- Вы, гриффиндорцы, слишком романтичны, - заметил Северус с блеском в глазах.
- А вы, слизеринцы, такие... - Гарри с трудом подбирал слова, раздраженный насмешкой Северуса.
- Такие...? - переспросил Северус, с интересом ожидая, какое же оскорбление подберет Гарри.
- Холодные! - выпалил Гарри и вскочил на ноги в полной уверенности, что над ним насмехаются.
- Холодные, - почти промурлыкал Северус, и Гарри застыл. Совсем не выглядя оскорбленным, Северус даже обрадовался такому определению. Мужчина внезапно наклонился вперед, практически обездвиживая его тёмным, пристальным взглядом. - Говорят, море холодно, но море заключает в себе самую горячую, самую неистовую кровь* , - тихо процитировал Северус, и от этих слов волна дрожи пронизала тело Гарри. Он почувствовал, как во рту пересохло, и когда мужчина медленно поднялся из кресла, он все еще оставался неподвижен, не зная, как реагировать на происходящее.
- Я хотел спросить, Гарри, - произнес Северус, остановившись перед ним. Сердце Гарри забилось сильнее. - Ты хочешь обучаться искусству меча?
- Что? - растерянно спросил Гарри. Зачем он стоит так близко? От мужчины приятно пахло экзотическими пряностями из жарких стран. Гарри словно опалило огнем.
- Меч, мистер Поттер, - повторил Северус, слегка улыбнувшись. Странно, как часто мужчина улыбался в его присутствии - четыре месяца назад, он мог бы поклясться, - тот практически не умел улыбаться.
- Ты будешь обучать меня? - спросил Гарри, мечтая, чтобы его сердце перестало так бешено колотиться. Северус молча кивнул. - Хорошо, - выдохнул Гарри.
Что-то вспыхнуло в темных глазах Северуса, и он отстранился, стремительно пересекая комнату.
- Договорились, - бросил он через плечо, - встречаемся в Выручай-комнате через час. Тогда и начнем, - и, в вихре развевающейся мантии, поспешно исчез в кабинете, закрывая за собой дверь.
В одиночестве сердцебиение Гарри быстро пришло в норму. Он прижал ладони к щекам, замечая жар, идущий от кожи.
«Господи, - думал он про себя. - Что это было? - На мгновение ему показалось, будто... Возможно... - Нет, - покачал он головой. - Северус Снейп флиртовал с ним? Воистину, пути Господни неисповедимы, но этого просто не может быть!»
А затем он вспомнил, на что сейчас согласился. Меч? Мужчина собирался обучать его владению мечом? Гарри возбужденно сглотнул. О, Мерлин! Во что он опять ввязался?
Комментарии автора: было очень много вариантов решения проблемы Драко, я даже не знаю с чего начать комментарий. Возможно, эти две последние главы сказали все за меня. Я знала, что этот вопрос будет спорным - я думаю, что это просто свидетельство того, насколько сильно мы все любим этих персонажей.
Говорят, море холодно, но море заключает в себе
самую горячую, самую неистовую кровь.
Киты в глубинах, разве не горячи они, стремясь,
полные сил, в ледяной воде высоких широт?
Настоящие киты, кашалоты с крепкими головами, убийцы,
вот они выбрасывают наверх мощное белое дыханье!
Вечно в движении, в бесконечности чувственных веков,
в толщах семи морей
они кружатся с пьяным восторгом в соленых струях,
они дрожат от любви в тропических водах,
они волнуются мощным, тяжелым желанием, как боги.
И громадный самец ложится со своей подругой
в синюю глубокую постель,
подобно скале, прижавшейся к другой скале в приливе жизни,
и вот из ревущего красного океана китовой крови
протягивается могучий побег, трепещущий водоворот, ищущий покоя
в мягком и крепком зажиме ее бездонного тела.
И по мосту сильного фаллоса, связующего мир китов,
огненные архангелы проходят взад и вперед,
великие архангелы блаженства,
от него к ней, от нее к нему,
сошедшие со своих небес над волнами моря,
чтобы послужить китам.
И огромные матери дремлют, облизывая своих сосунков,
но и в дреме их не похожие на наши глаза смотрят
сквозь древнюю воду.
И самцы собирают жен и детей в круг,
если угрожает опасность, и строятся в кольцо,
подобные гневным серафимам перед лицом беды,
защищая этих чудовищ, которых любят.
Все это происходит в море, в соленой воде,
где Бог - тоже любовь, только слова не звучат,
и Афродита воплощается в самке кита
в ее высочайшем счастье.
И своя Венера среди дельфинов,
она весела, она играет с любовью и морем,
и своя у тунцов - округлая и счастливая в мужской толпе,
переполненная ликующей кровью, радужное блаженство моря.
Глава 49 - Танец
Северус вошел в Выручай-комнату и удовлетворенно кивнул. Комната была точной копией тренировочного зала, в каком учился он сам - открытое пространство с матами на полу. Одна стена от пола до потолка была полностью закрыта зеркалами, а длинные столы у дальней стены прогибались под тяжестью всевозможных мечей. Из такого большого количества оружия можно было подобрать что-нибудь и для Гарри.
Северус стремительно пересек зал, сбрасывая мантию и жакет, оставшись лишь в плотно облегающих черных брюках и белой льняной рубашке. Заклинание горячими волнами согрело воздух комнаты, прогоняя зимний холод, который словно цеплялся за старые камни замка.
Его предложение Гарри было импульсивно и, вероятно, плохо обдумано, но он не сожалел об этом. Он мог бы попробовать избавиться от жажды, охватившей его, но не мог подавить в себе желание прикасаться к Гарри. С тех пор как он отказался утолить свое вожделение, у него осталось только два социально приемлемых способа физического контакта - танец или фехтование. Но он справедливо полагал, что уроки танцев вряд ли смогли бы заинтересовать мальчика.
Сам он обучался у нескольких мастеров меча - некоторые ему нравились, некоторых он ненавидел. Северус надеялся, что сможет сделать эти уроки радостным опытом для Гарри, укрепить связь, растущую между ними. Мерлин свидетель, что у него не было такой надежды с зельеварением; Гарри всего лишь терпел этот предмет. Но, возможно, фехтование - нечто активное, физическое, близкое гриффиндорской сущности, - достигнет цели и заставит его думать более нежно о Северусе. Он знал, что мальчика нужно немного отвлечь; его постоянное беспокойство за волка и шавку, как и махинации Министерства, скоро свели бы его с ума. Северус знал по собственному опыту, что занятия с мечом часто дают человеку
