Звезды на приеме у психолога. Психоанализ знаменитых личностей

ведь так нельзя. Матери — святы! Они же нас девять месяцев вынашивали, а потом рожали. Нельзя так о них говорить. Вот, когда у меня дочка родилась, я ещё больше это понял. Что значат для родителей дети.

Пусть пьют это не так опасно. Опаснее другое… Здесь молодые люди начали национализм. Но мне так не говорили: «А ты езжай в свою Грузию!»

(Наверное говорили.) Но у нас были такие случаи. Когда мы говорили: «Зачем ты мне так? Я тебе что, мешаю?». А они объясняли: «Вот, я здесь живу. А ты что здесь делаешь?». Но всё равно, потом мы подружимся. Есть, конечно, кто обращает внимание. Я ведь из Грузии, а тут Россия.

(Пауза.)

— Вот только что сейчас о чём подумали? По-моему опять о чём-то неприятном?

— Да … Вспомнил то, что смотрел по телевизору. Я всё время смотрю грузинский канал, смотрю какая обстановка в Грузии, наблюдаю как складываются отношения между Россией и Грузией. От этого, наверное будет зависеть получу я российское гражданство или нет. Я всё время в напряжении, лишь бы хуже не было. Жена тоже в напряжении. Все грузины, которые здесь живут это чувствуют.

(Можно предположить, что невроз моего пациента не только индивидуально обусловлен, но и является социально-обусловленной депрессией.)

Уф! Ведь я здесь. А что будет со мной. Если отношения резко ухудшатся, то как ко мне будут здесь относиться. Я мечусь между телевизором и телефоном, по которому я с мамой разговариваю. Я думаю, что всё будет нормально. У меня большая тяжесть, которая у меня в сердце, она связана с моей семьёй, родными, мамой, сёстрами. Только это. Телевизор и телефон снимают немножко моё напряжение. Если телефона и телевизора бы не было, я не знаю, что было бы со мной.

— Ты всё-таки скучаешь по своей матери? Она далеко от тебя. … А давай подумаем, если бы ты жил с ней в одном городе, большом. Ты бы к ней в гости ходил? Сейчас, по статистике, многие дети, живя с матерью в одном городе, редко навещают родителей.

(Ценность и преодоление)

— Согласен. Если бы жили в Грузии, но в разных районах, может так и не переживал бы. Не звонил бы так часто.

— А вот так ценишь свою маму.

— Да.

— У меня вот мать близко живёт, знаешь, забываю иногда. Два месяца не бываю у неё.

— Ну, бывает такое. Потому что моя сестра замуж вышла и в другой город уехала, и бывает, что она по два месяца не звонит и не приезжает. Бывает так. А тут между нами две тысячи шестьсот километров.

— А может, необходимо меньше смотреть телевизор. У тебя есть соотечественники, которые прекрасно живут в глубинке России, в деревнях, имеют своё хозяйство и ни о чём не переживают.

— Нет. Надо всё-таки знать что творится. Хотя я политикой не увлекаюсь. Я простой повар.

— А ты в войне грузино-абхазской участвовал? Психических травм из-за этой войны не имеешь.

— Нет, никогда. Призывали тех, кто хотел. Я оружие не брал. Я профессионал, имею руки, имею дело. У меня родственники жили в Абхазии. Много друзей моих погибло на этой войне.

(И действительно, мой пациент оказался менее конформным, по сравнению с другими своими соотечественниками, которые отказывались прийти на сеанс психоанализа. Анализ его поведения, прошлых поступков показал, что он сравнительно чаще имеет своё мнение и не поддаётся влиянию соотечественников. Хотя известно, что грузины, живущие в России обладают значительным конформизмом и не высказывают своего мнения и суждения без согласия старших, сверяют свои действия и поступки с мнением большинства соотечественников. До общения с данным пациентом, мне пришлось общаться с его земляком, который прежде чем давать мне ответ, внимательно смотрел на своего старшего соотечественника, ища в нём согласие. Интересно было выслушивать их мнение по поводу обстановки в Грузии. До тех пор пока я не вытащил диктофон обстановка в Грузии и их президент оценивались негативно, но как только мне пришлось обговорить, что их мнение будет представлено в СМИ сразу же начались лестные оценки в адрес нынешнего президента, ситуации в Грузии и т. п. Как говорится, конформизм взял своё. Личное мнение отошло на задний план. Таким образом, грузинский конформизм, по-видимому, может хорошо использоваться в манипуляции общественным сознанием.)

