общины в М.Азии. Узнав об этом, христиане–законники организовали контр–миссию и всюду склоняли новообращ. принимать обрезание. Они ссылались на «столпов» Церкви, на Двенадцать апостолов и всячески подрывали авторитет Павла. Простодушные галаты легко поддались этим увещаниям, отреклись от своего учителя и поспешили принять обрезание. Известие о случившемся глубоко потрясло ап.Павла. Он немедленно отправил галатийским христианам послание. Оно начинается с торжественных слов, в к–рых четко и недвусмысленно заявлено о его правах и призвании. «Павел Апостол, избранный не человеками и не через человека, но Иисусом Христом и Богом Отцом, воскресившим Его из мертвых, и все находящиеся со мною братия — церквам Галатийским: благодать вам и мир от Бога Отца и Господа нашего Иисуса Христа… Удивляюсь, что вы от призвавшего вас благодатию Христовою так скоро переходите к иному благовествованию, к–рое впрочем не иное, а только есть люди, смущающие вас и желающие превратить благовествование Христово». Апостол не отрицает, что его соперники проповедуют Благую Весть; он лишь указывает, что в их устах она получила превратный оттенок. Наиболее резкий отпор Павел дает методам «лжебратий», к–рые в его отсутствие говорят о нем неправду, желая очернить его и унизить. Между тем, он трудился не для себя, а для Господа; его послали на проповедь не люди, а Сам Христос, служителем Которого он избран от утробы матери. Учение, к–рое он, Павел, возвещал галатам, — не человеческое измышление, а Слово Божье. Апостол вспоминает, как прежде, будучи ревнителем Закона, он гнал Церковь и как ему открылась тайна Сына Божьего. Поэтому ему не было нужды учиться у других: его научил Сам Воскресший. Правда, в Иерусалиме он познакомился со «столпами» Церкви, но несет людям не их слова, а благовестие Христа Спасителя. Галатов уверяют, что Тарсянин не имел одобрения «столпов». Это ложь, ибо «почитаемые столпами» подали ему и Варнаве «руку общения», чтобы им идти с проповедью к язычникам, причем их свободу ничем не связали. Павел никогда бы не дерзнул отвергать Закон Божий; Сам Господь открыл ему, что время Закона пришло к своему завершению. Он говорит это, будучи евреем, сыном народа, к–рому дан Закон. «Мы по природе Иудеи, а не из язычников грешники; однако же, узнавши, что человек оправдывается не делами закона, а т о л ь к о в е р о ю в И и с у с а Х р и с т а, и мы уверовали во Христа Иисуса, чтобы оправдаться верою во Христа, а не делами закона; ибо делами закона не оправдается никакая плоть» (2:15–16). «Дела Закона» — это система, охватывающая все стороны жизни, регламентирующая каждый шаг человека. Любая мелочь повседневного быта ею предусмотрена. «Жить по–иудейски» (как позднее «жить по–мусульмански») значит быть целиком погруженным в такую систему. Но для апостола это лишь азбука, начальная школа веры, воспитательное средство. Во Христе человек получает высшую свободу.
Объясняя смысл этой новой фазы духовной истории, Павел использует слово о п р а в д а н и е (dika… wsij). В узком значении оно является термином юридическим, но у ап.Павла оно несет бесконечно большую смысловую нагрузку. В евр. языке оно происходит от того же корня, что и слово «праведность», а праведным, т. е. свободным от зла, можно считать лишь одного Творца. Человеческая, земная праведность всегда относительна и условна. В сущности, никто не может претендовать на абсолютную праведность, достигнутую собственными силами. Уже в ВЗ жила вера, что оправдание придет от Самого Бога как дар Его милосердия (Иер 23:6; 33:16). До прихода Спасителя условно «праведным» мог считаться человек, к–рый в меру своих возможностей «жил по закону», однако подлинного оправдания все равно не существовало. Его осуществили не наши усилия, а искупительная, спасающая сила Господня. Это Он, а никто другой, приближает к Себе человека и через Мессию д а р у е т грешным прощение. Они оправданы Богом и потому отныне уповают не на систему Закона, а на высшую небесную любовь, к–рая открывает перед человеком возможность соединиться с Богом во Христе Иисусе. Входя в Новый Завет Господа, верующие идут путем Христовым. Закон повелевал «извне», тайна же спасения преображает человека изнутри. «Я сораспялся Христу, и уже не я живу, но живет во мне Христос. А что ныне живу во плоти, то живу в е р о ю в Сына Божьего, возлюбившего меня и предавшего Себя за меня. Не отвергаю благодати Божьей. А если Законом оправдание, то Христос напрасно умер» (2:19–21).
Задача, к–рую ставил перед собой апостол в послании, была намного труднее, чем у приверженцев старых канонов, говоривших, что конкретно делать, как поступать, что соблюдать. Ведь все религии имели свои системы правил. Последовательной логике законников, опиравшихся на Писание, Павел мог противопоставить лишь живой опыт благодати. Он напоминает о духовной радости новообращенных, об их самоотверженной любви, о пророчествах и знаках свыше. Неужели этого мало, чтобы понять: чудо единения с Богом во Христе есть дар; его нельзя заработать.
