Машина пошла куда-то вниз, словно под гору.
— Осторожно! — закричал Купер.
Виктор вернулся к реальности и посмотрел в лобовое стекло, но было уже поздно.
Отвлекшись, он допустил ошибку в управлении, прозевав очередной поворот. Этого оказалось достаточно, чтобы автомобиль съехал с тропы и плюхнулся носом в болотную жижу. Так глубоко за сегодня он еще не «нырял».
— Быстрее назад, пока мотор не залило! — американец, похоже, с недовольством (да и кто тут будет доволен?!) смотрел, как капот машины затягивает темная вода.
— Двигатель не зальет, он со шнорхелем, — отметил Виктор, указывая на трубу забора воздуха, выведенную специально под крышу автомобиля, чтобы тот мог преодолевать неглубокие реки в брод. — Здесь другое страшно — не увязнем ли?!
Парень поорудовал рычагами, нажал педаль газа, но машина не сдвинулась с места.
— Застряли, — констатировал Купер.
— Застряли! — сокрушенно покачал головой Виктор. — Извините, — моя оплошность. Посадил машину крепко. Сейчас все резервы трансмиссии задействованы, — «гребет» четырьмя колесами, но толку нету. Воспользоваться бы электролебедкой…
— Мы не знаем, сможем ли добраться до дерева по этой трясине. Я имею в виду, чтобы зацепить за него трос лебедки, — указал американец на ближайшую ель, располагающуюся по ту сторону тропы.
— Да даже если б знали, это мало что даст. Под таким углом лебедка не сработает, — либо трос заест, либо машина опрокинется, — Виктор открыл дверцу, и посмотрел, как болотная жижа бурлит в опасной близости от порога машины. — Дурак я! Надо же было так облажаться!
— Не ругай себя, — бросил ему Купер. — Твоя реакция на произошедшее была естественна. При таких обстоятельствах каждый бы потерял ориентацию.
— Конечно, но с Ананьевым и Алексеем что-то случилось! Надо спешить на помощь, а мы лишились единственного средства передвижения! Ведь, это только на тропе притормаживать приходится, а по просеку все равно быстрей ехать, чем на своих двоих идти, — Виктор готов был рвать на себе волосы.
— Хватит! — отрезал американец. — Все равно выхода нет. Идем пешком! Такими темпами мы, конечно, на выручку вряд ли успеем, но, по крайней мере, сделаем все, что в наших силах. К тому же, нам теперь позарез необходима вторая машина, чтобы вытащить первую.
В голове у Джона все смешалось.
Теперь надо было позаботиться о вездеходе. Он мог очень пригодиться в дальнейшем. И дело тут касалось вовсе не его внедорожных качеств, а той самой возможности заманить, с его помощью, народ на болото.
Попутно, требовалось скорректировать дальнейшие действия, и, разумеется, придумать хорошие отговорки на возможные вопросы ребят о происшествии.
Вытаскивание вездехода при этом, казалось самым простым из перечисленных дел. Его не очень трудно было вытащить, используя длиннобазную машину, когда та найдется.
А вот в отношении корректировки действий теперь оставалось уповать лишь на экспромт.
Что же касается отговорок, то в этом плане вообще было глухо. Сейчас тут требовалось уже не просто врать, а по настоящему изворачиваться. И, вот, как извернуться в той или иной ситуации Джон пока не знал, потому что информация отсутствовала. Например, хватило ли слугам болота наживы в длинной «Ниве» или нет? Почему нет? Да потому что Ананьев (с его-то сердцем!) мог от испуга сдохнуть, и срочно понадобилась новая кандидатура в жертвы. Из-за этого они могли заглянуть в лагерь… Здесь известно было только одно — никто не тронет девушку.
Виктор принял у Бэна видеокамеру, — помочь в переноске. На его предложение нести еще что- нибудь очкастый парень отказался, — наверное, из-за отсутствия доверия, особенно после оплошности с автомобилем.
