Новая цель. Как объединить бережливое производство, шесть сигм и теорию ограничений

открытие новой мини- фабрики (взамен ранее существовавшей в Далласе). В случае если строи­тельство такой фабрики не имело смысла, он должен был предложить альтернативные решения.

Поначалу Виктор Кузански во всеуслышание сопротивлялся этому на­значению — он хотел именно свою фабрику. Но Эми ясно дала понять, что он ее не получит, — и Виктор смирился.

Должность Мерфи в Оуктоне занял Курт Конани. Кандидатура Джейро Пеппса на эту позицию рассматривалась со всей тщательностью, но Уэйн настоял на том, что в данный момент этот пост должен занимать человек, в совершенстве знающий идеи бережливого производства и шести сигм. А Джейро пока что получил лишь зеленый пояс в LSS. Эми решила дать Уэйну все, чего он хочет, с одним условием: как только Курт двинется дальше (после того как на заводе произойдут все изменения, связанные с бережливым производством), Джейро будет первым в списке кандида­тов на эту должность.

Сам Джейро был вполне доволен таким положением дел и дал понять, что не хотел бы возглавить Оуктон, по крайней мере на данном этапе.

— Мне кажется, что так будет лучше, — тихо сказал он, услышав о на­значении Курта.

Эми была довольна тем, как ей удалось разрешить эту непростую си­туацию. С ее точки зрения, перевод Мерфи в Роквилль был беспроигрыш­ным вариантом для всех. Опыт Мерфи, вне всякого сомнения, пригодит­ся в F&D. Перемещение на новую должность позволит Мерфи оставаться в Hi-T с минимальными потерями в зарплате и при этом сохранять все льготы. Более того, новая позиция позволяла ему не сталкиваться напря­мую с Уэйном, постоянно оставаясь на связи.

Эми попросила Мерфи о последней встрече, хотя было понятно, что тот не покидает компанию, а лишь переходит на другую работу. Когда

грузная фигура Мерфи закрыла собой дверной проем ее кабинета, Эми поняла, что искренне рада видеть этого человека. Она пригласила его сесть и внимательно посмотрела в его открытое лицо. Казалось, на нем появились новые краски, а глаза засияли. Когда она тактично сказала ему об этом, Мерфи признался, что наконец-то может спокойно спать по ночам.

Они говорили о разных вещах, и в какой-то момент Эми сказала:

— Мерф, у меня остался к вам еще один вопрос. Я не хотела бы бередить старые раны, но нам нужно обсудить вопрос с системным ограничением в Оуктоне. Вы говорите, что проблема в автоклаве, то есть в «Годзилле».

— Да, мэм, так оно и есть.

—Уэйн утверждает, что работает над тем, чтобы сделать основным си­стемным ограничением линию М57.

— Ни в коем случае! — воскликнул Мерфи. — Этого делать нельзя! Это не сработает!

— Но он убежден, что линия М57 станет «процессом, задающим ритм».

—Я не понимаю теорию бережливого производства целиком, как Уэйн Риз. Более того, я не считаю, что бережливое производство является па­нацеей и решением всех проблем. Но системное ограничение и процесс, задающий ритм, — это совсем не одно и то же.

— Разве?

— Конечно, хотя их часто путают друг с другом. Системное ограниче­ние при должном управлении им отлично работает в тех случаях, когда мы имеем достаточные резервы. Процесс, задающий ритм, должен вы­полнять ту же функцию, но он действует в рамках сбалансированной ли­нии. Как только в дело вмешивается фактор присущей реальному миру неустойчивости, у нас возникают проблемы.

— Какого рода?

— Процесс, задающий ритм, действует подобно часам. Предполагает­ся, что все остальное будет действовать так же четко, как часы. Но как только какие-то одни маленькие часы начинают действовать несин­хронно с большими — центральными часами или процессом, задающим ритм, вся система утрачивает запас для более быстрой работы.

— Почему?

— Потому что Уэйн сделал работу на всех этапах бережливой. Он подтя­нул пружины на всех часах — и теперь они могут работать только с опре­деленной скоростью. Он сбалансировал линию, а это означает, что все

должно работать идеально на сто процентов. Поэтому он ужал мощность каждого ресурса до минимума, сделав это во имя устранения потерь. Но вы же понимаете, что может случиться в этой ситуации, правда?

— Не понимаю, Мерф. Скажите мне.

— Дело в таких случаях заканчивается тем, что каждый из ресурсов рискует потенциально превратиться в узкое место.

— Как это? Я пытаюсь понять, но...

— В случае системного ограничения у вас есть одно бутылочное гор­лышко — основное ограничение, и вы знаете, в чем оно состоит. При наличии сбалансированной линии, даже с учетом процесса, задающего ритм, у вас возникает ограничение мощностей и практически не остает­ся резервов, поэтому потенциально может возникнуть множество узких мест. Более того, они будут постоянно возникать то здесь, то там.

Эми с сомнением посмотрела на Мерфи, не зная, стоит ли ему верить.

— Что ж, — нерешительно сказала она. — Я ценю ваши комментарии, Мерф, но чувствую, что должна предоставить Уэйну шанс. Пусть он за­нимается этим делом.

— Я понимаю вас, Эми, — ответил Мерфи. — В конце концов, теперь это его завод. И решать проблему тоже предстоит ему, так пусть он дела­ет это по-своему.

— Удачи, Мерфи.

— И вам удачи, мэм.

Глава 11

Письмо от Сары Швик было коротким:

«В связи со значительной загрузкой на моей основной должности глав­ного химика подразделения Formulation & Design я вынуждена прекратить свою деятельность в составе рабочей группы по внедрению LSS начиная с этого момента. Я обсудила этот вопрос с доктором Кузански, он согла­сился со мной и одобрил мое решение.

Спасибо,

Сара Швик,

главный химик F&D. Роквилль»

Письмо было адресовано Уэйну Ризу, однако в копию было поставлено более десяти сотрудников Hi-T. Одним из адресатов была Эми Киолара. Прочитав письмо Сары, Эми сразу же написала короткий ответ:

«Сара, пожалуйста, позвони мне при первой же возможности. Я хоте­ла бы поговорить с тобой об этом.

Спасибо,

Эми»

Примерно через десять минут зазвонил телефон, стоявший на столе Эми, — на другом конце линии была Сара.

— Привет, — сказала Эми. — Послушай-ка, твое письмо о прекраще­нии участия в программе LSS застало меня врасплох. Что происходит?

— Ничего, — ответила Сара. — Просто у меня слишком много дру­гих дел.

—У тебя стало больше работы?

— Не совсем. Я по-прежнему занимаюсь десятью тысячами ежеднев­ных дел. Проблема, скорее, в том, что... я хочу тратить усилия на работу, которую могу делать самым эффективным образом, поэтому от чего- то нужно отказаться.

— Но почему ты решила отказаться от LSS? Почему ты уходишь прямо сейчас? — недоумевала Эми. — Когда мы несколько месяцев назад ре­шили пойти по этому пути, ты была очень воодушевлена и говорила, что наверняка найдешь время для этой работы. А теперь ты отказываешься. Что изменилось?

Чувствовалось, что Сара колеблется с ответом.