Что прибавило галатам обрезание? Ни обрезание, ни соблюдение «дней, месяцев, времен и лет» ветхозав. календаря ни на шаг не приблизило их ко Христу. Когда они были язычниками, они боготворили тварь, находясь в рабстве у «стихий». Подчинившись же формальным условиям «подзаконной жизни», они только сменили одно рабство на другое и тем самым отреклись не от Павла, своего учителя, а от Самого Христа. «О, несмысленные Галаты! — восклицает апостол. — Кто прельстил вас не покоряться истине, вас, у к–рых перед глазами предначертан был Иисус Христос, как бы у вас распятый? Сие только хочу знать от вас: через дела ли Закона вы получили Духа, или чрез наставление в вере? Так ли вы несмысленны, что, начав духом, теперь оканчиваете плотью?» (3:1–3). Апостол мог догадываться, что ортодоксы, толкуя галатам о необходимости принять уставы Закона, читали им из Библии, доказывали «на строке» свою правоту. На это Павел отвечает, также ссылаясь на Писания. Основой Завета был не Закон, а вера Авраама. Патриарх был возвеличен за то, что поверил Богу и вручил себя Его покрову. Закон же дан п о с л е Авраама, через «посредника» (Моисея), с целью приучить людей всегда помнить о Боге и показать, насколько мало они способны достигнуть идеала даже условной праведности. Уже в ВЗ пророк Аввакум знал, что жизнь даруется через веру. Закон учил вере, но не имел преображающей силы. Он был лишь оградой, к–рая указывала на границу между добром и злом. До «пришествия веры» в спасающего Господа «мы заключены были под стражею закона, до того времени, как надлежало открыться вере. Итак, Закон был для нас д е т о в о д и т е л е м ко Христу, дабы нам оправдаться верою» (3:23–24). Сегодня откровение веры дано в лице Иисуса. И дано с божественной щедростью — уже не только сынам Авраамовым по происхождению, как вначале, а всем его духовным детям по вере: иудеям и эллинам, рабам и свободным, мужчинам и женщинам (3:28–29).
Порицатели ап.Павла напоминали, что Сам Христос соблюдал Закон. Да, отвечал апостол, Он подчинился Закону, но одновременно возвысился над ним. Как Человек, Он прошел путь «подзаконной жизни», но не ради порабощения букве, а ради любящей сыновней покорности Отцу, пославшему Его в мир. Он единственный Избранник, истинный Сын, уничиживший Себя по воле Отца, ради людей. И поэтому Он дарует всем верующим в Него радость у с ы н о в л е н и я Богу. «А как вы — сыны, то Бог послал в сердца ваши Духа Сына Своего, вопиющего: «Авва, Отче! Посему ты уже не р а б, н о с ы н; а если сын, то и наследник Божий через Иисуса Христа… Итак стойте в с в о б о д е, к–рую даровал нам Христос, и не подвергайтесь опять игу рабства» (4:6–7; 5:1). Рабством апостол называет сведение веры к формальным правилам, т. е. к тому, что было всего доступнее людям. Но этот несовершенный вид богопочитания есть признак уходящего мира. Бог заложил основание для мира нового.
Свобода христианина не означает, по учению апостола, полного отказа от внешних проявлений веры, как утверждали мн. протестантские комментаторы. Он высоко ставил церк. порядок, таинства, целостность нового народа Божьего. Апостол лишь желал привлечь галатов к самому существу Евангелия: человек, умерший во Христе для греха и воскрешенный с Ним, становится «новой тварью», обретает жизнь в Боге, возносится на ту безмерную высоту, где многое, считавшееся важным, становится второстепенным. «Ибо во Христе Иисусе не имеет силы ни обрезание, ни необрезание, но в е р а, д е й с т в у ю щ а я л ю б о в ь ю» (5:6). Последними тремя словами отметается всякая возможность считать себя верными Господу без верности Его нравств. заповедям. Христианская свобода есть свобода и от рабства греху. Именно эта свобода перед лицом благодати подразумевает встречную волю человека к добру. Вот почему апостол, не боясь впасть в противоречие, говорит, что нравств. нормы Закона имеют ценность для христианина. «Ибо весь Закон в одном слове заключается: «люби ближнего твоего, как самого себя»» (5:14). Эта мысль не принадлежит Павлу; она восходит к ветхозав. традиции и к словам Самого Христа Спасителя.
Итак, апостол утверждает, что вера не просто субъективное переживание, а сама жизнь, новая жизнь, даруемая свыше и созидаемая при участии человека. Ап.Павел не ссылается прямо на *Нагорную проповедь, но с предельной точностью выражает ее дух. Следование за Иисусом есть «подражание» Ему. Присутствие Его Духа познается по практическим п л о д а м. «Плод же духа: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание. На таковых нет закона… Носите