Виктора это совершенно не задело. Все его мысли сейчас крутились вокруг Ананьева и Юли. Как они там? Далеко ли Алексей уехал от поворота на лесопилку, когда с его машиной что-то произошло? Что именно с ними случилось? Не доберется ли беда, коснувшаяся старого ученого и повезшего его в больницу водителя до Юли?!
В душе у парня росла уверенность, что на вторую машину было совершено нападение. К примеру, — тем вурдалаком, которого он видел сегодня ночью. Вот тебе и автомобили — надежные укрытия, как представлял их себе Купер. Хотя, у мужиков не было оружия… Если бы таковое имелось, возможно, «Нива» и в самом деле превратилась бы в неприступную крепость. По крайней мере, — для зверей.
Надо непременно позвонить Юле и Борису Михайловичу, — узнать, — все ли в порядке. Ведь мобильники заработали!
Купер поменял висящий на его плечах «балахон» цвета хаки на свою легкую ветровку, свалившуюся с карабина, взял в руки ружье, и троица неудавшихся исследователей двинулась в обратный путь.
Виктор шел позади остальных, немного отставая. Дело в том, что он то и дело замедлял шаг, снова и снова набирая у себя на сотовом телефоне либо номер Ананьева, либо Юли. Вот досада! Сигнал опять перестал проходить.
«Сбой вызова», «Сбой вызова» — отражалось на телефонном дисплее.
Постепенно, их маленькая группа добралась до деревни колдунов, потом они миновали холм и, в общей сложности, прошагав примерно минут сорок, добрались-таки до лесного просека.
Парень продолжал и продолжал терзать телефон.
«Сбой вызова», «Сбой вызова» — возвещал тот.
Постепенно Виктором стало овладевать отчаяние. Но, только он хотел бросить бесполезное занятие, как вдруг ему показалось, что произошел дозвон. Точно! Сигнал проходил. Лишь ответа не было. При этом телефон Ананьева оказался отсоединен от источника питания, о чем возвещал мелодичный женский голос: «Аппарат вызываемого абонента выключен…», Юлин же просто молчал.
Используя простейшую логику, Виктор перестал звонить старому преподавателю (то, что телефон Бориса Михайловича не был отключен, а, скажем, — оказался за переделами досягаемости сигнала, мало верилось, — взять хотя бы собственный дозвон Ананьева Виктору, после которого вездеход свалился в болото).
Вместо этого он сосредоточился исключительно на Юле.
«Если ее аппарат, хоть и не отвечает, но звонит там, где она его оставила, — скорее всего, в кухонной палатке, — рано или поздно это кто-нибудь заметит», — воодушевился Виктор и со свежей порцией энтузиазма начал набирать Юлин (и теперь уже только Юлин) номер, одновременно, все же чувствуя сильное беспокойство за девушку.
«Может, не слышит звонка, потому что на улице чего-нибудь делает?» — успокаивал сам себя парень. — «Наверняка так и есть».
— Ребята, вы не заняты? — спросила Юля, подходя к отдыхающим на бревнышке, около недавно нарубленной поленницы дров, Лёге, Андрею и Мишке.
— Нет, — ответил за всех Лёга.
— Могу я попросить вас принести кое-что с лесопилки?
— Конечно, — Андрей первым встал с бревнышка и застегнул пуговицы на рубашке, распахнутой в пылу кипевшей здесь недавно работы.
— Я сейчас делаю чебуреки, и уже в очередной раз замучилась с плитой: шевелить дрова в топке — нечем, — если поленом — неудобно, — оно очень толстое, а из веточек тоже плохой инструмент получается, — они быстро сгорают. Разыщите мне, пожалуйста, какую-либо железку типа кочерги, чтобы хоть с завтрашнего утра работать можно было нормально. Наверняка в цеху что-нибудь найдется: арматурка или ломик. А то вы дров — вон сколько заготовили! Молодцы! — Юля улыбнулась. — Их еще жечь — не пережечь!
Лёга и Андрей вздернули подбородки верх, как бы воспаряя духом.
Мишка опоздал к ним присоединиться, но вместо этого вставил реплику:
— Так что же, получается, купили крутые палатки, супер — кухню, а кочергу — забыли?
