Звезды на приеме у психолога. Психоанализ знаменитых личностей

стильно одет, он должен следить за собой, от него должно всегда приятно пахнуть, он должен говорить всегда лицемерные вещи и т. п. А потом оказывается, что это не настоящие мужчины, то есть происходит скандал. А женщины-то были уверены, что это были настоящие мужчины. Происходит слом стереотипов, которые навязываются людям и как только этот слом происходит начинается настоящая жизнь. Надо называть всё своими именами. Как за границей. Чтобы не обманывать людей. Пусть они будут, только не надо маскироваться.

— Ваша супруга выбрала вас, благодаря каким вашим качествам?

— Как это меня супруга выбрала!.. Это я её выбрал! Женщины вообще не умеют мыслить. Они умеют только манипулировать, если ты смотришь в трезвом уме, ты понимаешь манипулируют тобой или нет. Хотя есть такое высказывание: «Самая глупая женщина, может обмануть самого умного мужчину». Моя жена ценит во мне мой мозг, человека, который найдёт выход из любой ситуации, человека, который знает что делать в жизни и как идти, плечо, на которое можно опереться. Я очень добрый, очень честный, очень порядочный. И это меня отличает от других. У меня есть кафе. У меня нет текучки. Мы все друг друга понимаем. У нас нет злых людей. Если попадались, то сами уходили. Злость — это следствие комплексов. Агрессивны люди, чувствующие свою ущербность. Я ни на кого не кидаюсь. Я не нападаю, но я хорошо защищаюсь.

(В целом, я почувствовал, что мой пациент в некоторых моментах сеанса, как бы был в диалоге со своей женой.)

— Мне, по долгу своей профессии, часто приходится анализировать фантазии и сновидения своих пациентов…

— Я скучный человек мои фантазии простые и конкретные. В Рио-де-Жанейро в белых штанах я ходил и ничего хорошего там нет. Ну, какая фантазия…я вижу, что у меня много денег, но что я с ними буду делать? Я понимаю, что больше мне работать не придётся. Я путешествую, много сплю, много читаю книг. Я езжу куда хочу, делаю то, что хочу, я свободен. С утра просыпаюсь, а полечу-ка я в Японию… на чемпионат по сумо, аж на финал. Алло! Машенька два билета в первом классе.

(Это обыкновенные фантазии личности, действительно страдающей психологической усталостью и, надеюсь, он не перерастёт в синдром хронической усталости.)

Я почувствовал, что мой бесспорно одарённый пациент, имеющий гигантский творческий потенциал, страдает из-за дефицита креативности, творческого полёта и поиска. Он окружил себя предсказуемой средой, которой сам же оперирует на психологическом автопилоте, часто говоря готовыми лингвистическими блоками, анекдотами, формулировками, шаблонами, которые без всякого труда вытаскивает из своих «файлов» мозга. Мой пациент — жертва этой предсказуемости, которую сам и организовал. Хотя это часто называется профессионализмом. И всё-таки элементы непредсказуемой психологии в моём пациенте присутствуют. Он открыт к истинному творчеству и осознаёт туфту «жизни» до отвращения. Так, что есть надежда, что возвращение его к себе состоится, и мой пациент выйдет из того амлуа и роли от которой устал, и деньги здесь, конечно, ни причём.

ТЕЛЕВЕДУЩИЙ-МОРДАЛ

Эта встреча произошла с телеведущим и звездой одной региональной телекомпании. Он попросил меня не называть своего имени.

— Сейчас я нахожусь в очень тяжёлом положении, можно сказать в кризисе. Короче, меня уволили из телекомпании, но я то ведь не представляю себя вне телевидения.

(Я узнал своего пациента. Его лицо мне знакомо, я видел его на телеэкране много лет).

— Вы не представляете свою жизнь без возможности выходить на телеэкран, в телеэфир? Ведь на телевидении есть множество других профессий, не связанных с появлением вас на телеэкране…

— Меня эти профессии как-то мало интересуют? Если б я был бы в другой профессии как это было раньше, то не было бы проблем. Там я обычно увольнялся без особых последствий.

(Я почувствовал, что мой пациент после слова «последствий» сделал опущение следующего за ним слова.)

— Последствий чему?

— Своей душе. Она у меня сейчас не на месте. Я всегда чувствовал это раньше, когда не выходил в телеэфир, но потом выходил и было на душе хорошо. Телеэфир меня заряжает.

— Вы как бы вскормлены эфиром и без него чувствуется голод. И в этом ваши страдания, не так ли?

— Да… Почему-то всегда болею, если меня лишают эфира. Как-то меня сняли с эфира и я после этого впал в такую пустоту и депрессию, что даже начал сильно пить. После пришлось отлёживаться у ваших коллег. Но почему-то меня лечили как лечат наркоманов, те же процедуры. Я что наркоман что ли? И поэтому не могу без телеэфира? Как же мне быть?

(Казалось бы на первый взгляд у моего пациента в прошлом был обыкновенный алкогольный абстинентный синдром, то есть запой. В действительности всё не так просто По-видимому, у него имеет место зависимость не только от алкоголизма).

— До работы на телевидении у вас были проблемы с алкоголем?

— В том-то и дело, что были, но телевидение меня спасло. Как я стал работать и выходить на телеэкран, меня стало меньше тянуть на алкоголь.

(Мой пациент как бы заменил один наркотик, то есть алкоголь на другой — появление на телеэкран, который вызывал в нём аналогичное опъянение. Мой пациент, по-видимому, страдает телеэфироманией. Мой опыт общения со звёздами показывает, что выходить в телеэфир — это специфическая профессия, вызывающая у некоторых их них особые переживания. Плоды её видит многомиллионная аудитория. Это у многих вызывает чувство эйфории, соизмеримое с потреблением алкоголя. Поэтому и последствия после прекращения этой работы тоже специфические.)

— Вы, судя по всему, страдаете телеэфироманией…

— Не объясняйте мне этого…

(Мой пациент сопротивляется озвучиванию истины о своём положении.)

— Хорошо, тогда сами попробуйте осознать причину своих страданий.

— Я всегда догадывался об этом, но не придавал особого внимания. Стоило мне только один раз выйти в телеэфир как появлялась страсть и тяга к нему, которую вычеркнуть из души уже было невозможно. Я даже удивлялся тому, что как-то не заслуженно, искусственно, без преодолений достигаю состояния эйфории, кайфа.

(Я почувствовал, что мой пациент после слова «кайфа» сделал опущение, не озвучив отчего кайф).

— Кайфа от чего?

— (После паузы.) От своего величия и признания. Да, да это так.

(Осознание того, что личность субъектно представлена в других, например, в близких, занимает занимает особое место в системе ценностей, наполняющих смысл жизни любого человека. То есть для всех очень важно, что о нас думают и переживают другие. Но когда это связано с представленностью личности в большой массе людей, то мозг, часто с этим не справляется и возникают неадекватные переживания о мнимом величии и влиянии на общество).

— Ну, если человек, действительно, в процессе своей творческой деятельности заслуживает величия и признания, разве от этого страдают? От этого счастливым надо быть. Вы же страдаете от телеэфира, как от наркотика. Надеюсь, вы догадываетесь почему вы страдаете?

— (Пауза). Потому, что телеэфир стал для меня наркотиком. А без наркотика наркоману тяжело.