Зазвездный зов. Стихотворения и поэмы

Текли на юг, не ведая помех,
Пьянели кровью эллинов янтарной
И пленницам дарили дикий смех.

'В музее ледяном Арктиды синей...'

В музее ледяном Арктиды синей
Их мускулистый ужас до сих пор
Не опустил свой пурпурный топор
И беззакатно блещет над пустыней.

Внизу в оленьих шкурах люди, свиньи
В Йоркшире хрюкают, их полон двор,
В парижских ресторанах разговор,
Что лучше русской в мире нет ботвиньи.

На белом Шпицбергене где-нибудь
Лежит замерзшей молнией тот путь,
Что вел того, кому надоедало

Блаженствовать века. Над бездной мглы
Скала синела там. Как сын Дедала
Гиперборей бросался с той скалы.

'Нетленно то, что ввек неповторимо...'

Нетленно то, что ввек неповторимо,
Чей тайный лик навек себя укрыл
Непроницаемою сенью крыл,
Как медью неразграбленного Рима.

Лишь то, что вновь придет, проходит мимо,
Не вздрагивает наш земной настил,
И обнаженных розовых светил
Не рушится на небе пантомима.

О ты, поющий в клетке индивид,
Венком самосожжения повит,
Над ужасом ты властвуешь грядущим,

Прошедшее давно упало ниц,
И настоящим дням, в ночи бредущим,
Глядишь ты в очи солнц из-за страниц.

'На той земле, где погребен Херасков...'

На той земле, где погребен Херасков,
Где Чаадаев сном столетним спит,
Построят крематорий вместо плит,
И пламень будет мрачен и неласков.

Запляшут мертвецы, костьми заляскав,
И в нежный прах рассыпятся, навзрыд
Родные всплачут, в урне прах укрыт,
Как по обряду отдаленных басков.

Клумбарий будет улыбаться, цвестъ,
Весна вам принесет святую весть,
Что солнце снова радостно и живо.

А вы, под серым сводом скуки вы,