– А фафлык-то как хорош, – сообщила Тая с набитым ртом, – куфай, Сена, куфай.

Меня не надо было долго уговаривать, я «куфала» со зверским аппетитом, запивая мясцо то из одного бокала, то из другого. Все вина казались удивительными, поразительными и восхитительными.

Так как наше безудержное пьянство и чревоугодие происходило в двух шагах от пристани, к которой то и дело подходили разукрашенные огоньками пароходики, мы могли догадаться, что эти милые суда возят таких же пьяниц и чревоугодников на морские прогулки. И тоже решили прокатиться.

– Я пойду, разузнаю, когда следующий рейс, – сытая, основательно подобревшая и помягчевшая душой и сердцем Тая вылезла из-за стола и поплыла к кассам. Я же подозвала официантку и попросила нас рассчитать, надо было контролировать бюджет, а то так не долго и оскандалиться. Когда она принесла счет, я мысленно пересчитала гривны на рубли и изумилась, насколько мы легко отделались.

Вскоре подошла Тая.

– Через сорок минут двухчасовая прогулка с дискотекой, – доложила она, усаживаясь за стол, – я билеты взяла. Ты поедешь?

– Раз взяла, чего ж спрашивать.

– Это я из вежливости. Ну, что, давай еще врежем по Тамянке?

И мы врезали.

Разумеется, корабль едва не уплыл без нас, но мы каким-то чудом вспомнили в последний момент, что собирались на морскую дискотеку и понеслись к стоявшему у причала пароходу. Забежали внутрь, осмотрелись и обнаружили ресторанчик с мягкими кабинками.

– Давай сюда! – обрадовалась Тая, но мне хотелось посмотреть, чего еще имелось в наличии.

На второй палубе оказался еще один ресторанчик, в сто раз лучше первого, с настоящим баром, полным уже знакомыми нам винами. Выше располагалась открытая площадка с лавочками.

– Сюда мы придем тошниться, – сказала Тая и скатилась вниз, в ресторан.

Подойдя к барной стойке, мы пристроились в очередь и стали присматриваться к винным этикеткам. Когда мы добрались до бармена, Таисия громко произнесла:

– Пожалуй, я возьму «Шепот чеченца», грамм сто плесните на пробу.

– «Шепот ченца», – даваясь от смеха, поправил бармен, – ченец – это монах. Вот, пробуйте.

Он плеснул ей глоток в пластиковый стаканчик. Тая с умным видом попробовала, поморщилась и попросила глоточек массандровского «Токая». Продолжая улыбаться, бармен выполнил ее просьбу. Пригубив «Токаю», она задумчиво произнесла:

– Хм, как будто настояно на табаке…

– На чем? – удивился бармен. – Оно настояно на айве. Говорят, это было любимое вино Гитлера.

Винные пристрастия Адольфа мы не разделили.

– А чем, скажите, мускат отличается от мускателя?

Бармен принялся плескать по глотку, дабы мы оценили разницу. За нами уже собралась очередь страждущих, но мы были очень заняты и глухи к людским проблемам.

Перепробовав весь винный ассортимент, в результате купили бутылку шампанского, два апельсина и удалились к свободному столику.

– А не зря мы его взяли? – я с опаской наблюдала, как Тая разливает по стаканчикам пенный напиток. – Может, не стоит смешивать?

– Да какая разница, то вино и это вино, разве что газированное. К тому же все напитки тут чистый виноград безо всякой дряни. Гулять, Сена, так на всю катушку, чтобы потом в Москве было что вспомнить. Давай, чин-чин.

Выпив, мы посмотрели в окно и только теперь заметили, что пароход, оказывается, давно плывет и набережная превратилась в щедро усыпанную огнями далекую полоску. Из большого телевизионного экрана на стене лилась развеселая музычка, крутились клипы, что создавало танцевальную атмосферу. Мы, в принципе, находились уже в той кондиции, когда можно было залезать на сцену и изображать страшный эротизм вокруг шеста, но благо на пароходе не было сцены. Зато были шесты, целых четыре. Вокруг них мы и принялись плясать после второго стаканчика шампанского, отсутствие других танцующих нас ничуть не смущало. Что мы выделывали, я не могу передать нормальными человеческими словами, но публика нам восторженно хлопала и просила еще. Время от времени подкрепляясь шампанским, мы вытанцовывали с таким телесным рвением, будто старались за большие деньги. И упорно держались за шесты, опасаясь позорного падения на ковровое покрытие.

