, что я предупредил твоего господина о приходе Фемистокла!
Управляющий испуганно приложил палец к губам, умоляя Прота молчать, но было уже поздно.
— Как — Фемистокл здесь? — вскричал Серапион. — Это что, заговор?! Теперь я, кажется, начинаю понимать, — забормотал он. — Этот подозрительный раб из Рима, его обещание базилевсу выкупить целый корабль с гребцами… причем, именно римский военный!.. Высадка консульской армии… наконец, дом Тита Максима, где встречаются Ахей и Фемистокл… Заговор! Эй, стража!
На зов коменданта Тавромения с улицы вбежала группа вооруженных людей.
— Взять их! — приказал Серапион, показывая на управляющего и Прота.
— Что за шум в моем доме? Серапион, ты с кем это там развоевался? — послышался насмешливый голос, и Прот увидел идущего по дорожке высокого человека с совой на щеке. Следом за ним шел Фемистокл.
— Ахей! Сам Ахей! — растерялись охранники.
Управляющий вырвался из их рук и подбежал к главнокомандующему.
— Вот он, — указал он на Серапиона, — утверждает, что в твоем доме заговор!
Греки переглянулись, и Прот заметил, как побледнели их лица.
— А ну прочь отсюда! — нахмурился Ахей, глядя на Серапиона.
Охранники в страхе попятились, но комендант Тавромения жестом остановил их.
— Я выполняю приказ царя! — злобно усмехнулся он. — И поэтому уведу сейчас твоего управляющего и этого лазутчика римлян.
— Из моего дома?!
— Да хоть с самого Олимпа! Если на то будет воля базилевса, я прикажу своим людям взять и тебя с Фемистоклом! — пригрозил Серапион, уверенный в том, что Евн не простит главнокомандующему его прямоты в шатре.
— Что? Меня?! — взревел Ахей, хватаясь за меч.
— Погоди! — остановил его справившийся с волнением Фемистокл и с усмешкой взглянул на сирийца: — Значит, целый заговор? Интересно, и против кого же?
— Это я доложу базилевсу этим же вечером! — тоже с усмешкой пообещал Серапион и показал плеткой на Прота: — А может, и раньше, если он сразу расскажет, зачем ты послал его в дом главнокомандующего предупреждать о твоем приходе. Чего ты боялся?
— О боги! — воскликнул Фемистокл и недоуменно взглянул на Прота: — Зачем тебе понадобилось лгать, что я посылал туда к Ахею?
Прот не ответил.
— Надеюсь, ты разрешишь мне переговорить с ним наедине? — осведомился Фемистокл. — Или предпочтешь получить приказ от члена Совета?
Серапион злобно прищурился и жестом приказал охранникам отойти в сторону.
— Пожалуйста! — прокричал он издали. — Но учти: о чем бы вы ни сговорились, через час я все равно вышибу из него правду!
Оставленный наедине с Протом Фемистокл горько усмехнулся:
— Ты понимаешь, что натворил? Теперь погибло все, да и сам ты в первую очередь!
— Но я не хотел… я только… — промямлил перепуганный Прот.
— Что только? Говори, зачем ты шел сюда, почему назвал мое имя, или ты… — Фемистоклу пришла в голову страшная догадка: а не подослан ли этот человек самим Евном, чтобы погубить их с Ахеем, последних греков в Совете?
Прот молчал, лихорадочно думая, что ему делать — открыться этому эллину, и тогда он, может, что-нибудь придумает для его спасения или же так и умереть сразу с двумя тайнами в голове…
— Я искал здесь золото… — наконец решился он.
— Что?..
— Золото Тита Максима — пятьдесят миллионов сестерциев, не считая сиракузских статеров и посуды…
— Значит, твое обещание купить корабль — правда?! — воскликнул Фемистокл.
— Да… Мне нужно было пробраться в этот дворец, и я назвал твое имя. Это вышло случайно, и я не знал…
— Пятьдесят миллионов сестерциев! — оборвал его грек. — И ты знаешь где они?
— Да, — опустил голову Порт.
— Где же?
Прот сцепил зубы и замотал головой:
— Об этом я могу сказать только Антихоху!
— Пятьдесят миллионов… ты искал меня, чтобы найти их и поэтому отправился предупредить Ахея…
Лицо Фемистокла просияло.
— Мы спасены! Не может быть, чтоб Евн не клюнул на такую щедрую приманку! Так где, говоришь, спрятаны эти сестерции?
— Это я скажу только Антиоху! — упрямо повторил Прот.
— Ну как знаешь! — согласился Фемистокл. — Отдай ему эти деньги, и наша жизнь будет вне опасности! За пятьдесят миллионов Евн помилует даже виновного!
— Как?! — глаза Прота расширились, он даже забыл об опасности. — Отдать ему все?!
— Конечно! — улыбнулся Фемистокл. — Ты просил у него корабль и гребцов — он с радостью даст их! Или ты уже не хочешь в Пергам?
