Звезды на приеме у психолога. Психоанализ знаменитых личностей

говоришь, говоришь. Болтать могу, черт знает сколько. Это потому что не курю, не пью я …

(Мой на протяжении всего сеанса почему-то будет повторять эту мысль).

— Вам интересно общаться, правильно? Вы же получаете удовольствие от общения? Ну и голова и сердце не болят после этого. Пользы больше. Чтоб только ненавязчивый был для людей, чтоб не надоедал и чтоб людям плохо после этого не было, а то бывали случаи, когда, прям, прогоняли и пинали, и по башке давали, ну когда молодой то был… Колотили, болтаешь, надоедал, как черт ты… Такой черт говорливый, не знает, что делает.

(На протяжении своей психологической практики мне чаще всего приходилось сталкиваться с проблемой аутизма и другими, при которых, наоборот, пациенты страдали патологическим молчанием и нежеланием говорить. Перед нами налицо случай спикомании или вербаломании, при которой психическое состояние личности патологическим образом зависит от дозы говорения, причём доза эта по времени порой в десятки раз превышает оптимальную психотерапевтическую дозу говорения. Анализ показал, что дефицит этой дозы говорения приводил моего пациента к невротическим беспокойствам и головным болям, но стоило ему отговорить пару часов, как ему становилось легче)

— Вот, сейчас вы улыбаетесь, даже слезы появились. А о чем эти слёзы?

— Ну, пошли. Когда смеяться начинаешь, слезы выступают. Такой я говорливый чертенок, которого прогоняют некоторые… И пинают, и ругаются матом, и под зад дают, и по башке. И избить могут.

— Получается, что вы иногда не чувствуете, что пора сматывать удочки в беседе. Заносит.

— Сейчас уже больше чувствую. Много били. Побьют, но этого хватает не надолго. Учишься контролировать. Да, больше чувствовать стал, да.

(Несмотря на психокоррекцию «пинками жизни», мой пациент всё-таки страдает спикоманией. Возникает вопрос: неужто эти страдания имеют чисто социально-психологический характер, то есть страдания от возмездия лиц, которые не выносят болтовни моего пациента. Позднее мы узнаем в чём заключаются страдания моего пациента.)

Раньше в деревне жили, работали в колхозе все время, ну и все было, все хватало, а сейчас болтать не будешь, надо все быстро делать. Например, какой-нибудь человек попросил тебя привести ягод, ты не привез, или забыл или заболтался. Самое главное, если я не успею, на следующий день просыпаюсь, день бестолку прошел, ничего не сделал. Зато проболтал с кем-нибудь.

Да, проболтался, забыл, проболтал. Зато настроение хорошее. А ягод нет, зато общение было. Вот мне предложили 150 рублей и я проболтал с женщиной. Была тут одна. Они уже 5 лет приезжают, красивая женщина, красивше никого не бывает. Сама черная, как негр черная, а муж у нее белый, белый, муж очень красивый, ну и вот и что так вот разговаривал, разговаривал, ну и настроение хорошее после этого, надо после этого не думать, если после этого начинаешь думать, что что-то не успел, сразу настроение плохое, голова начинает болеть. А если все непроизвольно идет…настроение хорошее, но только потому, что опять с кем-то разговариваешь.

— Как ваша жена воспринимает ваше чрезмерное увлечение общением?

— Ругает меня, лупит все время, жена у меня высокая. Это я маленькой метр сорок. Ухватом все время меня лупит. Чуть ей что не так скажешь, настроения нет.

— За что она бьет вас больше всего?

— Ну, дурачок, говорит, толку от тебя нет ни хрена … Женщины все время правильно делают, мужчины все неправильно, всегда говорят, так надо делать, все что-то принести, во столько вернуться, не болтаться и не болтать много, много не болтать…

— И всё-таки к вашей болтовне она как относится? По-видимому, из-за неё и бъёт вас?

— Нет за болтовню, наверное, уже не бьёт. Ну, дурачок говорит, и внимания не обращает. А я болтаю все подряд, а и не ей, сам с собой. Сначала интересно было, а сейчас все уже, столько лет, уже надоело все…

— По-видимому вы испытываете хроническую тревожность и некий страх, но не осознаёте источника этого страха.

