На службе Мечу

Абигайль расправила плечи и вышла в пилотскую кабину.

— Старшина Хоскинс, вы слышали? — поинтересовалась она у пилота.

— Да, мэм. — старшина обернулась через плечо к Абигайль, её лицо было напряжено. — Хотя не могу сказать, что услышанное мне сильно по вкусу.

— Мне самой это не слишком понравилось, — заверила её Абигайль. — Но, похоже, мы тут застряли.

— Как скажете, мэм. — Хоскинс на мгновение остановилась и затем продолжила. — Что мы будем делать, мэм?

— Ну, чего мы не станем делать, так это пытаться удрать от тяжёлого крейсера в космосе, старшина, — ответила Абигайль и неожиданно для самой себя по-настоящему улыбнулась. — Любой военный корабль может настигнуть нас не слишком напрягаясь и непохоже, чтобы мы могли укрыться от его сенсоров. Не говоря уже о том, что у него наверняка имеется около десятка малых судов, которые можно направить в погоню за нами.

— Звучит довольно разумно, мэм, — признала Хоскинс, хотя её голос был полон сомнения. — Но если мы не можем ускользнуть от них в космосе, то насколько успешно мы можем надеяться спрятаться от них на поверхности планеты?

— На Приюте довольно гористый ландшафт, старшина, — ответила Абигайль. — И у нас на борту хорошо подготовленные морпехи сержанта Гутиэрреса, которые помогут нам укрыться. Разумеется, лучше всего было бы, если бы мы сумели убедить врагов вообще нас не разыскивать, не так ли?

— О, да, мэм, — с воодушевлением произнесла Хоскинс.

— Хорошо, в таком случае давайте посмотрим, что мы можем для этого сделать.

* * *

— Вы в этом уверены, мэм? — негромко поинтересовался сержант Гутиэррес и Абигайль кисло усмехнулась. По крайней мере рослый сержант задал вопрос настолько приватно, насколько только позволяла теснота бота. Это, к сожалению, не означало, что он не выглядел потрясённым её планом.

Но уж какой был, такой и был.

— Сержант, если вы спрашиваете, уверена ли я, что это сработает, — спокойно ответила Абигайль, — то ответом будет “нет”, но если вы спрашиваете, уверена ли я, что это даст нам наилучшие шансы, то ответ “да”. Так что?

— Я просто… Ладно, мэм, ничего против, однако с тем, что вы предлагаете, было бы достаточно трудно справиться, даже будь все мы тренированными морпехами.

— Я знаю, что флотские, в отличие от морпехов, не обучены высадке на планеты и тактике маскировки, сержант. И, поверьте мне, будь у меня другой выбор, я бы его сделала. Но вы должны мне поверить, что наш бот совершенно неспособен избежать обнаружения, перехвата и уничтожения, если мы останемся в космосе. Это та область, где мы, флотские, обладаем определённой компетентностью. — Абигайль слегка улыбнулась сержанту. — Так что, как мне представляется, нам остаётся лишь планета. Ясно?

— Так точно, мэм, — отозвался Гутиэррес. Он явно остался недоволен и Абигайль подозревала, что он не вполне доверял и её способности командовать, однако он также не мог отрицать и силы её доводов.

— Хорошо, — обратилась она к нему с более естественной улыбкой, — по крайней мере наши аварийные комплекты уже готовы, не так ли?

— Так точно, мэм, готовы. — Гутиэррес поразил Абигайль смешком, признававшим, что он знал, что она отдала ему это приказание только для того, чтобы его поддразнить. Абигайль криво улыбнулась в ответ, но затем, когда их взаимное веселье прошло, кивнула ему.

— Хорошо, сержант. Как только мы приземлимся, мне придётся очень сильно положиться на вашу компетентность. Пожалуйста, без колебаний давайте любой совет, какой только приходит вам в голову. Я знаю что желаю сделать, но это не та область, в которой я обучена, чтобы знать как именно это сделать.

— Не беспокойтесь, миз Хернс, — ответил ей Гутиэррес. — Вы же знаете девиз Корпуса: “Будет Сделано!” Если придётся, то мы это сделаем.

