показывает с помощью образов, иносказаний, *криптограмм и поражающих воображение картин. В этом отношении Откр написано по законам *апокалиптич. лит–ры, к–рая ведет свое происхождение от пророков Иезекииля, Даниила и апокрифич. апокалипсисов *междузаветного времени. На этом основании нек–рые толкователи выдвигали гипотезу, согласно к–рой Откр — это иудейский апокалипсис, лишь обработанный христ. рукой. Это мнение принято быть не может, поскольку книга носит очевидно христ. характер. В отличие от большинства ветхозав. и апокрифич. апокалипсисов Откр — не анонимное и не псевдонимное произведение. Оно написано от лица человека, хорошо знакомого читателям. Это Иоанн, «брат» и «соучастник в скорби» гонимых христиан (1:1,4,9; 22:8). Он именует себя «рабом», т. е. служителем, Иисуса Христа (1:1). Все, что открывается ему, относится к жизни и судьбам христ. Церкви. Христос стоит в центре Откр. Он не возвещает новых догматич. истин, а говорит об испытаниях, через к–рые должны пройти верные, прежде чем придет полная победа Правды Божьей. Откр начинается посланием к 7 церквам М. Азии, и в них говорится об их бытии в мире. Тем самым свящ. писатель отступает от чисто апокалиптич. жанра, сближая свою книгу с посланиями.
Уже в 3 в. свт. *Дионисий Великий отметил своеобразие языка Откр. «Речи и язык его не чисто греческие, но смешаны с речениями иностранными и по местам неправильными» (*Евсевий. Церк. Ист. VII, 25). Впоследствии филологич. изыскания установили, что текст предельно насыщен *гебраизмами, что автор писал по–гречески, думая по–еврейски. Кроме того, тайнозритель Иоанн обнаруживает не просто глубокое знание ВЗ, но мыслит в системе ветхозав. образов, символов, средств выражения. Сотни цитат, прямых и косвенных, намеков, реминисценций, *парафраз из ВЗ показывают, что Иоанн буквально жил в мире Свящ. Писания, выражая открывшееся ему словами, издревле принятыми в свящ. книгах. Как показал *Ломайер, Откр написано ритмической прозой и является своего рода поэмой, и в этом оно продолжает традицию пророков. Из ВЗ Иоанн заимствует ряд лит. приемов, в частн., *концептуальную символику. Глубокая связь последней книги Библии с ветхозав. традицией очень важна для понимания Откр и помогает в его экзегезе. Иоанн пишет к людям, как и он, проникнутым духом и буквой Свящ. Писания.
Композиция и содержание. При первом чтении не сразу видна стройность композиции Откр. Неоднократно экзегеты предполагали, что книга составлена, как мозаика, из разнородных источников, однако постепенно было установлено, что тайнозритель подчинил Откр сложной числовой системе, имеющей символич. значение. Во внебибл. лит–ре ее можно сравнить лишь с системой, по к–рой построена «Божественная Комедия» *Данте, к–рый во многом вдохновлялся Откр. Символика свящ. *чисел была издавна употребляема в Библии, особенно пророками и апокалиптиками, и она широко использована в Иоанновом Апокалипсисе. Сквозным символом, проходящим через всю книгу, является число 7, знак полноты, что указывает на полноту Божеств. свершений в истории. Откр рассматривает историю в свете вечности. Число 6 означает неполноту и несовершенство, а половина семерки — это время испытаний, через к–рые должны пройти верные (12:14; 13:5; ср. Дан 7:25; 8:14). Семь раз в Откр произнесены *макаризмы; семь малоазийских церквей символизируют полноту Церкви; по принципу седмериц строится и композиция Откр.
1) Вступление и с е м ь посланий с е м и церквам (1—3).
2) Видение небесной Литургии. Агнец снимает с е м ь печатей с книги Божьих судеб (4:1—8:1).
3) С е м ь ангелов трубят в трубы, возвещая бедствия (8:2—11:18).
4) С е м ь знамений в небесном пространстве, изображающих борьбу сатаны с Церковью (11:19— 15:4).
5) С е м ь чаш гнева Божьего, изливаемых на мир (15:5—16:21).
6) С е м ь видений, знаменующих судьбу Вавилона (империи, гонительницы Церкви) (17:1—20:15), и последний Суд.
7) Торжество Света. Новый Иерусалим. Эпилог (21—22).
Один из первых толкователей Откр, *Викторин, выдвинул гипотезу о композиции книги, к–рая получила название «рекапитуляции». Согласно этой гипотезе, разделяемой и рядом новых экзегетов (напр., *Алло), последовательность труб, знамений, чаш и видений не означает конкретной последовательности во времени, а есть лишь вариации одной и той же темы по принципам семитич. *поэтики библ. книг. Прообразом для них служат сказания Кн. Исход о «казнях египетских». Что касается содержания книги, то мнения экзегетов можно представить в виде 3–х осн. концепций: 1) Откр говорит лишь о событиях, к–рые должны произойти в конце истории (это воззрение восходит к Викторину, *Экумению, Андрею Кесарийскому и *Иоахиму Флорскому). 2) Тайнозритель в прикровенной форме изображает церк. — историч. события своего времени (*Ренан, *Фаррар, *Жданов, *Цан и др.). 3) Откр содержит общую «модель» самой сущности церк. — историч. процесса (*Булгаков, *Ломайер, *Фейе, *Харрингтон и др.). Эти аспекты не исключают, а дополняют друг друга.
