Нет, что не говори, а с Судьбой у Гарри всегда были особые отношения. Как, впрочем, и с Удачей. С этой капризной Леди он был на короткой ноге еще с тех пор, когда жил у Дурслей. Столько раз получать по голове и не заработать ни одного сотрясения мозга - не каждый может этим похвастаться. Хотя небезызвестный Северус Снейп съязвил бы, что сотрясаться там попросту нечему, но профессора здесь нет, так что…
Вот и сейчас, стоя по щиколотку в крошащихся под ногами скелетиках различных крупных и мелких грызунов, парень вспоминал тихим незлым словом эту чертовку Судьбу.
И как же он в прошлый раз не заметил, что чудовище Тайной комнаты явно самка, так еще и кладку оставила.
Маразм.
Гарри тупо пялился на огромное, как тыквы Хагрида, яйцо бледно-желтого цвета с зелеными крапинками. Он опасливо приложил руку к скорлупе и отскочил назад, когда ощутил явную пульсацию. Два года прошло, а ОНО живое. Не воспользоваться таким шансом мог только законченный идиот. К нашему и своему счастью, он таковым не являлся.
Поттер посмотрел на присмиревшую жабу в руке и расплылся в улыбке. Сейчас у него в жизни шла явно белая полоса.
Взмахом палочки увеличив амфибию в несколько раз, он усадил гневно сверкающего глазами Тревора на яйцо.
- Ну, что, Тревор, и от тебя, оказывается, может быть, помощь. Будешь высиживать нашего змееныша. Мух, так и быть, буду тебе таскать. Через день, чтобы не зазнавался. Как, впрочем, и давать тебе свободу действий тоже. Устраивайся поудобнее, жаба, тебе придется долго тут сидеть.
В мутных глазах земноводного Гарри прочитал пожелания попасть под дождь из лягушек и остальные Казни Египетские.
Парень весело фыркнул и побрел обратно, засунув в руки в карманы брюк. Настроение медленно, но верно ползло вверх.
Большой Зал гудел от смеха и разговоров. За Гриффиндорским столом царила возбужденная атмосфера, как и всегда.
Обсуждался очередной поход в Хогсмид. Близнецы Уизли и Ли Джордан весело галдели, толкая друг друга локтями: они собирались основательно закупиться в магазине «Зонко». Грейнджер разглагольствовала о новых перьях с самозаправляющимися чернилами, что продаются в «Завитке и Кляксе». Рон же не упускал возможности и громко восхвалял «Сахарные перья» и новые сорта мороженного, что появились в «Сладком Королевстве».
- А тебе разве не нужны чернила, Гарри? - повернулась к нему Грейнджер. - Я заметила, что твои уже почти закончились.
Поттер промычал что-то неразборчивое, не отвлекаясь от мясной запеканки. От звука голоса «подруги» у него начали болеть зубы.
- Гарри! Хватит уже набивать себе брюхо, ну в самом-то деле! Ты скоро станешь похож на Рона.
Уизли издал недовольный возглас, роняя в свою тарелку пюре из-за рта. Гарри передернуло от отвращения. Рыжик неожиданно опустил взгляд в блюдо и слегка покраснел. Странно.
- Успокойся, Мио, рыбка моя. В отличие от Рона, я знаю, что такое нож и вилка, и даже умею с ними обращаться.
Девушка с недовольством посмотрела на него, отмечая, как парень ловко орудует столовыми приборами. И когда успел научиться?!
- И все же, Гарри, - упрямо гнула та свою линию.
- Может, ты дашь мне спокойно поесть?! Если ты еще не забыла, то каждое лето я сижу на спартанской диете, после чего не добираю несколько фунтов до нормального веса.
- Ты пользуешься этим как отмазкой, Гарри Поттер!
Ах, вот оно что! Да уж, а подслушанный разговор в туалете обретает все новые подтверждения в отношении Грейнджер к нему. Замечательно.
