могущие смягчить отмеченный недостаток.
Председатель РВС СССР
РГВА. Ф. 4. Оп. 2. Д. 118. Л. 52. Заверенная копия.
№98 Доклад начальника ГУ РККА В.Н. Левичева в РВС СССР о милиционно-территориальных формированиях РККА*
Начиная с 1921 года, непосредственно после ликвидации внешних фронтов вплоть до 1923 г. Красная Армия находилась в состоянии беспрерывного сокращения ее организационных форм, войсковых частей, учреждений, аппарата управления и демобилизации личного состава, причем демобилизация личного состава обычно опережала перестройку организационных форм. Были такие периоды, когда войсковые соединения значились лишь только на бумаге, так как кроме начальствующего состава в полках никого не было.
Анализируя штатный состав армии к весне 1923 г. выражающийся в 610 тысяч человек, мы приходим к заключению, что 13% приходится на долю тыловых обслуживающих учреждений, 32% – на специальные роды войск и около 50% – на общевойсковые дивизионные соединения, которых в составе армии имелось 57 дивизий, причем войсковые соединения, рассчитанные по штатам на 6 000-8 000, фактически имели не более 4 000-5 000 человек.
Такое резкое несоответствие организационной структуры как в соотношении тылов к строю, так и штатного выражения войсковых соединений к численности людей являлось результатом прежде всего того, что перестройка армии шла без ранее намеченного плана (причин не касаемся), и главное – без достаточно ясного представления у главного командования того, какою в конечном итоге для данного переходного периода, характеризующегося, с одной стороны, замедленным развитием революции в мировом масштабе, и с другой, стабилизацией капитализма, в особенности в странах Запада, должна быть военная система Советского Союза.
Центральному Комитету [ВКП(б)] из материалов обследования Красной Армии и Флота, произведенного осенью 1923 г. ЦКК и Наркоматом РКИ, известно, что в тогдашнем состоянии организации вооруженных сил главным недостатком являлись не столько внутренние болезни – текучесть личного состава, неопределенность правового и материального положения ее командного состава, бедность и т.д., сколько отсутствие в какой бы то ни было степени реально обеспеченного плана развертывания вооруженных сил в случае войны.
Германские события являются наглядным доказательством нашей военной неподготовленности к внешним событиям, когда только под влиянием этих событий мы вынуждены были наспех создавать второочередные формирования на милиционно-территориальных началах без достаточно продуманных методов применения этой новой формы военной организации.
* Публикуемый доклад являлся проектом записки Военного ведомства в Инстанции (см. док. № 99).
Таким образом, к концу 1923 г. военная организация наряду с целой системой учреждений эпохи гражданской войны, с кадровой [армией] в основном ее виде, приступила к так называемым терформированиям, но без программы, основанной на плане войны.
Основной вывод, который сделан ЦК на основании указанных фактов, заключался в необходимости реорганизации центрального военного аппарата и приведения организации вооруженных сил в определенную систему.
Военная система определяется:
1. Социально-политическим строем каждого государства;
2. Его международным положением;
3. Экономическим и культурным уровнем развития страны;
4. Общими задачами, которые ставит себе государство в целом.
Эти факторы в свою очередь определяют, какая армия и для каких целей должна содержаться, каков характер вооружений и как на основе учета этих целей, а также природы и характера самого государства и будущего столкновения она должна строиться.
Высшее командование в лице РВС [СССР], которому поставлена задача приведения организации вооруженных сил в определенную систему, прежде всего, должно было дать себе совершенно ясное представление о масштабе и характере будущих вооруженных столкновений Советского Союза, имеющего основным своим назначением «превращение», по выражению т. Ленина, «изолированной революции в революцию международную».
Исходя из определившейся на ближайший период времени международной обстановки, в которой Советский Союз является главным объектом империалистических группировок стран Запада, причем и восточные границы, несмотря на все усиливающееся национально-освободительное движение в странах Востока, и рост симпатий к Советскому Союзу не могут быть признаны как вполне надежный тыл, с одной стороны, что их полуколониальная зависимость от империалистического Запада может быть использована в военных целях против нас, с другой стороны, в момент мировых осложнений освободительное движение может принять такие формы, когда с нашей стороны потребуется реальная военная помощь. Отсюда несомненным является то, что в случае возникновения войны для Советского Союза потребуется такая армия, которая могла выступить на широких фронтах Союза.
На основании опыта мировой войны и беспредельно развивающейся техники, когда новые факторы войны – воздушный флот и химические средства совершенно меняют старые разграничения фронта и тыла, перенося борьбу в глубокие тылы, на самые источники существования армии, на их жизненные центры, подготовку к войне нужно мыслить не иначе, как подготовку страны к обороне в целом.
Общепризнанным является то, что в условиях существующей действительности войну ведут не кадровые армии, содержащиеся в мирное время, а мобилизованные народные массы.
Достаточно указать, что полуторамиллионная русская армия уже в момент выступления на войну имела в своем составе только одну четверть кадрового состава, а затем к концу первого года войны соотношение между кадрами и мобилизованными массами дошли до 1/12-1/25, а к концу войны мы знаем, что во всех армиях, не исключая и Германии, кадры совершенно растворились в ополчении.
Таким образом, исторические судьбы народов в мировую войну решались ополчением (ландштурм, местные войсковые милиции, последняя оборона, у нас – ополченцы), военная выучка которых заключалась самое большое в месячном обучении за время состояния в запасе и в 4-6 месячном обучении в запасных частях во время войны.
Поэтому при разрешении вопроса о подготовке страны к обороне первейшей задачей является военное обучение всего населения страны, годного стать под ружье. Именно так разрешается вопрос о подготовке к войне во всех странах.
Кроме постоянных армий, численность которых, как уже мною отмечалось на 3 съезде Советов, в капиталистическом стане возросла на миллион с лишним человек, во всех странах энергично развиваются всякого рода скрытые военные организации, имеющие своей целью военную подготовку населения.