Книга написана «мучеником для мучеников» (Ломайер) с определ. целью — укрепить верных в годину испытаний. Ее *«жизненный контекст» связан с первыми конфликтами между Церковью и империей, насаждавшей культ кесаря. Тайновидец возвещает о борьбе и конечной победе Христа, о неминуемом Божеств. воздаянии и торжестве праведных. Слова Откр о близости *Парусии в свете особого характера пророческого видения «должны быть поняты не в смысле непосредственной близости исторического момента, но лишь — общей эсхатологической перспективы» (Булгаков). Композиция книги использует антитезы: так, Божественной Троице (Сидящий на престоле, Агнец и Дух) противостоит демоническая триада (дракон, зверь, лжепророк). Антиподом Жены, облеченной в Солнце и рождающей Мессию, является вавилонская блудница. Небесной Литургии противостоит нечестивое поклонение образу зверя, истинному Спасителю Агнцу — чудовище с рогами как бы агнчьими, печати небесной — печать антихриста, царству зверя — Новый Иерусалим. Всем этим подчеркивается встреча и столкновение двух миров.
Провозвестие книги. Откр есть книга упования. Она возвещает свершение замысла Божьего о твари вопреки сильнейшему противодействию враждебных сил. Пророк говорит и о великой ответственности верных. Послания к церквам предостерегают от соблазнов и компромиссов и сурово осуждают духовную теплохладность. Кто «оставил первую любовь» (2:4), дух братолюбия ранних дней, рискует оказаться отверженным. Господь приходит к людям с любовью, ожидая их ответной любви. «Се, стою у двери и стучу. Если кто услышит голос Мой и отворит дверь, войду к нему и буду вечерять с ним, и он со Мною» (3:20). Но готовность услышать голос Господень требует великого терпения и победы над искушениями. Истинный христианин есть «побеждающий» (3:21). В то же время противление воле Божьей ввергает людей в неисчислимые бедствия, ибо, отпадая от Источника жизни, они оказываются во власти демонических сил. Гнев Божий есть антропоморфный образ этой судьбы отпавших.
Откр учит о Христе как о Человеке, рожденном «от колена Иудина», из рода Давидова (5:5). В то же время Он есть предвечный Агнец, принесший Себя в жертву «от создания мира» (13:8). На земле Он был «свидетелем верных», т. е. Страстотерпцем и Пророком (1:5; 3:14). Он «Первенец из мертвых», Властитель мира (1:5). Являясь «Царем царей» (19:16), Он един с Сущим, и Ему подобает поклонение как Богу (5:13). В то же время Он пребывает в единении со Своей Церковью, к–рая представлена, согласно древней ветхозав. символике, Невестой Агнца (22:17). Откр свидетельствует, что победа Христа уже совершилась, что Он лишь на время «восхищен» к престолу Божьему (12:5). С момента Его явления начался эсхатологич. период агонии зла, в к–ром верные и святые должны устоять, прежде чем наступит последний Суд и Новый Иерусалим сойдет «от Бога с неба» (21:2). В нем уже не будет храма, ибо он ознаменует «скинию Бога с человеками» (21:3), то единение с Сущим, к–рое было последней и высшей целью Завета.
Эсхатология Откр включает тему, к–рая с первых веков Церкви понималась по–разному. Речь идет о тысячелетнем царствовании Христа на земле с воскресшими праведниками (20:1–10). Одни понимали это пророчество в переносном смысле, усматривая в нем символ церк. истории в целом. Начало такому толкованию положил блж.*Августин. Но св. отцы более раннего периода, начиная со свт. Иринея Лионского, склонялись к буквальной экзегезе и верили, что в конце времен мир увидит не только разгул зла, но и торжество добра. Общепринятого толкования в Церкви нет, поэтому пророчество о тысячелетнем царстве не раз питало идеи *хилиазма. Бесспорным остается основное провозвестие книги: человек обретет новый Эдем и древо жизни. «И ничего уже не будет проклятого; но престол Бога и Агнца будет в нем, и рабы Его будут служить Ему. И узрят лице Его, и имя Его будет на челах их. И ночи не будет там, и не будут иметь нужды ни в светильнике, ни в свете солнечном, ибо Господь Бог освещает их; и будут царствовать во веки веков» (22:3–5).
Проблема датировки и авторство. Свт. Ириней Лионский, близкий к кругу учеников ап. Иоанна,