— Благодарю вас, сержант, — произнесла Абигайль, испытывая искреннюю благодарность за его попытку поддержать её уверенность в себе, даже при том, что он, так же как и она сама, знал, насколько в самом деле призрачны их шансы спрятаться от целенаправленного орбитального и воздушного поиска. Она коротко улыбнулась Гутиэрресу и затем вернулась в пилотскую кабину.

— Как движутся дела, старшина? — поинтересовалась она.

— Почти готово, мэм, — ответила Хоскинс. Бот вёл второй пилот, а Хоскинс и старшина Палмер склонились над панелью программирования автопилота. Старшина полуулыбаясь-полуморщась посмотрела на гардемарина. — Очень плохо, что у нас для этого не имелось никаких заранее сделанных заготовок.

— Знаю. Однако когда это делал сэр Горацио, он тоже их не имел, — заметила Абигайль. — И, по крайней мере, вы со старшиной Палмером работаете с нашим программным обеспечением, а не хевенитским.

— Это верно, мэм, — согласилась Хоскинс, а Абигайль ободряюще ей улыбнулась и вернулась в пассажирский отсек.

* * *

— Мы должны выти на орбиту Приюта примерно через двенадцать минут, — сообщил коммандер Траш и Самсон Ламар кивнул, подтверждая его доклад, как если бы не считал эту охоту за мантикорским ботом смешной. И бессмысленной.

Он очень сомневался, что крейсер потратил время на передачу боту какой-либо детальной информации. Несомненно, как только манти понял, что у него на хвосте “Головорез” и “Мёрдер”, у него нашлись дела поважнее. Несмотря на то, что манти уничтожили “Охотника за удачей”, шансы успешно справиться с двумя тяжёлыми крейсерами должны быть невысоки, особенно учитывая, как огонь “Мёрдера” разнёс кормовое импеллерное кольцо. И после гибели крейсера, несомненно, не имелось никакой срочности в уничтожении его уцелевшего бота! С другой стороны, если по некой несчастливой случайности крейсер сможет избежать гибели, то в уничтожении бота тоже не имелось никакого смысла.

Однако этот задолбавший всех Рингсторфф настаивал, а в голову Ламара не приходило ни одной разумной причины, почему он не должен сделать то, чего хочет Рингсторфф. С одной стороны, “Хищник” не имел возможности вовремя погасить скорость и присоединиться к “Головорезу” и “Мёрдеру” в их преследовании манти, а с другой курс “Хищника” и так практически напрямую вёл к планете.

Так что полностью боеготовый тяжёлый крейсер охотился за единственным ботом. Это вполне походило на посылку саблезубого тигра на охоту за особо надоедливой мышью.

— Есть что-нибудь? — поинтересовался Ламар у тактика.

— Ещё нет. Конечно, если они затаились, то будут очень незаметной целью.

— Знаю. Но Рингсторфф говорит, что беспилотные платформы проследили их возвращение к планете, так что они должны быть где-то здесь.

— Может и так, но на месте бота, считающего, что на него может охотиться тяжёлый крейсер, чёрта с два я бы расположился на орбите, где он может меня найти!

— Да? И где бы вы спрятались?

— У планеты две луны, — отметил тактик. — Ну, одна и ещё огрызок. Я скорее всего поискал бы где- нибудь хороший кратер и спрятался бы в тени его вала. Или там или в долине поглубже на самой планете, всё равно. Но чертовски уверен, что не болтался бы в космосе!

— Мне это кажется разумным, — через мгновение признал Ламар. — Однако мы должны с чего-то начать, так что давайте продолжим. Если их нет на орбите, то Рингсторфф просто погонит нас искать где- нибудь ещё до тех пор, пока мы их в конце концов не отыщем.

— Как он задолбал, — пробормотал тактик, не представляя, насколько его мнение насчёт Рингсторффа совпадает с мнением Ламара. Ламар ухмыльнулся этой мысли и вернулся к своему пульту.

Прошло пятнадцать минут. “Хищник” тормозил, гася остатки движения относительно Приюта и выходя на высокую орбиту, откуда его активные сенсоры начали систематический поиск других находящихся на орбите искусственных объектов.