1325
Гриневич Вера Степановна (18 — 19 ), поэтесса, переводчик, 'одна из очень интересных и очень своеобразных женщин эпохи русского Ренессанса. Она жила вдохновением. Огнем вдохновения, который никогда не угасал в ней, она старалась зажечь души окружавших ее друзей. Она стремилась к подвигу и на этот подвиг звала других. Н.А. и моя сестра очень любили В.С. Ее дом был одним из культурных центров Москвы.' Е.Ю.Рапп. Мои воспоминания // Бердяев Н.А.. Самопознание. Приложение, М. 1991. с.372— 373.
1326
В.С.Гриневич организовала в своем доме Гимназию (Школу) имени Вл. Соловьева. 'В уютном старинном особняке с огромной залой в два света и антресолями всегда было многолюдно, но меньше всего в Школе были заметны дети. Утром и вечером сходились для чаепития и беседы за большим столом. Любопытно, что в памяти некоторых гостей дома Бердяевы представали его хозянвами. Здесь они прожили до начала мая' А. Вадимов. Жизнь Бердяева, с.145—146.
1327
Вероятно, о. Евгений Синайский.
1328
См. о нем примеч. к п. № 226.
1329
Бердяев Н.А.
1330
'Смысл творчества'.
1331
Архив Эрна, частное собрание, ф. Е.К.Герцык, л. 3.
1332
Е.К.Герцык оставила краткое воспоминание-характеристику В.Ф.Эрна, включенное ею в пространные воспоминания о Вяч.Иванове (здесь следует делать поправки, учитывающие, во-первых, помещенный в настоящей публикации документ о русском происхождении Эрна; во-вторых, что приемный отец В.Эрна, Франц Карлович Эрн, был по происхождению шведом, а не немцем):
'Прихотливым узором сплетаются иногда в человеке национальные черты. Вот еще полунемец, близкий нашему кружку. Эрн — по отчеству даже Францевич — отец его природный немец из Германии, провизор. Не знаю, какими путями, может быть, под влиянием матери, русской, Эрн смолоду пришел к православию. Но знаю, что уж потом никогда сомнение не коснулось его ясной монолитной души. Одновременно и также цельно он полюбил античность, светлый мир Эллады. Обе любви сплавились в одну через посредство необыкновенно в нем живого чувства первохристианства. В Риме, где Эрн писал свою диссертацию, он пристально изучал катакомбы — симвлике ихпосвятил не одну статью. Упор на христианство первых веков — это ведь черта лютеранская. В православии Эрна не было ничего от мрачного византийства, — он просто верил, что на русской земле преображенной Христовым светом зацветает та же солнечная религиозная стихия Эллады. Концепция фантастическая? Но утверждал ее Эрн со всем фанатизмом и нетерпимостью пасторского 'Брандовского' духа (Бранд — персонаж Ибсена). Кротким и мирным его нельзя было назвать — даже книгу своих религиозных опытов он озаглавил 'Борьбою за Логос', и вправду был бойцом, но, ярсстно споря, чужд был и тениличнойнеприязни. Весь он был тверд как алмаз и как-то кругло закончен, не было в нем щелки, чтобы просунуть в нее кончиксвоеймысли,своеговозражения, и мне казалось, что как-то не о чем говорить с ним. Может быть, это происходило и от того, что в эти годы он — ещесовсем молодой — уже нес в себе смертельную болезнь, от которой и умер в 17 году — тяжелое заболевание почек. Серо-бледный, с отеками на лице, слишком светлым, глядящим и неглядящим взглядом. Он как-будто все нужное для жизни и смерти узнал и больше ни в чем и ни в ком не нуждался. Жил в те годы с женой и голубоглазой, похожей на него дочкой- пятилеткой — у Вяч. Иванова, в котором влек его тот же сплав христианства с античностью. А Вячеслав Иванов, посмеиваясь говаривал: 'Владимир Францевич — совесть моя и — ох! уживался он со своей совестью неплохо, умея, когда хотел заворожить ее.'
1333
Соловьев Сергей Михайлович (1885—1942) — поэт, переводчик, специалист по античной литературе, религиозный публицист, племянник В.С.Соловьева, с 1917 г. православный, а с 1920 г. католический священник.
1334
Архив Эрна, частное собрание, ф. Соловьева, л. 1.
