наступления врага, но и к лишению его стратегической инициативы. Все последующее развитие военных событий должно было определяться волей Красной Армии и советского народа. Таким образом, осуществление плана контрнаступления на юге имело огромное значение для развития борьбы на всем советско-германском фронте и в целом для исхода второй мировой войны.
В исторической литературе успешно исследуется вопрос о том, как рождался замысел и разрабатывался план контрнаступления под Сталинградом. Этот вопрос не сразу получил правильное освещение, но затем он стал раскрываться с необходимой полнотой и объективностью. Теперь уже известно, что замечательный по глубине и смелости план стратегического контрнаступления был плодом коллективного творчества крупнейших советских полководцев и военных деятелей. Разработанный Ставкой Верховного Главнокомандования и Генеральным штабом, этот план отразил и предложения, высказанные командующими и членами Военных советов фронтов, действовавших на сталинградском направлении. Конечно, как идея этого плана, так и его детальная разработка с определением целей и задач фронтов и группировок, предназначенных для его осуществления, расчетами материального и боевого обеспечения грандиозной наступательной операции держались в глубочайшей тайне. Все это означало, что к составлению такого плана не могло быть привлечено большое число лиц.
Ценные соображения и конкретные данные о планировании контрнаступления содержатся не только в исторических исследованиях, но и в воспоминаниях активных участников событий. 'Ставка и Генштаб,- рассказывал Маршал Советского Союза Г. К. Жуков,-в процессе боевых действий тщательно изучали разведывательные данные о противнике, поступившие от фронтов и войск, анализировали их и делали выводы о характере действий противника и своих войск. Они изучали соображения штабов, командующих фронтами, видами вооруженных сил и родами войск и, анализируя все эти данные, принимали то или иное решение. Следовательно, план проведения операции стратегического масштаба мог возникнуть в полном объеме только в результате длительных творческих усилий всех войск, штабов, командиров. Основная и решающая роль во всестороннем планировании и обеспечении контрнаступления под Сталинградом неоспоримо принадлежит Ставке Верховного Главнокомандования и Генеральному штабу'{11}.
В воспоминаниях Маршала Советского Союза А. М. Василевского, который в рассматриваемое время являлся представителем Ставки и начальником Генерального штаба, отмечается, что в начале сентября Советское Верховное Главнокомандование уже не сомневалось в том, что стратегический план противника на лето 1942 г. был в значительной мере сорван. Немецко-фашистская армия нанесла серьезный ущерб Советской стране, но наступательная способность врага резко сократилась, а резервы истощились. Командование вермахта не могло быстро перебросить на Восточный фронт крупные стратегические резервы из Германии или с других театров войны, так как таких резервов не было. Возобновления серьезного наступления противника с вводом новых крупных сил до начала лета 1943 г. ожидать не приходилось. Все это позволяло сосредоточить внимание на развитии событий в районе Сталинграда.
Ставке Верховного Главнокомандования было хорошо известно, что втянутые в затяжные бои 6-я и 4-я танковая немецкие армии на флангах прикрыты более слабыми во всех отношениях румынскими войсками. Большая протяженность участков обороны румынских войск и отсутствие за ними резервов еще более усугубляли уязвимость здесь обороны противника.
'В это время у нас заканчивалось формирование и подготовка стратегических резервов, в значительной части состоявших из танковых и механизированных частей и соединений, вооруженных в большинстве своем средними и тяжелыми танками, были созданы запасы другой боевой техники и боеприпасов. Все это позволило Ставке уже в сентябре 1942 года сделать вывод о возможности и целесообразности нанесения решительного удара по врагу в ближайшее же время. Вопрос о том, на каком стратегическом направлении наносить этот удар, перед советским командованием не стоял. Для него и без того было более чем понятно, что на ближайшее время для наших Вооруженных Сил основной задачей должно стать окончательное снятие угрозы врага, нависшей над Сталинградом, и что именно здесь, используя благоприятно складывающуюся за последнее время для нас оперативную обстановку, и следует нанести сокрушительное поражение противнику, которое позволило бы советским войскам уже в зиму 1942/43 года развернуть широкие наступательные операции по освобождению своей родной земли от фашистского ига'{12}.
