Зазвездный зов. Стихотворения и поэмы

Уже четвертое тысячелетье
Кончается на глиняной планете,
И те же бродят в небе облака

И звезды те же, зыбки и стыдливы,
Смеются в темноте неприхотливой,
И та ж свирепая в душе строка.

'На пир ночной, на пламенной разгул...'

На пир ночной, на пламенной разгул
Я собирал вас, мытари и маги,
Творящие вино из пресной влаги
Одним движением веселых скул.

Ты их привел, пузатый Вельзевул,
Они ужасны, голодны и наги,
Я руку от исчерченной бумаги
С холодным содроганьем отвернул.

Глаза тягчит постылая усталость,
Назад гляжу печально… Что осталось
От гроз и солнц, чей рокот был пунцов!

На берегах безмолвных тусклой Леты
Изодранные ризы мудрецов,
А в глубине – истлевшие скелеты.

'Дневною бабочкой летает Аполлон...'

Дневною бабочкой летает Аполлон,
На струны жгучие садится не сгорая,
Косматым золотом тропического рая
Устало шелестит пустынный небосклон.

<И> бога крылышки трепещут, замирая,
Качает песенку веселый аквилон,
<И> зайцем шелковым над кудрями колонн
Взвивается огонь как музыка вторая.

Деревья древние листвой не шевелят,
<Вода> уставила зеленый долгий взгляд,
Ложится белый день на жертвенник заката.

<И> резвой жрицею в виссоне золотом
На скорбные поля для медленных истом
<Упитанная> мглой бросается Геката.

'Кочует по народам и морям...'

Кочует по народам и морям
Угрюмый ветр, воздушный Каин мира.
Рокочут им урочища Памира
И реки, серебрящие Сиам.

И я им полн, рокочущий я сам,
Кочующий с косматой славой Лира,
Легка моя воркующая лира,
Но тяжек шаг и мускул мой упрям.

Тебя я помню, голубое имя,