Президент Линкольн: охотник на вампиров

дневнике:

Я потерял своего малыша… Как же я по нему тоскую. В жизни больше нет радости.

Нет причин подозревать, что вампиры имели какое-либо отношение к кончине Эдди. Он болел еще с декабря (вероятно, туберкулезом) и постепенно угас. Мать неусыпно бодрствовала у постели сына и втирала мазь в его тщедушную грудь — но это не помогло.

Мэри не могла допустить, чтобы Эдди умер в одиночестве. Она прижимала к груди его бесчувственное тело и всю ночь качала малыша… пока он не скончался.

Мэри никогда не станет прежней. Она потеряет еще двоих сыновей, но эти утраты не сравнятся с кончиной ее любимого «ангелочка». Три дня после смерти сына она не ела, не спала и постоянно рыдала.

Мэри безутешна. Что ж, все равно я не смог бы найти ободряющие слова. Я написал Армстронгу и Спиду с просьбой приехать. Получил письмо от Генри: он выражает соболезнования и обещает прибыть [в Спрингфилд] не позднее завтрашнего полудня. Не знаю, каким образом ему стало известно о кончине Эдди.

Мальчика похоронили на кладбище Хатчинсонс, в нескольких кварталах от родительского дома.

Всю службу я обнимал Боба и Мэри. Мы плакали. Рядом стояли Армстронг со Спидом, а также наши многочисленные друзья и доброжелатели. Генри остался в некотором отдалении — он не хотел усугублять горе Мэри или подтверждать ее подозрения.[33] Все же до службы он прислал мне записку, в которой еще раз выражал соболезнования, а также напоминал, что существует и другой выход.

Я мог снова увидеть своего мальчика.

Несмотря на безумное искушение вернуть сына, Эйб прислушался к голосу разума.

Он навсегда остался бы ребенком, ангелочком-убийцей. Мне была невыносима мысль о том, что придется держать его в темноте. Учить убивать ради того, чтобы он выжил. Я не решился ввергнуть сына в ад.

Мэри сочинила стихотворение (возможно, в соавторстве с Эйбом), которое было опубликовано в «Иллинойс джорнал» после смерти Эдди. Последняя строчка высечена на надгробии малыша.

На небесах померкли звезды,
Что ярко освещали путь.
Душа покинула младенца,
Румянец щечкам не вернуть.
И ангел смерти рядом был,
Дитя он за собой манил.

Блестящие шелка волос
На побледневший лоб спадали,
А жемчуга уст и ланит
Господство смерти отмечали.
Господь тебя призвал и сам
Забрал к себе в цветущий сад.

На небе ребенку милее парить
С лирой златой, в драгоценном венце.
Познав благодать, что нам не открыть,
Спасителя славит он в небесном дворце.
Милостью Божьей расцветший цветок
В райском саду свой пускает росток.

Прощай же, о, малютка Эдди,
О, ангел наш, прощай!
Нам не отправиться с тобой
В благословенный край.
В сияющем доме теперь его место,
«Ибо таковых есть Царство Небесное».

Глава 9 Долгожданный мир

Мы купались в щедротах Неба. Долгие годы мы были хранимы, в мире и благополучии. Мы приумножили свое число, богатство и силу, как ни один другой народ. Но мы забыли Бога. Забыли ту милосердную руку, которая хранила нас в мире, умножала наше число, богатство и силу.

Линкольн, из воззвания о Дне всенародного смирения, поста и молитвы 30 марта 1863 г.

I

«Нью-Йорк трибьюн» — понедельник, 6 июля 1857 г.:

ГОРОД СОДРОГАЕТСЯ

ОТ ЖЕСТОКИХ СТЫЧЕК

Странные случаи среди массовых беспорядков

Г. Грили

Варварские бои, охватившие за прошедшие два дня большую часть Манхэттена, наконец утихли. По приказу губернатора в воскресенье вечером ополченцы вошли в район Пяти углов и обрушили на агрессоров шквал мушкетных залпов. Этим утром Бакстер, Мулберри и Элизабет-стрит оказались завалены неописуемым количеством тел. Все это — жертвы самого страшного бунта, какой когда-либо случался в