Потом была вторая бутылка шампанского. За нашим столиком оказались какие-то молодые люди, с коими мы принялись вести умные беседы, с трудом перекрикивая музыку. Своими плясками мы основательно разогрели народные массы и в скором времени танцевали уже практически все.

В общем, праздник удался.

Когда пароход вернулся к набережной, мы нехотя вылезли на берег, отклонили предложения молодых людей продолжить банкет у них в доме отдыха и попробовали найти такси, потому что вариант маршрутки даже не рассматривался. Такси нашлось быстро, но тут возникла существенная проблема – мы напрочь забыли, где живем. Объяснять таксисту пришлось хором и на пальцах, примерно как в знаменитой комедии: «там мужик в пиджаке и дерево – во!» С грехом пополам он все-таки вычленил какую-то крупицу полезной информации, мы залезли в салон, где я мгновенно возжелала уснуть.

– Не спать, не спать! – тормошила меня Тая. – Смотреть по сторонам, искать наш дом! Искать, кому говорю!

– Все равно в темноте ничего не вижу, – безобразно зевая, я все же уставилась в окно. – Я этого города совсем не знаю, ты понимаешь, Тая? Я тут первый раз. Чего ты от меня хочешь? Почему ты все время на меня кричишь? Ты меня совсем не любишь, так ведь? Ну, признайся же!

И собралась пустить несчастную слезу.

– Похоже, вам сюда, – сказал таксист.

Фары осветили наши черные ворота, и грусть моя мгновенно улетучилась.

– Вы нас спасли! – я полезла в сумку за кошельком. – Иначе мы бы до утра лазили по вашему курорту! Спасибо, спасибо, спасибо!

– Восемь гривен, – усмехнулся водитель.

Заплетаясь в собственных ногах, мы достигли калитки, потом я чиркала зажигалкой, а Тая старалась попасть ключом в замочную скважину. Получилось это у нее раза с тридцать пятого. Открыв наконец калитку, мы так обрадовались, что напрочь забыли о таком факте, как три ступеньки, ведущие вниз, во дворик. Тая полетела первой, следом приземлилась я.

– Ёкарный бабай!!! – разнесся зычный Таин вопль над всей Евпаторией. – Понастроили тут всякой…

– Ты ничего себе не сломала? Не отбила? Не ушибла?

Я кое-как поднялась на ноги вместе с сумкой и помогла встать подруге.

– Да вроде все цело.

Когда мы попали в дом, сил нам хватило только на то, чтобы бы стянуть сарафаны, расползтись по койкам и отключиться. Последним видением, посетившим мое угасающее сознание, был мужчина в женских очках с бутылкой пива…

Глава девятая

Вот уж не знаю, сколько было времени на планете Земля, когда я разлепила накрашенные со вчерашнего дня ресницы. И почему-то как-то сразу мне в голову пришла мысль, что сегодня вероятнее всего на море мы не пойдем. Да уж, отдохнули, повеселились, будет что в Москве вспомнить, если только мы доживем до возвращения на родину.

– Тая! – подучилось хриплое карканье. – Ты жива?

Из-за перегородки донесся тихий стон. Все и без слов было понятно. Я попыталась подняться, но голова упорно перевешивала и я падала обратно на кровать. Лишь страшная жажда заставила меня преодолеть это притяжение и подняться.

– Се-е-ена, – раздалось с Таиной половины жалобное блеяние, – нет ли у нас минералочки или лимонадику?

– Нет, дорогушечка, нету, есть только водичка из-под краника.

Держась за стены и предметы мебели, я потихонечку вышла из дома и поплелась в санузел,

Вы читаете Курортная фишка
Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату
×