Парень с такой силой сжал нож и вилку, что побелели костяшки пальцев. Он был готов придушить эту зазнайку собственными руками прямо посреди Большого Зала, на глазах у сотни учеников и преподавательского состава. От неминуемой расправы гриффиндорку спасла банальная почта.
Совы различных мастей закружили под потолком, пикируя на головы своих хозяев, роняя посылки и письма в тарелки с едой и в кувшины с тыквенным соком.
Обычная коричневая сипуха уселась рядом с полупустой тарелкой Гарри, и принялась выклевывать из запеканки мясо.
- Сначала письмо, глупая птица, - заворчал Поттер.
Сова обиженно ухнула, но с готовностью протянула лапку с привязанным бумажным пакетом. Гриффиндорец быстро проверял его на наличие проклятий, как вдруг из пакета со свистом и фырканьем выскочил небольшой шарик размером со снитч. Шар из оникса вертелся на столе вокруг своей оси, распугивая своим свистом почтовых сов.
Гарри быстро накрыл предмет салфеткой и тот сразу смолк.
«Параноик», - благодушно подумал мальчик, быстро пряча шар и остальную посылку в нагрудный карман мантии.
- И что это было? - поинтересовался Финниган.
- Так, чепуха, - отмахнулся Избранный, чувствуя, что Грейнджер сканирует его рентгеновским взглядом.
Черный с красными подпалинами филин чинно опустился рядом с кувшином тыквенного сока и протянул лапку. На конверте из дорогой бумаги стояла печать «Гриннготса». Поттер облегченно вздохнул, пряча свою корреспонденцию.
- Почему ты не читаешь его здесь? - осведомилась мисс Я-Все-Знаю.
- Видимо, потому, что меня это не устраивает, дорогая. Что у нас сейчас, Рон?
- УЗМС, - прочавкал Уизли, облизывая пальцы.
- Рон! Для этого существует салфетка!
Гарри возблагодарил Мерлина, Шиву, Будду, Одина, Зевса и всех других известных идолов поклонения. Грейнджер наконец-то обратила свой горящий взор на Роннина, будущего муженька.
Под шумок он ловко выскользнул из Большого Зала, накинув в пустынном коридоре припрятанную заранее мантию-невидимку. Стоило ему исчезнуть, как длинный нос профессора Зельеварения показался из-за угла.
Парень бесшумно проскочил мимо мрачной фигуры и покинул здание школы. Северус Снейп еще несколько мгновений обводил подозрительным взглядом пустой коридор, а затем, взмахнув мантией, в лучших традициях старых вампирских фильмов, направился в сторону подземелий.
Глава 8
На улице было мерзко. Моросил мелкий дождь вперемешку со снегом, а пронизывающий ветер норовил сорвать с Поттера мантию. Однако, несмотря на все ухищрения непогоды, парень упорно двигался в сторону Запретного леса.
Став у большого корявого дерева, похожего на сгорбившуюся старуху, Гарри начал отсчитывать двадцать шагов на запад, все больше погружаясь в таинственную полутьму.
Отсчитав положенное количество шагов, он замер, вытащил волшебную палочку, трижды постучал по припорошенному снегом пню и тихо проговорил: In ore leonis. * (латынь: В пасти у льва.)
Снег под ногами начал стремительно таять, земля - проваливаться целыми глыбами, образуя широкие утоптанные ступени, ведущие вниз.
Гарри безбоязненно стал спускаться, как только его макушка скрылась под поверхностью, земляной покров тут же пришел в движение и спрятал тайный ход, будто того и не было.
Гриффиндорец скинул мантию и зажег Люмос, чей огонек выхватил из непроглядного мрака деревянную мебель с выцветшей от времени золотой обивкой. Повесив мантию-невидимку на вешалку в виде оленьих рогов, парень уселся в кресло напротив камина. Тот моментально вспыхнул оранжевым пламенем, принявшимся лизать сухие поленья. На стенах были развешаны потускневшие черно-белые колдографии.