Кто любимой ее зовет,В чьи объятья она из залаЛегкой птицею упорхнет».Только видеть бы им, как, одна,В перештопанной шубке своей,Поздней ночью спешит онаВдоль заснеженных фонарей…Только знать бы им, что сейчасСмех не брызжет из черных глазИ что дома совсем не ждетТот, кто милой ее зовет…Он бы ждал, непременно ждал!Он рванулся б ее обнять,Если б крыльями обладал,Если ветром сумел бы стать!Что с ним? Будет ли встреча снова?Где мерцает его звезда?Все так сложно, все так сурово,Люди просто порой за словоИсчезали Бог весть куда.Был январь, и снова январь…И опять январь, и опять…На стене уж седьмой календарь.Пусть хоть семьдесят – ждать и ждать!Ждать и жить! Только жить не просто:Всю работе себя отдать,Горю в пику не вешать носа,В пику горю любить и ждать!Ах, как бурен цыганский танец!Бес цыганка: напор, гроза!Зубы – солнце, огонь – румянецИ хохочущие глаза!..Но свершилось! И культ суровыйРухнул в прах! И сквозь смерчи злаВсе, кто жив, – возвратились снова,Правда сбила с сердец засовы,И пришла, наконец! Пришла!Говорят, что любовь цыганок –Только пылкая цепь страстей.Эх вы, злые глаза мещанок,Вам бы так ожидать мужей!Сколько было злых январей…Сколько было календарей…В двадцать три – распростилась с мужем,В сорок – муж возвратился к ней.Снова вспыхнуло счастьем сердце,Не хитрившее никогда.А сединки, коль приглядеться,Так ведь это же ерунда!Ах, как бурен цыганский танец,Бес цыганка: напор, гроза!Зубы – солнце, огонь – румянецИ хохочущие глаза!И, наверное, счастлив тот,Кто любимой ее зовет!1963 г.
«АДАМ» И «ЕВА»
В сирени тонет подмосковный вечер,Летят во тьму кометы поездов,И к лунным бликам тянутся навстречуЗакинутые головы цветов.Над крышами, сгущая синеву,Торжественно горят тысячелетья…