— Да он есть. Страх выжить есть. Раньше 5 тысяч хватало с 1 апреля до 1 апреля. А сейчас как минимум 15 тысяч надо. Хлеб дороже стал, все дороже. Две недели я ел только одну картошку. Хлеба вообще не было. Только одну картошку, ничего не было. Две недели: утром одну картошку, в обед картошку, вечером картошку. Не хватало. До изменений хватало 5 тысяч на год. А сейчас тысяч 15 надо. Не курю, не пью я. Ничего я не делаю, выживаю. Хлеб я правда много ем, буханку за раз съедаю. А что, есть нечего. Ну кипяток с хлебом все ешь и ешь, с хлебом. Потому что масса чтоб была, ну, все равно голодный ведь. О чем уж там говорить о разнообразии. В советское время все было. И колбаса раньше 2 рубля стоила В город ездили колбасу покупать только на 7 ноября по 3,50. Скотину кормить комбикорма очень дорогие, скотину никто не держит. Мало очень держат в деревнях. И в табун мало сейчас гоняют. Все меньше, и коров мало и молоко сокращается. Поэтому по ягоды хожу, пока лето. Ещё грибы, малина, черника. Вот в 7 встанешь. Раньше я в вставал все время в 3 часа. А потом что-то тяжело стало, начал в 7 часов вставать. Ну что— нибудь постоянно делаешь. Там дрова наколешь, воды принесешь, ну там, чай вскипятишь, плитку поставишь, подметешь там, уберешься, протрешь там влажной тряпкой все. Потом идти нужно, ну поинтересоваться, кто что хочет из отдыхающих. Они говорят, например, привезите нам грибов, килограмма 2. Иду, вот, я потому что места все знаю. Ну, у меня есть местечки… Там есть болота такие специальные. Там вот очень черники много. Чернику заказывают, некоторые ведрами даже. (Говорит почему- то шепотом. Мой пациент вообще о богатых людях всегда говорит шёпотом.) Ведь люди какие же приезжают здесь, частники, богатые вообще. Они говорят, допустим, там, принеси мне не килограмм, а там несколько ведер, ведер 5 там мне привези. Есть люди, которые вообще денег не жалеют, не считают даже. Вот вы мне скажите товарищ психолог откуда у них такие деньги (Опять шёпотом говорит). Зашёл как-то в магазин. Там стоит девушка молоденькая открывает свой кошелёк, а там плотно уложены много-много тысячные купюры. Она в кошельке за так носит сразу тысяч сорок. Вот так. Кто она? Вот скажите мне. Откуда у неё такие деньги. Она ж два слова не может сказать, видно дурёха, никакой профессии нет, а деньгами набиты деньги. Вот после этих реформ вот так и началось появились в нашей деревне всякие такие сикильдявки с плотно набитыми кошельками, а сами ничего не умеют делать. Ну, может одним местом торгует, но на этом-то много не заработаешь. Наши деревенские выходили на трассу и ничего. Не разбогатели. У меня страх перед ними. Конечно, может им папа дал или хахарь какой- нибудь. А папа откуда взял. (Опять начинает говорить шёпотом). Я знаю. Мимо нас проходят трубы с газом рядом с нашей деревней, где Помары. Смотрю я на эти трубы, когда ягоды собираю и понимаю, вот из трубы деньги. А у нас в деревне я так и топлю дровами… Остаётся ягоды собирать. Ну, ведрами я не собираю, ну заказывают они так. А я собираю, сколько я могу. Максимум за день?. Ну, черники я много не собирал. Вот грибов я вот много собирал. Запас денег на зиму нужен. Хлеб покупать, основное ведь питание это хлеб, за счет хлеба и выживаем. Ну, ты уж не говоришь там, что покупаешь там молоко… Это уж естественно, основное питание — это хлеб. Потому что очень много хлеба уходит. Ешь её, и белую буханку, и черную. Каждый день ешь. Вот даже картошку сваришь, а с чем ее есть, одну есть не будешь. Огурец там какой — нибудь там соленый или какое там сало какое — нибудь есть, но это редко. Да все с хлебом надо есть. Раньше там и корову держали. Сейчас нет. И свиней держали…

(И всё-таки, страх выжить, страх нищеты, это не тот страх, который приводит к спикомании, как психологической защиты от источника страха. Можно предположить, что мой пациент инфантилен как ребёнок, у которого всё что в голове, то и на языке, но это не так. Может быть спикомания моего пациента — это защитная реакция в форме желания не дать сказать другому? Почему мой пациент не желает эти предложения просто произносить внутри, не вытаскивая их наружу. Почему необходима эта демонстративность)

Дорого все очень, все очень дорого. Хлеб был 12 копеек, хлеб только покупали, кормили свиней, уток кормили, поросят кормили, корову кормили хлебом. Да, буханку покупали, хлеб сразу в ведро, теплой воды и сразу корове отдаешь. А сейчас, такие цены, просто себе не хватает хлеба. Есть люди, которые всю жизнь с коровой жили, женщины с молодых лет, они уже привыкли. А так, фактически, каждый десятый табун пасёт. Стыдно даже смотреть, почти ничего нету, несколько коров только идут, хотя раньше все поля были только одни коровы, овцы, козы. Запаха говна коровьева в нашей деревни уже нет. Хотя у меня насморк, но