В обсуждении этих вопросов в Ставке принимали участие заместитель Верховного Главнокомандующего генерал армии Г. К. Жуков и начальник Генерального штаба генерал-полковник А. М. Василевский. Намечаемое контрнаступление должно было решить две главные оперативные задачи: одну - по окружению и изоляции действующей непосредственно в районе города основной группировки вражеских войск и вторую - по уничтожению этой группировки. Эти задачи объединялись одной общей стратегической целью.
По свидетельству А. М. Василевского, не вызывало никаких сомнений и то, что окружение сталинградской группировки противника следует осуществить нанесением мощных концентрических ударов на ее флангах, защищенных слабыми румынскими войсками. Вместе с тем необходимо было упорной и стойкой обороной удерживать Сталинград до начала наступления, продолжая сковывать и изматывать силы врага, втянутые в борьбу за город.
Предстоящая наступательная операция в районе Сталинграда должна была стать концентрированным выражением возросшей мощи Красной Армии. Ориентировочным сроком проведения операции намечался ноябрь. Окончательный срок мог быть определен лишь после установления необходимых сил и времени, требующихся на сосредоточение стратегических резервов и подготовку войск к активным действиям. Г. К. Жуков и А. М. Василевский в первой половине сентября 1942 г. прибыли в район боевых действий на Волге. Они должны были изучить на месте все вопросы, связанные с предстоящим контрнаступлением, а затем представить свои соображения и предложения по плану его проведения. Перед вылетом представителей Ставки из Москвы И. В. Сталин предупредил их о том, чтобы намерения Ставки они сохранили в полной тайне и ни с кем ими не делились.
Г. К. Жуков направился на Сталинградский фронт, чтобы ознакомиться с состоянием его войск и войск противника, выяснить, какие силы и средства потребуется сегодня направить для организации контрнаступления. Необходимо было также изучить плацдармы, занимаемые советскими войсками на правом берегу Дона у Серафимовича и Клетской. А. М. Василевский вылетел на Юго-Восточный фронт с задачей уделить основное внимание изучению войск и района 57-й и правого фланга 51-й армий и противника, действовавшего против них. 'Прибыв в войска Юго-Восточного фронта,- рассказывает А. М. Василевский,- я всю работу проводил, базируясь на штаб 57-й армии. По окончании работы я рекомендовал командующим 57-й и 51-й армиями в ближайшее же время принять меры по захвату у противника выходов из дефиле между озерами Сарпа, Цаца и Барманцак и закрепить их за собой'{13}.
После возвращения Г. К. Жукова и А. М. Василевского в Москву в Ставке Верховного Главнокомандования состоялось совещание, на которое были приглашены некоторые работники Оперативного управления Генерального штаба. В ходе обсуждения был определен замысел предстоящей стратегической наступательной операции: главные направления ударов, необходимые силы и средства, районы и примерные сроки сосредоточения. Было принято решение об образовании в районе Сталинграда двух самостоятельных фронтов{14} (Донского и Сталинградского) с непосредственным подчинением их Ставке. Тогда же было решено создать новый Юго-Западный фронт на правом крыле Донского фронта, но в целях сохранения тайны официальное оформление этого решения было отнесено на конец октября.
Утвержденные Ставкой основные наметки плана контрнаступления в конце сентября переданы были для детальной разработки ответственным работникам Генерального штаба с привлечением к этой работе командующих родами войск Вооруженных Сил. Развернулась напряженная работа по выполнению всех решений Ставки в отношении Сталинградской наступательной операции. Особое внимание уделялось обеспечению секретности переброски резервов в районы сосредоточения, а также подготовке командования и войск к предстоящим действиям.
Руководство подготовкой операции на местах Ставка возложила по Юго-Западному и Донскому фронтам на Г. К. Жукова, а по Сталинградскому фронту на начальника Генштаба. В конце сентября А. М. Василевский прибыл на командный пункт Сталинградского фронта. Вместе с ним находились командующий артиллерией Красной Армии Н. Н. Воронов и генерал-лейтенант В. Д. Иванов. 'По прибытии на фронт,- пишет А. М. Василевский,- я подробно ознакомил командующего фронтом тов. Еременко, члена Военного совета тов. Хрущева и начальника штаба тов. Варенникова с основными решениями Ставки по предстоящему контрнаступлению и просил их к вечеру следующего дня подготовить свои соображения по