— И всё-таки, желаете ли вы навсегда переехать в Грузию и покончить с этой подвешенностью и неопределённостью?

— Я ведь уже ездил туда. Жил полгода. Потом всё равно тянет обратно в Россию. Я не могу без России. У меня ведь здесь все основные радости. Дочь, жена, друзья, моя работа. В Грузии остались только мои воспоминания. Я хочу в прошлую Грузию, а она уже другая. С Грузией меня связывают мать, сестра… Я могу ездить туда только в гости. А жить я хочу здесь. Я не хочу здесь находится как временный, в ожидании того, что уеду. Я хочу здесь быть всегда, чтобы была стабильность, чтобы у меня здесь был свой дом, своё хозяйство. Некоторые из грузин здесь находятся, чтобы заработать, а потом уехать. Хотя я тоже регулярно высылаю своей маме деньги. Сейчас она уже меньше нуждается. Говорит, что положение лучше. Я также помогал родственникам, высылая им деньги. У них сейчас свет не отключают, дороги строят. Сейчас мать говорит мне, чтобы я на эти деньги что-нибудь купил дочке Камилле. Я не хотел бы всю жизнь доказывать, что я на равных с россиянами, я не хотел бы просто заработать и уехать отсюда, а я просто хочу жить здесь спокойно и работать. (По статистике, около …. миллиардов заработанных рублей переводятся в Грузию. Эти данные на днях были озвучены в СМИ.) Я не хочу так. Я хочу здесь жить всегда. Я привык к России.

(И действительно, как говорится «в одну и ту же реку два раза не войдёшь». Личность, в первую очередь определяется настоящими ценностями, которые имеют место здесь и сейчас, а не прошлыми ценностями, ностальгией и воспоминаниями, которые были где-то и когда-то. Хотя и прошлое играет не малую роль. Главные ценности моего пациента сформировались благодаря жизни и деятельности в России. Именно они наполняют его жизнь смыслом в настоящее время. Именно поэтому, Василий Шукшин, мечтавший о возвращении на Алтай, реально возвратившись туда, не получил того, о чём мечтал и уехал обратно в столицу.)

— А было наверное время, когда вы не могли адаптироваться к России? К чему вы не могли привыкнуть?

— Я до сих пор не могу привыкнуть к тому, как у вас ругаются матом. Упоминая мать. Ведь мать святое. Не могу привыкнуть к тому, как в транспорте молодые не уступают пожилым место. Как неуважительно разговаривают с людьми, которые старше. Не могу привыкнуть к тому, как тут пьют водку… уже с утра… Не нравиться, что националов много. Да, идёт национализм. Много молодых националистов, много. На улице иногда встречаются, бывает. А в ресторане — нет. Тут взрослые все люди. Уважаем друг друга. Сколько лет здесь живу, драки пока не было… Живём своей жизнью. Тихо, спокойно. Ни кому не мешаем. Я своё дело знаю. Меня все уважают, любят. На пример, где я живу, с соседями дружим, вместе на скамейке сидим, общаемся. По выходным, выпиваем.

(У моего пациента, практически отсутствует синдром эммиграции, обусловленный подвешенностью, связанной с отторжением новой социальной среды и неприятием старой. Это, в свою очередь, бывает часто связано со слабой адаптацией к новой социальной среде и нежеланием возвращаться обратно.)

— Как часто вы выпиваете?

(Задаю этот вопрос предполагая, что возможно депрессия моего пациента не связана с социальными факторами, а является следствием периодического потребления алкоголя, то есть является обыкновенной посталкогольной депрессией.)

— Ну выпиваю после работы. Вместе с друзьями.

— Запои бывают? Утром не хочется облегчить душевное состояние

— Нет. Я встаю с хорошим настроением и иду на работу.