имел дело с такими прожженными политиками, как Черчилль и другие. Но важнее было другое: Сталин постоянно вносил необходимые коррективы в свою внешнеполитическую стратегию, продиктованные необходимостью правильно учитывать и анализировать новые тенденции в развитии ситуации как в Европе, так и в мире в целом. Причем эти новации были ориентированы не только на день текущий, но и простирались на будущее. А это будущее не обещало быть безоблачным, ибо после победы неизбежно встанут новые проблемы, и нужно было быть готовыми встретить вызовы времени.
Берлинская (Потсдамская) конференция (17 июля –
2 августа 1945 г.)
Берлинская (Потсдамская) конференция глав правительств СССР, США и Великобритании (17 июля – 2 августа 1945 г.) была последней в ряду конференций союзных государств в период второй мировой войны. В отличие от предшествующих конференций она проходила уже после окончания войны в Европе. Гитлеровской Германии было нанесено полное и сокрушительное поражение.
Свой вклад в общую победу над врагом внесли народы и армии других государств антигитлеровской коалиции.
Берлинская конференция была призвана закрепить в своих решениях историческую победу, одержанную народами СССР и других союзных стран над фашистской Германией, выработать программу справедливого и прочного мира в Европе.
Советская делегация на Берлинской конференции во главе со Сталиным стремилась к сохранению и на послевоенное, мирное время духа сотрудничества между великими державами, который существовал между ними во время войны, к объединению их усилий во имя того, чтобы Европа никогда больше не стала ареной кровопролитных войн и конфликтов.
После окончания войны в Европе на Берлинской конференции трем союзным державам предстояло решить прежде всего основной вопрос – германский. В осуществление Крымского соглашения о Германии необходимо было выработать политические и экономические принципы координированной политики союзников в отношении Германии, с тем чтобы навсегда искоренить германский милитаризм и нацизм и устранить угрозу германской агрессии, обеспечить германскому народу возможность демократического, мирного развития. Трем союзным державам необходимо было решить и такие важные вопросы, вытекавшие из поражения гитлеровской Германии, как вопрос о репарациях, территориальные вопросы, вопрос о военных преступниках и др.
На Берлинской конференции три союзные державы должны были также принять согласованное решение о подготовке мирных договоров для Италии, Румынии, Болгарии, Венгрии и Финляндии, вышедших из войны против Объединенных Наций до капитуляции Германии и объявивших ей войну.
В целях установления прочного и длительного мира в Европе три союзные державы должны были определить общую политику в отношении этих стран, в том числе решить такой вопрос, как восстановление дипломатических отношений с Финляндией, Румынией, Болгарией и Венгрией до заключения мирных договоров с этими странами, доказавшими на деле готовность сотрудничать с Объединенными Нациями.
Трем союзным державам нужно было решить вопросы, вытекавшие из факта создания, в соответствии с Крымской декларацией о Польше, Временного польского правительства национального единства и ликвидации польского эмигрантского правительства, а также решить вопрос о западной границе Польши.
Наконец, после окончания войны в Европе перед тремя союзными державами и в соответствии с соглашением о вступлении СССР в войну против Японии, подписанным между СССР, США и Великобританией на Крымской конференции, стоял вопрос о согласовании военных действий, прежде всего СССР и США, для скорейшего разгрома дальневосточного агрессора – милитаристской Японии.
Международная обстановка, в которой проходила подготовка к Берлинской конференции, значительно отличалась от обстановки периода Крымской конференции. Отношения между тремя державами после окончания войны в Европе приняли более сложный характер.
Несмотря на большие человеческие жертвы и материальные потери, Советская страна вышла из борьбы против фашистских захватчиков еще более могущественной. Советский Союз обладал огромным военным и материальным потенциалом. Неизмеримо возрос международный авторитет Советского государства. Соответственно, возрос и без того высокий, а порой и уникальный в своем роде, авторитет лидера Советской России Сталина.
В этих условиях в правящих кругах США и Великобритании заметно усилились антисоветские тенденции, стало проявляться открытое недружелюбие к Советскому Союзу; правительства этих стран вели дело к ослаблению сотрудничества с СССР по ряду политических вопросов и разрабатывали планы послевоенного устройства, руководствуясь своими, сугубо эгоистическими интересами.
Откровенным выразителем реакционного антисоветского курса во внешней политике Запада стал премьер-министр Великобритании У. Черчилль. В послании новому президенту США Г. Трумэну, сменившему на этом посту умершего в апреле 1945 года Рузвельта, Черчилль впервые (в 1946 году он это повторил публично) выдвинул так называемый тезис о «железном занавесе», ставший расхожим аргументом во всех антисоветских и антирусских кампаниях на протяжении десятков лет. Он писал Трумэну 12 мая 1945 г. «Я всегда стремился к дружбе с Россией, но так же, как и у вас, у меня вызывает глубокую тревогу неправильное истолкование русскими ялтинских решений, позиция в отношении Польши, их подавляющее влияние на Балканах, исключая Грецию, трудности, чинимые ими в вопросе о Вене, сочетание русской мощи и территорий, находящихся под их контролем или оккупацией, с коммунистическими методами в столь многих других странах, а самое главное – их способность сохранить на фронте в течение длительного времени весьма крупные армии. Каково будет положение через год или два, когда английские и американские армии растают и исчезнут, а французская еще не будет сформирована в сколько-нибудь крупных масштабах, когда у нас, возможно, будет лишь горстка дивизий, в основном французских, тогда как Россия, возможно, решит сохранить на действительной службе 200 – 300 дивизий? Железный занавес опускается над их фронтом. Мы не знаем, что делается позади него…
…Тем временем внимание наших народов будет отвлечено навязыванием сурового обращения с Германией, которая разорена и повержена, и в весьма скором времени перед русскими откроется дорога для продвижения, если им это будет угодно, к водам Северного моря и Атлантического океана…
Короче говоря, с моей точки зрения, проблема урегулирования с Россией прежде, чем наша сила исчезнет, затмевает все остальные проблемы»[730]
.
Тогда же в Лондоне имперскому генеральному штабу было поручено провести исследование о возможности открытия военных действий против России в случае, если «в ходе дальнейших переговоров с ней возникнут осложнения». В ряде стран, освобожденных англо-американскими войсками от фашистских захватчиков, союзное командование не полностью провело разоружение германских войск.
У британского премьера возникла идея вытеснить советские войска с территории Польши силой. План предусматривал нанести «тотальное поражение» СССР в скоротечной войне объединенными силами англо-американских сил в Европе и еще сохранившихся войск вермахта (только в Норвегии их было около 400 тысяч). Войну планировалось начать 1 июля 1945 г. Разработчики плана писали: «а) для надежного и прочного достижения нашей политической цели, необходим разгром России в тотальной войне;
б) результат тотальной войны против России непредсказуем, но ясно одно, – чтобы выиграть ее, нам потребуется очень длительное время»[731]
.
