Прохладой белый день обуздан, Покрыт попоной заревой, Пасется добрый конь Ормузда И пахнет мертвою травой. О, месяц, розовая рана, В моем саду закровоточь, Со мною ночка Аримана, Его мерцающая дочь. Ее как скрипку зацелую, Узнаю песни вязкий хмель, Я вспомню хаос, ночь былую В цветах исчезнувших земель. Там ветер необыкновенный, Какой бывает лишь во сне, Качает голубые вены Как ветви вечности во мне.

'Я знаю, знаю: дети вы...'

Я знаю, знаю: дети вы, Боитесь розовой геенны, Для вас в туманах синевы Закрыт паноптикум вселенной. И вход в него для вас не прост, И входа нет на свете строже, Колючей проволокой звезд От суеты он огорожен. Вон тени вытянулись в ряд У бронзовых ворот заката, Все ждут пока не отворят, Уж небо низко и покато. Но мне вручили тонкий ключ, Я за ворота проникаю, Мне ужас бездны не колюч, И с песней я иду по краю. А вы, вы не раскрыли глаз, Вы кинулись назад как дети, Увидевшие в первый раз Сеанс мелькающих столетий.

'У владыки людей Соломона...'

У владыки людей Соломона Было юных цариц шестьдесят, Но томил его неугомонно Суламифи газелевый взгляд. Он забыл о трехбуквенном перстне, Он прекрасно пергамент зажег, И сгорел на костре Песни Песней Наслажденья вкушающий бог. У владыки чертей Асмодея Было столько же милых старух, Столько ж бабушек талмуда умных, Где на столбиках корчится дух. В них раввины, от споров седея, Роковую вонзали иглу, Но средь жен своих свято-бесшумных Возлюбил Асмодей Каббалу. В каждой букве он бога заставил
Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ОБРАНЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату