Но этого желать напрасно:Всегда со мной ваш образ ясный,За вами я пойду чрез целый светИ с вами быть желаю ежечасно.
Алкмена.
А я — я буду бегать вас.
Юпитер.
Ужель мое лицо ужасно?
Алкмена.
Да, для моих ужасно глаз!Вы для меня чудовищны, ужасны, нестерпимы.При вашем приближенье я бегу;Быть вместе с вами не могу;Увидя вас, душа скорбит невыразимо;Вас ненавижу, жизнь кляня,И вам скажу: под небесамиНет ничего ужасней для меня,Как быть мне вместе с вами.
Юпитер.
Как ваша речь сурова, холодна!
Алкмена.
Сурова и душа не мене!Но чтобы выразить все, чем она полна,Не нахожу я выражений.
Юпитер.
Но что же сделала тебе моя любовь,Чтоб вдруг твой взор во мне чудовище увидел?
Алкмена.
О небеса! Во мне он взволновал всю кровь —И спрашивает, кто меня обидел?
Юпитер.
Хоть раз один взгляните нежно…
Алкмена.
Ни видеть вас, ни слышать мне нельзя.
Юпитер.
О, успокойте ваш порыв мятежный!..Так вот она, любовь твоя,Которая вчера казалась мне безбрежной!
Алкмена.
Нет более любви! Упреками ееВ моей душе вы изменили.Нет более любви! Любовь и нежность — всеВы в сердце у меня убили.Их насмерть поразил ваш собственный удар,Теперь во мне одно презренье,Одно отчаянье, а страсти пылкой жарВы превратили в гнев, в ожесточенье.Огонь любви в моей груди угас;Уж больше не люблю я вас,Вас буду ненавидеть до могилы.