Тысяча журавлей. Антология японской классической литературы VIII—XIX вв.

В горном селенье,
Там, где густеет плющ
На задворках хижин,
Листья гнутся изнанкой вверх...
Осени ждать недолго!

ПЕСНИ ОСЕНИ

Когда в селенье Токива слагали стихи о первой осенней луне

«Осень настала!» —
Даже небо при этих словах
Так необычно...
Уже чеканит лучи
Едва народившийся месяц...

* * *

О, до чего же густо
С бессчетных листьев травы
Вдруг посыпались росы!
Осенний ветер летит
Над равниной Миягино!

* * *

В памяти перебираю
Все оттенки осенней листвы,
Все перемены цвета...
Не затихает холодный дождь
В деревне у подножия гор.

* * *

На рисовом поле
У самой сторожки в горах
Стоны оленя.
Он сторожа дрему прогнал,
А тот его гонит трещоткой.

* * *

Скажите, зачем
Так себя истомил я
Сердечной тоской?
Не от моих ли жалоб
Осень все больше темнеет?

Луна

На небе осени
Она наконец явилась
В вечернем сумраке,
Но еле-еле мерцает,
Луна — по имени только.

* * *

Как же мне быть?
На моем рукаве увлажненном
Сверкает свет,
Но лишь прояснится сердце,
В тумане меркнет луна.

* * *

Ни темного уголка...
Но кажется, клочья тучи
Затмевают луну?
Нет, это взор обманули
Тени пролетных гусей.

* * *

Все озарилось.
Поистине так светла
Эта лунная ночь,
Что сердце уплыло ввысь.
Там и живет — на небе.

* * *

Гляжу без конца,
Но это не может быть правдой,
Не верю глазам.
Для ночи, для нашего мира,
Слишком ярко горит луна.

* * *

В неурочный час
Вдруг петухи запели.