История Христианской Церкви Tом III Никейское и посленикейское христианство От Константина Великого

1. Грех Адама повредил не только телу, но и душе человека.

2. Грех Адама навлек грех и смерть на все человечество.

3. Благодать не просто даруется, когда мы молимся о ней, но сама благодать побуждает нас о ней молиться.

5. Даже начало веры, предрасположение к вере, вызывается благодатью.

9. Все благие мысли и дела — Божий дар.

10. Даже рожденные свыше и святые постоянно нуждаются в Божьей помощи.

12. То, что Бог любит в нас, — не наша заслуга, но Его собственный дар.

13. Свободная воля ослабела[1890] в Адаме и может быть восстановлена только через благодать крещения.

16. Все благое, что в нас есть, — Божий дар, поэтому никто не может хвалиться.

18. Незаслуженная благодать предшествует делам заслуги[1891] .

19. Даже если бы человек не совершил грехопадение, он все равно нуждался бы в Божьей благодати для спасения.

23. Когда человек грешит, он действует по собственной воле; когда он делает добро, он выполняет волю Божью, но добровольно.

25. Любовь к Богу сама по себе есть дар Божий.

К этим капитулам синод добавил символ веры с догматами антропологии и сотериологии, который формулируется в ответ на полупелагианство и содержит пять следующих положений:[1892]

1. Из?за грехопадения свободная воля была ослаблена, так что без предваряющей благодати никто не может любить Бога, верить в Него или делать добро ради Него, как следовало бы (написано: sicut opportuit, но этим предполагается, что в какой?то мере он может делать добро).

2. Посредством Божьей благодати все могут, сотрудничая с Богом, делать то, что необходимо для спасения души.

3. Мы никоим образом не считаем, что кто?либо был предопределен Богом ко греху (ad malum), и более того: если есть люди, которые верят в такие мерзкие вещи, мы осуждаем их с высшим отвращением (cum omni detestatione) [1893].

4. В каждом добром деле начало процесса исходит не от нас, но Бог внушает нам веру и любовь к Себе без заслуги с нашей стороны, так что в результате мы хотим крещения, а после крещения можем, с Его помощью, исполнять Его волю.

5. Так как это учение отцов и синода благотворно и для мирян, выдающиеся люди из мирян, присутствовавшие на этом торжественном собрании, тоже подпишут эти постановления.

Помимо епископов, постановления подписали Praefectus praetorio Liberius и семеро других vin illustres. Это внимание к мирянам, учитывая иерархические тенденции того века, особенно показательно и подчеркивает внутреннюю связь евангельского учения с идеей всеобщего священства верующих. Следует помнить, что два мирянина, Проспер и Иларий, первыми в Галлии энергично выступили против полупелагианства и в защиту учения о высшей власти Божьей благодати.

Решения собора были посланы Цезарием в Рим и были подтверждены папой Бонифацием II в 530 г. Бонифаций, одобрив их, особо подчеркнул утверждение, что даже начало доброй воли и веры есть дар предваряющей благодати, в то время как полупелагианство оставляло путь ко Христу открытым без благодати от Бога. Не подлежит сомнению, что церковь имела все основания утверждать превосходство благодати над свободой, а также необходимость и важность gratia praeveniens.

Несмотря на это осуждение полупелагианской доктрины (но не его учителей), она снова возникала в церкви. И если Августина все почитали как канонизированного святого и учителя ортодоксии, Кассиан и Фауст из Рийе, тем не менее, оставались святыми Франции и о них вспоминали с благодарностью[1894].

В конце данного периода Григорий Великий был представителем умеренной августинианской системы, с gratia praeveniens, но без gratia irresistibilis и без партикуляристского decretum absolutum. Благодаря ему это более мягкое августинианство оказало большое влияние на средневековое богословие. Но у строгого августинианства всегда находились сторонники, например, в лице таких людей, как Беда, Алкуин и Исидор Севильский, который учил gemina praedestinatio, sive electorum ad salutem, sive reproborum ad mortem; оно снова появилось в готшалькском споре в IX веке, было подавлено схоластикой и возобладавшим легализмом; его сторонниками были предтечи Реформации, особенно Виклиф и Гус, а в Реформации XVI века оно удостоилось массового признания и независимого развития в кальвинизме, который, в сущности, был переделкой августинианства и стал его самым последовательным выражением.

Глава Х. Греческие Отцы Церкви и богословская литература

См. общий список литературы об отцах церкви в т. II, §159, а также специальную литературу в нескольких следующих разделах.

I. Греческие отцы церкви

§161. Евсевий Кесарийский

I. Eusebius Pamphili: Opera omnia Gr. et hat., curis variorum nempe IL Valesii, Fr. Vigeri, B. Montfaucon, Card. Angelo Maii edita; collegit et denuo recognovit J. P. Migne. Par. (Petit?Montrouge), 1857. 6 vols. (tom. xix?xxiv в Migne, Patrologia Graeca). Из нескольких его трудов чаще всего издавалась «История церкви», иногда отдельно, иногда вместе с его Vita Constantini и с историями церкви его преемников; лучшее издание — Henr. Valesius (Du Valois), Par., 1659 - '73, 8 vols., Cantabr., 1720, 3 vols., и снова 1746 (с дополнениями G. Reading, лучшее издание); также (без более поздних историков) Е. Zimmermann, Francof., 1822; F. ?. Heinichen, Lips., 1827-'8, 3 vols.; E. Burton, Oxon., 1838, 2 vols. (1845 и 1856, 1 vol.); Schwegler, Tub., 1852; также в разных переводах: немецкий — Stroth, Quedlinburg, 1776 ff., 2 vols.; Closs, Stuttg., 1839; несколько раз на французском и на английском; на английском — Hanmer (1584), Т. Shorting, лучший — Chr. Fr. Cruse (американский епископал немецкого происхождения, умер в Нью–Йорке, 1865): The Ecclesiastical History of Euseb. Pamph., etc., New York, 1856 (10^th ed.); Lond., 1858 (Bohn, Eccles. Library). См. также литературные заметки в Brunet, sub Euseb., и James Darling, Cyclop. Bibliograph., p. 1072 ff.