Зазвездный зов. Стихотворения и поэмы

Меня давно камены ждут, ужели
И нынче как алмаз блеснет стекло.

Река забвенья где-то плещет зло,
Угрюмы берега ее и мели,
Разбитые челны, что не сумели
Очистить ил, песками занесло.

Забыть себя никто из нас не в силе,
А те, что сами души погасили,
Навеки те уносят трепет крыл.

О, черные края, где звезд не видно, –
Вас космос пылью светлой не покрыл,
Умрем и мы, но слава нам завидна.

'Езекиил глядел, как облекались кости...'

Езекиил глядел, как облекались кости
В живые красные крутые телеса,
Горели тушами земные небеса,
Единый бог кричал и корчился от злости.

Но матовая ночь задула чудеса,
И вдруг пророк один остался на помосте
Юдоли сумрачной, шакал рыдал, и трости
Стучали тростника, и падала роса.

О, не таков ли я, пропевший песни эти
Колючим зарослям на берегах столетий!
Олень мой ветреный, летящий как стрела,

Легко тебя узреть, но не легко стрелою
Унять твой легкий взлет над грузною скалою, –
Я выстрелил в тебя из мглистого угла.

'Осталось мало в третьем мне десятке...'

Осталось мало в третьем мне десятке,
Легко растратил двадцать восемь лет,
Едва созрев, я знал уже, что нет
Годам возврата в мировом порядке.

Ушел я в эти песни без оглядки,
Ловить ушел я музыку планет,
Единорог и Псы мерцали мне вослед, –
О, вымысел очей как слово сладкий!

Народов древних темнострастный вой,
Их говор позабытый горловой
Давно я слышу в памяти туманной.

Офир, страна сокровищ и камен,
Века мне возвращаются и страны
Уплывших безвозвратных лет взамен.

'Снега зеленые, земли снега...'

Снега зеленые, земли снега,
Евклазовые сны земной постели,
Растут на смену белым снам метелей,
Горят и будят пегие луга.